В 60-е года прошлого века главными ориентирами в архитектуре были практичность и дешевизна. Московский метрополитен не стал исключением: станции стали похожи друг на друга как братья-близнецы. Индивидуальность, если и проявлялась, то только в скромных деталях.
Как раз в эту эпоху «хрущевского функционализма» за проект станции «Кузьминки» взялась архитектор-ветеран метростроения Любовь Шагурина. Ей удалось добавить станции индвивдуальности и спасти от безликости.
🔹 Колонны облицевали белым мрамором.
🔹 Путевые стены украсили коричневым бордюром.
🔹 Душой станции стали металлические барельефы, которые разместили на путевых стенах. Художник Григорий Дервиз изобразил обитателей парка «Кузьминки», который находится неподалеку. Среди них: белки, куницы, зайцы, тетеревы, дрозды и караси.
Так, неравнодушные к своему делу архитектор и художник спасли «Кузьминки» от судьбы рядовой станции метро того времени. Ее открыли для пассажиров в канун Нового года — 31 декабря 1966 года.
К январю 1944 года карта Восточного фронта выглядела для немецкого командования, мягко говоря, удручающе. Вермахт уже получил по зубам под Сталинградом и Курском, Красная армия освободила Киев и бодро катилась на запад. На этом фоне ситуация под Ленинградом казалась аномалией. Город, переживший самое страшное, уже год как имел сухопутную связь с Большой землёй после операции «Искра», но блокада де-факто никуда не делась. Немцы сидели всего в нескольких километрах от Кировского завода и продолжали разносить город артиллерией. Командующий группой армий «Север» генерал-фельдмаршал Георг фон Кюхлер за два года превратил окрестности Ленинграда в то, что гордо именовалось «Северным валом». Эшелонированная система обороны глубиной до 250 километров. Бетонные доты, минные поля, проволочные заграждения в три наката — немцы вросли в эту землю, и уходить не собирались.
Главной напастью для ленинградцев оставалась вражеская артиллерия. Группа армий «Север» собрала там всё, что Третий Рейх сумел захватить в Европе: французские железнодорожные гаубицы, чешские «Шкоды», польские орудия. Ну и, конечно, собственные немецкие монстры вроде 420-мм «Толстой Берты». Всего под Ленинградом немцы сконцентрировали 4500 стволов, уничтожавших архитектуру и население города.
А взламывать оборону, которую укрепляли 900 дней, предстояло командующему Ленинградским фронтом Леониду Александровичу Говорову. План операции, получившей поэтичное название «Январский гром» (или «Нева-2» в штабных документах), предполагал удар не снаружи, а изнутри. Точнее, с Ораниенбаумского плацдарма. Этот небольшой клочок земли на берегу Финского залива, отрезанный от основных сил, советские войска удерживали с 1941 года. Немцы привыкли считать его помехой, но не угрозой.
Балтийский флот совершил подвиг и перевёз на плацдарм 2-ю ударную армию генерала Федюнинского: 53 тысячи солдат, сотни танков, тысячи тонн боеприпасов и лошадей. Причём так, чтобы немецкая разведка не подняла панику. Немцы, конечно, что-то видели, но масштаба грядущих проблем не осознали. Кюхлер просил Гитлера разрешить отвод войск на линию «Пантера», но фюрер, как обычно, требовал стоять насмерть. Вторым ударным кулаком стала 42-я армия генерала Масленникова, нацеленная на удар со стороны Пулковских высот. Итого: два удара навстречу друг другу должны были захлопнуть немецкую группировку в районе Ропши и Красного Села.
Всё началось утром 14 января 1944 года. И это был действительно гром. Советская сторона сосредоточила на участках прорыва огромную плотность огня. 65 минут артиллерийской подготовки превратили первую линию немецкой обороны в лунный пейзаж. Говоров, сам артиллерист, использовал всё: от полковой артиллерии до тяжёлых орудий линкоров Балтийского флота и фортов Кронштадта. Когда дым рассеялся, в атаку пошла пехота и танки 2-й ударной армии. Немцы всё же огрызались, бои шли тяжёлые, вязкие. Выгрызать приходилось каждый километр. Танки Т-34 152-й танковой бригады ломали немецкие блиндажи, пехота выкуривала противника из развалин.
Через день подключилась 42-я армия. Немцы оказались между молотом и наковальней. К 17 января оборона, которую строили почти три года, затрещала по швам. Немецкое командование начало спешно перебрасывать резервы, пытаясь заткнуть дыры в своём «Северном вале», но было поздно. Утром 20 января русские танкисты, наступавшие с двух сторон, встретились южнее Ропши. Петергофско-Стрельнинская группировка противника прекратила свое существование как организованная сила. 27 января 1944 года по радио зачитали приказ Военного совета фронта. В нём сообщалось, что город полностью освобождён от вражеской блокады.
В качестве трофеев нашим войскам достались те самые осадные орудия, которые годами терроризировали город. Всего захватили 265 пушек, включая тяжелые мортиры. К 30 января врага отбросили на 100 километров от города, и 18-я армия вермахта, ещё недавно державшая город в тисках, была рассечена и откатывалась к Нарве, бросая технику.
*********************** А ещё у меня есть канал в Телеграм с лонгридами, анонсами и историческим контентом.
Легенда о «Золотом обозе» Наполеона — одна из самых устойчивых и интригующих загадок российской истории. Уже два столетия кладоискатели, от царских губернаторов до советских ученых, пытаются найти несметные богатства, исчезнувшие во время бегства французской армии из Москвы. Центром этих поисков неизменно становится небольшое, затерянное в лесах Семлёвское озеро в Смоленской области.
Великое разграбление
Когда 19 октября 1812 года «Великая армия» покидала разоренную Москву, она больше напоминала орду мародеров, чем регулярное войско. За солдатами тянулись бесконечные обозы, доверху набитые трофеями.
По подсчетам чиновников Министерства внутренних дел того времени, добыча французов была колоссальной:
18 пудов золота (около 295 кг);
325 пудов серебра (более 5,3 тонны);
Бесчисленное количество драгоценных камней, мехов, старинного оружия и церковной утвари.
Символом этого грабежа стали снятые святыни: позолоченный крест с колокольни Ивана Великого и двуглавые орлы, сбитые с кремлевских башен. Самое ценное император вез в личном обозе под усиленной охраной Старой гвардии. Однако до Парижа эти сокровища так и не добрались.
Рождение легенды: Слово генерала
Миф о том, что сокровища покоятся на дне озера, родился благодаря одному человеку — французскому генералу Филиппу де Сегюру. В 1824 году он опубликовал мемуары, где обронил роковую фразу:
«Пришлось бросить в Семлёвское озеро вывезенную из Москвы добычу: пушки, старинное оружие, украшения Кремля и крест с колокольни Ивана Великого».
Эту версию подхватил и растиражировал знаменитый романист Вальтер Скотт в своей биографии Бонапарта, утверждая, что император лично приказал утопить трофеи, чтобы они не достались русским. Именно эти две книги превратили обычный водоем в «Эльдорадо» Смоленской губернии.
Хроники неудач: Кто и как искал клад
История поисков «Золотого обоза» — это череда больших надежд и громких провалов.
Губернатор-энтузиаст (1835 г.). Смоленский губернатор Николай Хмельницкий, начитавшись Вальтера Скотта, лично отправился в Вяземский уезд. Три недели солдаты и крестьяне прочесывали озеро, но результатом стали лишь ил и усталость.
Юбилейная попытка (1911 г.). В преддверии 100-летия войны члены Вяземского комитета решили попытать счастья. Улов оказался скромным: кости лошадей, обломки телег и одна ржавая сабля. Золота не было.
Научный подход (СССР, 1960-е и 1979 г.). В советское время к делу подключили науку. Экспедиции провели гидрохимический анализ воды. Результаты взбудоражили всех: в северо-западной части озера обнаружили аномально высокое содержание ионов серебра. Казалось, разгадка близка. Однако водолазы и техника вновь подняли со дна лишь камни и строительный мусор.
Почему сокровища не могут найти?
После стольких фиаско историки выдвигают три основные версии исчезновения клада.
Версия 1: Ошибка в географии Де Сегюр писал мемуары спустя годы, а Вальтер Скотт и вовсе не был в России. Французские карты того времени были неточны, а местность изобиловала водоемами и болотами. Генерал мог назвать «Семлёвским» любое соседнее озеро. К тому же за 200 лет ландшафт изменился до неузнаваемости: озера заболачивались, русла рек менялись.
Версия 2: «Размазанный» клад Самая реалистичная теория гласит, что никакого единого клада не существует. Отступающая, голодная и замерзающая армия избавлялась от груза постепенно. Сокровища сбрасывали в реки, закапывали в лесах и просто бросали на обочине Старой Смоленской дороги — от Малоярославца до переправы через Березину.
Версия 3: Казачий перехват Русская армия и партизаны активно «помогали» французам расставаться с награбленным. Кутузов писал, что неприятель бросает сокровища, и они тут же подбираются казаками.
Известно, что казаки отбили обоз с 20 пудами серебра, которое Кутузов передал в Казанский собор Петербурга.
Донские полки отправили внушительное количество серебра на украшение храма в Новочеркасске.
Итог
Скорее всего, легендарный «Золотой обоз» не лежит единой грудой на дне озера, а был растащен по частям, переплавлен или утоплен в десятках разных болот по всему пути отступления Наполеона. Семлёвское озеро, вероятно, хранит лишь старое железо и красивую легенду, которая продолжает манить исследователей, несмотря на доводы разума.
Лично я думаю, что сокровища загребли себе казаки.Недаром в Новочеркасске построили храм как раз после войны 1812 года.Русские люди любят замаливать грехи,жертвуя на храм.:))))
В 1897 году в Российской империи была проведена всеобщая перепись населения. Правящий император в анкете написал свою фамилию так: Романов Николай Александрович
Географический указатель: Российская империя, Царское Село
Регистрационный номер: 861
Дата включения документа в Государственный реестр: 23 декабря 2022 г.
Название (заголовок) документа: Лист всеобщей переписи населения 1897 г., заполненный Николаем II на себя и свою семью. 28 января 1897 г.
Самоназвание документа: Лист всеобщей переписи населения 1897 г., заполненный Николаем II на себя и свою семью. 28 января 1897 г.
Вид документа: переписной лист
Автор документа: Николай II, император
Дата (время создания) документа: 28 января 1897 г.
Век: XIX
Язык документа: русский
Аннотация: Подлинник. Первая всеобщая перепись населения Российской империи была проведена одновременным опросом в январе 1897 г. по инициативе географа и путешественника П.П. Семенова-Тянь-Шанского. Для переписи были разработаны специальные опросные листы.
Император Николай II принял участие в переписи наравне со всем населением страны. Он воспользовался переписным листом формы «В», предназначавшимся для городских жителей. На листе типографским способом проставлена дата переписи – 28 января 1897 года. Император, как глава хозяйства, заполнил графы переписного листа своей рукой за себя, жену – императрицу Александру Федоровну, и малолетнюю дочь – великую княжну Ольгу Николаевну. В графе «главное занятие» Николай II написал знаменитую фразу – «хозяин земли русской», подчеркнув тем самым исключительность положения самодержца. В специально отведенной графе для подписи лица, заполнившего переписной лист, имеется подпись Николая II.
Документ сохранился в подлиннике и соответствует обязательным критериям определения уникальных документов (исключительности и ценности): представляет большую историческую ценность, является единственным листом всероссийской переписи населения, заполненным самим императором, отражает важное событие в истории страны – первую перепись населения царской России.
Историческая справка:
Документ поступил на хранение из бывшего Центрального государственного архива феодально-крепостнической эпохи в Центральный государственный исторический архив в Москве (предшественник ГА РФ) в 1941 г.
Наличие драгоценных металлов и камней: Нет
Палеографические особенности: Рукопись на бланке; автограф императора Николая II
Печати: Нет
Художественные особенности оформления документа:
Переписной лист отпечатан типографским способом, графы заполнены императором Николаем II собственноручно чернилами. Лист вложен в картонную папку, верхняя и нижняя крышки которой обтянуты бархатом темно-бордового цвета; на верхней крышке имеется надпись, выполненная золотым тиснением: «Первая всеобщая перепись населения Российской империи. 28 января 1897 года. Переписной лист. Форма В». На нижней крышке – изображение двуглавого орла, выполненное золотым тиснением. Внутренние стороны папки оклеены муаром белого цвета с золотым тиснением в виде рамки с растительным узором по периметру; в центре внутренней стороны верхней крышки – бумажная наклейка – экслибрис библиотеки Николая II.
Опубликованность документа: Документ не опубликован
Экспонирование: Документ не экспонировался
Собственность: федеральная
Место хранения документа: Федеральное казенное учреждение «Государственный архив Российской Федерации»
119435, г. Москва, ул. Большая Пироговская, д. 17 (основное здание), Федеральный архив
Архивный шифр: ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Ед. хр. 2. Л. 1–2.
Материальный носитель информации: Бумага
Размеры документа: Переписной лист (в разложенном виде) – 39,5 см х 52 см; папка – 44,5 см х 27,5 см
Объем документа: 2 листа
Физическое состояние документа: Удовлетворительное
Потребность в реставрации: Нет
Реставрация документа: Реставрация не проводилась
Страховая оценка документа: Страховая оценка не проводилась
Кем представлен документ: ФКУ «Государственный архив Российской Федерации»
Протокол ЭПК: от 23 августа 2022 г. № 6
Протокол ЦЭПК Росархива: от 23 декабря 2022 г. № 8
Привет! Есть на карте России абсолютно необычный город, число постов о котором каждую зиму растёт. Это Якутск - центр Республики Саха (Якутия). Он не просто появился в экстремальном климате, он буквально вырос из попыток человека преодолеть географические проблемы, которые казались нерешаемыми. Дано: левый берег Лены, Восточная Сибирь, зимний дубак под минус 60 и вечная мерзлота под ногами, уходящая вглубь на сотни метров. По факту, это самый холодный крупный город в мире, кроме того, город растущий (400к населения уже!). И что более любопытно, история Якутска началась не с амбициозного плана основателя, а с ошибки. О проектировании и становлении этого ледяного мегаполиса мы сегодня и поговорим.
Карта Якутска 1846 года
Когда в 1632 году казачий отряд под предводительством Петра Бекетова забил первый колышек русского острога на берегах Лены, никто даже не подозревал, к каким долгосрочным последствиям приведет такой выбор локации. Изначально базу развернули на правом берегу, километрах в семидесяти от того места, где сегодня стоит современный город. Логика у первопроходцев была железная: острог должен находиться в самом центре якутских улусов, чтобы контролировать водную артерию и без проблем стричь ясак с местного населения. Деревянная крепость была защищена, с нее открывался отличный обзор, и она казалась идеальным форпостом для экспансии растущей России на Восток.
Однако уже через пару лет жители острога столкнулись с проблемой, которая помножила на ноль все планы по развитию. Каждую весну Лена разливалась и превращала территорию острога в аквапарк. Запасы еды гнили, деревянные постройки разваливались, а стратегический пункт больше напоминал гнилое болото, чем неприступную твердыню. Это был фундаментальный FAIL в градостроительном планировании, допущенный казаками.
Спасение пришло в районе 1642-1643 годов, когда было принято волевое решение перенести острог на левый берег, в долину Туймаада. Это был не просто переезд на пару километров, а кардинальная смена локации с совершенно другой географией. Долина Туймаада представляла собой широкую межгорную впадину, защищенную высокими берегами, до которых паводок не добирался. Тут были озера, старицы, ровная почва и, главное, сухость. Бонусом шел более мягкий микроклимат, так как высокие скалистые берега справа прикрывали долину от ветров. Этот выбор оказался судьбоносным: именно Туймаада стала основной территорией развития Якутска на следующие четыреста лет (к слову, в честь этого слова назван один из крупнейших в Якутске торговых центров).
Вид на долину Туймаада
Но никто из тех, кто принимал решение о переносе острога, не мог предугадать другую, куда более лютую проблему, которая определит весь облик города и заставит людей изобретать новую науку. Под долиной Туймаада лежала вечная мерзлота, гигантский ледяной слой, уходящий в недра на сотни метров. Именно эта мерзлота стала главным фактором, диктующим условия архитекторам и проектировщикам будущего Якутска. Забегая вперед, о строительстве крупных домов на мерзлоте я рассказывал в одном из прошлых постов.
На протяжении двух с половиной веков после переезда город оставался преимущественно деревянным. И это было самое грамотное решение для мерзлотных условий. Деревянные избы могли спокойно пережить перекосы грунта, которые неизбежно случались при подтаивании льда. Леса вокруг было полно, стройка шла быстро и дешево. Плюс дерево отлично держало тепло, что при местных морозах под минус 60 было критически важно для выживания. Улицы раннего Якутска напоминали декорации к фильму про Дикий Запад: деревянные двух-трехэтажные дома, выстроенные в линеечку с широкими зазорами, чтобы в случае пожара не сгорело все разом. А горел Якутск, надо сказать, регулярно.
Так выглядела башня Якутского острога
С XVIII века в городе начали робко появляться первые каменные постройки, хотя долгое время они оставались редкими зверями в этих краях. Первенцем стала воеводская канцелярия, которую запилили в 1707 году. В XIX веке, когда в Якутии нашли золото и у местных купцов появились лишние деньги, начали строить более крупные сооружения: Троицкий кафедральный собор, Богородицкую церковь и торговые дома. Все это требовало понимания, как вообще строить тяжелые каменные здания на мерзлоте, чтобы они не развалились.
Воеводская канцелярия. Здание было разобрано примерно в 1986...1988 годах
Именно в это время случилось открытие реальной глубины вечной мерзлоты (об этом немного тоже было в прошлом посту, но я повторюсь). В 1827 году в Якутск прибыл купец Федор Шергин, назначенный рулить конторой Русско-Американской компании. Он решил выкопать колодец и добыть воду прямо в Якутске. Задумка казалась нереальной, потому что все предыдущие попытки копать заканчивались тем, что работяги упирались в мерзлый грунт, который не брала ни одна лопата. Но Шергин был в курсе кейса из села Качуги, где местные крестьяне пробили тонкий слой льда и добрались до воды. Вдохновленный этим примером, Федор нанял бригаду землекопов и начал бурить скважину у себя во дворе. Первые тридцать метров прошли бодро, но затем земля оказалась промерзшей. Шергин продолжил копать. С 1828 по 1837 год шла изнурительная проходка легендарной Шахты Шергина. За девять лет они углубились на 116 метров, и все это расстояние было сплошным льдом. Воды так и не нашли, зато доказали, что под Якутском лежит гигантский слой мерзлоты.
Это открытие вызвало фурор в научном мире. В 1840-х путешественник Александр Миддендорф спустился в шахту и снял первые температурные замеры. Позже геофизик Генрих Вильд на основе этих данных создал первую научную модель мерзлоты. Так, буквально из ямы во дворе купца, выросла целая наука, а Якутск стал мировой столицей мерзлотоведения.
Шахта Шергина
Когда советская власть пришла в Якутию и назначила город республиканской столицей, аппетиты выросли. Деревянные избушки и редкие каменные домики уже не тянули на статус главного города республики. Партия хотела видеть здесь современный мегаполис. Но попытки построить большие каменные здания в 30-х годах закончились немного предсказуемо. Более пятисот домов пошли трещинами, стены покосились, а фундаменты поплыли. Причина проста: инженеры не учли коварность мерзлоты.
Этот провал стал триггером для создания серьезной науки. В 1941 году в Якутске открыли первую крупную мерзлотную станцию, которая позже эволюционировала в Институт мерзлотоведения имени П.И. Мельникова. Это учреждение стало уникальным в мировом масштабе - единственным научным центром, который занимается исключительно изучением вечной мерзлоты. Так Якутск, чьё местоположение было выбрано, чтобы спастись от наводнений, превратился в мировую столицу новой научной дисциплины.
Понимание того, как правильно строить на мерзлоте, пришло медленно и болезненно. В конце концов пришли к свайному строительству, чтобы мерзлота не оттаивала, а оставалась такой же холодной и крепкой: сваи заглублялись в мёрзлый грунт на безопасную глубину, давая зданиям относительно стабильную основу. На практике это означало полное переосмысление того, как проектировать и строить в этих условиях.
Обычный дом на сваях
В 1970 году в Якутске запустили комбинат крупнопанельного домостроения, и это событие навсегда изменило городской ландшафт. Теперь можно было клепать дома быстро и массово, используя готовые панели и типовые проекты. С 1971 года город начал активно застраиваться многоэтажками из железобетона. Скорость строительства выросла в разы, но вместе с этим вылезли и старые проблемы. Типовые проекты, заточенные под климат средней полосы, снова показали свою несостоятельность в условиях вечной мерзлоты. Результат был предсказуем: деформации, трещины в стенах и потолках. Якутск превратился в гигантскую открытую лабораторию под открытым небом, архитекторы и инженеры учились на собственных ошибках, на ходу изобретая новые методы расчетов и конструктивные решения.
Примечательно, что, несмотря на засилье советских типовых проектов, в 60-80-х годах в Якутске умудрилась сформироваться своя собственная архитектурная школа. Местные зодчие, работая над проектами общественных зданий и жилых комплексов, выработали оригинальный стиль, вдохновленный советским конструктивизмом и авангардом. Здания получали чистые геометрические линии, брутальные железобетонные консоли и минималистичное оформление. А с 70-х годов начали добавлять национальный колорит: на фасадах появились геометрические орнаменты, отсылающие к традиционным якутским узорам. Город развивался как интересный гибрид советского модернизма и местной культурной идентичности.
Якутск, 60-ые
Проектирование инженерных систем в Якутске выступило перед специалистами с уникальными вызовами. Тянуть водопровод, канализацию и отопление в мерзлоте - не в условном Подмосковье, здесь опять же требовались принципиально новые решения. Трубы с водой нужно было изолировать так хитро, чтобы содержимое не превратилось в лед, или, наоборот, оставалось замороженным (парадоксально, но в условиях минус шестидесяти градусов замёрзлая вода в трубе безопаснее, чем жидкая, потому что ледяная пробка не протекает). Любая, даже мизерная утечка могла растопить мерзлоту и вырастить под домом булгуннях - ледяной бугор, способный развалить здание. Это означало, что город требовал постоянного мониторинга и ремонта инфраструктуры.
Булгуннях, ня!
В начале нулевых Якутск дозрел до мысли, что пора бы комплексно переосмыслить свое развитие. В период с 2000 по 2005 год был разработан Генплан, который расставил все по полочкам: где будут жилые микрорайоны, где промзоны, а где деловой центр и парки. Документ закрепил историческую радиально-кольцевую структуру города и ввел местные нормативы проектирования с поправкой на вечную мерзлоту. Главная фишка Генплана заключалась в том, что он впервые всерьез учел долгосрочные последствия деградации мерзлоты из-за глобального потепления, признав тот факт, что лед под городом может оказаться не таким уж и вечным.
Была разработана так же амбициозная концепция криоархитектуры. Суть такова: вместо того чтобы бороться с природой и прятать мерзлоту, нужно работать с ней и использовать ее свойства. Новая концепция предлагает поднимать здания на опоры высотой 3-4 метра, оставляя под ними свободное пространство. Это работает и как теплоизолирующая прослойка, и как всесезонная зона для пешеходов, где можно укрыться от ветра зимой. Идея эта, кстати, не нова и отсылает к традиционному якутскому строительству, где скот держали в приподнятых стойлах, но теперь она решает актуальные задачи архитектуры XXI века. Вот какие рендеры, в частности, нарисовали:
В XXI веке перед проектировщиками нарисовался новый и весьма серьезный вызов - деградация вечной мерзлоты на фоне глобального потепления. Глубина активного слоя, который имеет свойство оттаивать каждое лето, медленно, но верно увеличивается. Здания, возведенные еще в 70-х годах, теперь испытывают новые деформации, потому что мерзлота под ними превращается в кашу гораздо глубже, чем рассчитывалось.
Это означает, что новые проекты теперь нужно делать с огромным запасом прочности на дальнейшую деградацию, учитывая вариант, что ледяной панцирь может похудеть на десятки метров в течение следующего столетия. Некоторые особо продвинутые инженеры предлагают использовать активное охлаждение грунта, буквально закапывая под дома холодильники холодильные установки, чтобы держать мерзлоту в тонусе. Другие разрабатывают системы, позволяющие зданиям адаптироваться к оседанию и смещению грунта.
В 2022 году был презентован красивый мастер-план Якутска с красивыми рендерами (картинки выше - как раз оттуда), но будут ли учтены все эти потенциальные проблемы на практике, станет ясно только со временем. Решат ли вечную проблему с дорогами, где из-за мерзлотной колейности машины бьются с завидной регулярностью, тоже вопрос открытый. Но 100% ясно одно: современной архитектуры в столице Якутии в ближайшие 5-10 лет прибавится изрядно.
1/4
Немного из мастер-плана Якутска
Но в любом случае Якутск останется городом эклектики: здесь все еще стоят деревянные дома, стоящие бок о бок с монументальными панельками, и обширный частный сектор. Город уникален не только своим экстремальным климатом, но и своим составом: в границах одного только Якутска можно найти буквально любой тип жилья, который строили в России за последние 100 лет, создавая неповторимый архитектурный винегрет.
Архитектурное разнообразие в центре города
Выросший на долине Туймаада и построенный на ледяной бомбе замедленного действия, Якутск продолжает развиваться как современный город и выступать в качестве лаборатории мерзлотного строительства. Здесь инновации в криоархитектуре соседствуют с бараками времен царя Гороха! Будущее у этого города явно будет интересным, так что запасаемся попкорном и тёплыми вещами. Такие дела!
В 1923 году голливудскому актёру российского происхождения Федору Козлову предложили стать… казанским ханом. Об этом сам актер рассказал в интервью Los Angeles Times. По его словам, встреча, на которой было сделано необычное предложение, состоялась в Нью-Йорке. Козлов прилетел в город Большого Яблока из Калифорнии, где жил и работал уже несколько лет, ожидая, что речь пойдет о новой роли. Но его собеседники (кто они были, актер не пояснил) заявили, что предлагают не роль, а трон. Настоящий трон Казанского ханства.
Актер отнесся к этой идее без энтузиазма и пересказал историю лос-анджелесскому журналисту как забавный случай. В результате LA Times опубликовала заметку с игривым заголовком: «KHAN POST GIVEN “CAN” BY KOSLOFF» (Пост хана получил от ворот поворот от Козлова). «Король Казани — не работа для здорового человека», — говорит актер кино. Козлов якобы отказался от «должности хана», как от неудачного сценария. Мол, у него есть работа получше. И никого не смутило, что вообще-то Казань уже три года как является столицей Татарской советской республики. А Казанское ханство прекратило существование при Иване Грозном.
Конечно, не стоит верить всему, что пишут в газетах, особенно если речь идет о героях светской хроники. Федор Козлов заслужил свою звезду на Аллее славы Голливуда множеством ярких ролей и тем, что регулярно снабжал газеты гламурными и скандальными инфоповодами. Например, стрелял «на прощание» в свою жену, которая ушла от него к «латинскому любовнику» Рудольфо Валентино. Но всё же история с «казанским троном» возникла не на пустом месте, у нее были предпосылки как в реальности, так и в ее голливудском отражении.
«Султангалеевщина» и безработные ханы
Сразу после окончания Гражданской войны в РСФСР начались репрессии против так называемых «национал-коммунистов». Эти люди воевали «за красных» и составили новую элиту в национальных республиках Поволжья. Но вскоре они начали раздражать Сталина и Троцкого претензиями на автономию своих республик.
Первым от власти был оттеснен глава Башкирского правительства Ахмет-Заки Валиди. В феврале 1919 года, когда Сибирская армия Колчака громила большевиков, Валиди очень вовремя перешел на сторону советской власти и помог переломить ситуацию на Восточном фронте.
Советская власть с первых шагов славилась умением «отблагодарить» союзников, которых она использовала для достижения своих целей. Летом 1920 года в Стерлитамаке по заданию Сталина был организован Первый Всебашкирский съезд Советов, который потребовал от правительства Валиди пожертвовать идеей автономии республики «в пользу единства трудового народа». То есть полностью и безоговорочно подчиниться Москве. Отныне Валиди и его сторонники именовались «авантюристами» и «гнусными дезертирами». 28-летний башкирский президент обиделся на такое обращение, написал Ленину письмо с обличением имперской политики большевиков, подал в отставку и уехал в Среднюю Азию, где занялся организацией вооруженного сопротивления советскому режиму.
В 1922 году в Ташкенте под его председательством прошел съезд Национального Союза Туркестана, целью которого объявлялось создание независимой демократической Тюркской Республики от Башкирии до Афганистана.
Султан-Галиев на Втором Всероссийском съезде коммунистических организаций народов Востока в 1919 году.
Другой национал-коммунист, глава советской Татарской республики Мурсаид Султан-Галиев, был настолько ненавистен Сталину, что тот в 1923 году запустил выражение «султангалиевщина», обозначавшее попытки тюркских советских руководителей хоть немного освободиться из-под всевластия Москвы. Султан-Галиев продвигал идеи «исламского марксизма» (позднее перенятые Насером в Египте) и считал, что каждая национальная республика должна иметь собственную армию (Берия попытается это реализовать после смерти Сталина). Кроме того, он осудил красный террор в Крыму, публично заявив, что не нужно было расстреливать «врангелевцев», которые отказались эмигрировать и остались на родине. За такие «контрреволюционные» высказывания Султан-Галиева самого расстреляли. Но не сразу. Сначала его долго мучили, приговаривали к разным срокам заключения, выпускали и снова арестовывали, пока в 1940 году не отвезли на Бутовский полигон.
Вряд ли читатели Los Angeles Times знали об этих людях и их стремлении к автономии тюркских поволжских республик. Но что наверняка попадало в американскую новостную ленту того времени, так это злоключения последнего бухарского эмира Сеид-Алим-хана, утратившего власть, когда Красная армия штурмом взяла Бухару летом 1920 года. После бегства законного правителя эмират был преобразован в Бухарскую Народную Советскую Республику. Алим-хан уехал в Афганистан, откуда финансировал басмаческое движение и поддерживал связи с Валиди, пока тот не эмигрировал в Европу, разочаровавшись в перспективах антисоветского подполья.
Саид Мир Мухаммад Алим-хан, последний эмир узбекской династии Мангитов
Колоритная фигура Алим-хана в красивом халате с орденами и погонами была знакома американской публике. Короли в изгнании, ожидающие возвращения на трон, часто встречались «в тот век, что был концом для королей». Журналисты обожали таких персонажей. Зрители — тоже.
И вот совпадение! В 1923 году Федор Козлов исполнил роль изгнанного монарха из вымышленного балканского королевства Морания в фильме Сесила Демилля «Ребро Адама». Кино совсем не про революцию, а про любовные интрижки, но образ правителя, потерявшего страну, был так актуален в двадцатые годы, что режиссер решил добавить в лав-стори драматическую ноту переживаний об утраченном величии.
Может быть, отсюда и взялась история с вакантным местом казанского хана? С нашей точки зрения, полный абсурд — представить на этой должности коренного москвича Федора Козлова. Но для американского зрителя он был Theodor Kosloff, исполнитель ролей восточных кинопринцев и других экзотических героев. Так что обычный американец (а тем более житель Калифорнии, для которого даже Нью-Йорк — это дальний восток) нисколько бы не удивился, узнав, что киноактер из России по совместительству работает казанским царем.
Тем более что связей с бывшей родиной Козлов не порывал. По крайней мере, на словах. В те же годы он делится с журналистами планом культурной помощи России (уже советской) через создание там сети из 250 кинотеатров, в которых будут крутить американские фильмы, снятые кинокомпанией Козлова. Оборот компании (по словам актера) составлял 5 миллионов долларов. LA Times дала новость с таким комментарием: «конечно, в этом бизнесе легко говорить о миллионах, и любой, кто называет меньшую сумму, считается мошенником. Тем не менее эта история интересна тем, что она демонстрирует желание помочь России с помощью кино».
Трансатлантическая вариация
«Классический балет есть замок красоты», — начинает Бродский свое стихотворение, посвященное Михаилу Барышникову. Заканчивается оно такими строками: «А что насчет того, где выйдет приземлиться / земля везде тверда; рекомендую США».
Фёдор Козлов был одним из первых русских танцоров, «приземлившихся» в США. Его судьба сложилась благополучно, потому что он все умел делать вовремя. То есть опережая массовые тенденции. Он вовремя появился в 1909 году в «Русских сезонах» Дягилева, где шла «Шехеразада» и другие балеты Фокина. Не будучи первой звездой труппы — в этом созвездии блистали Нижинский и Павлова — Козлов считался мастером техники и сценического темперамента. Его партнёршами были Тамара Карсавина и Лидия Лопухова, любимая дягилевская «Снегурочка». Обе были неравнодушны к Козлову. Он умел производить впечатление как на женщин, так и на мужчин. Впрочем, в балете это не редкость.
Федор Козлов. 1912 год
В 1909 году антреприза Дягилева отправилась на гастроли в Париж, потом в Лондон, оттуда через океан — в Нью-Йорк. Стоило Козлову оказаться в Америке, как он понял, что назад в Россию не хочет. В Новом Свете можно было построить независимую карьеру и стать тем, кем захочешь. Танцор остался в Америке, превратившись в Theodore Kosloff. Это случилось за несколько лет до революции и массовой эмиграции бегущей от большевиков творческой интеллигенции. Им приходилось гораздо труднее.
В 1916 году Козлов открывает свою первую балетную студию в Южной Калифорнии. Через десять лет Kosloff превращается в бренд, живущий отдельной от своего носителя жизнью, но приносящий ему постоянный доход. Так называлась сеть школ, где учащимся открывали тайны русского балетного искусства. Сам танцор с невероятной энергией ставит мюзиклы на Бродвее, гастролирует с водевильными номерами, изобретает балет как развлечение. Например, показывает 15-минутную «ускоренную» «Жизель», которая четко соответствует ритму американской жизни.
Федор Козлов в танце. 1912 год
Его преимущество заключалось в том, что он был первым русским танцором такого уровня на всём Западном побережье. Он не просто преподавал — он продавал стиль и культуру. Словно титан Возрождения, Козлов был на все руки мастером — рисовал, играл на скрипке, с легкостью учил языки. И главное — был человеком мира, способным перевоплощаться в любой образ. Вождь ацтеков или раб Клеопатры, король в изгнании или русский мужик — на сцене он мог стать кем угодно.
В 1923 году он даже сыграл самого себя в фильме «Голливуд», где снялись все звезды того времени. Меньше десяти лет понадобилось Козлову, чтобы покорить Америку и стать звездой кино.
Вход в Голливуд: знакомство с Демиллем
Это произошло почти случайно. Старая знакомая, сценаристка Джини Макферсон когда-то брала у него уроки балета в Нью-Йорке. В Лос-Анджелесе в 1916 году она снова встретила Козлова — за кулисами водевильного шоу — и привела к своему работодателю, известному кинорежиссеру Сесилу Демиллю.
Когда режиссер увидел русского танцовщика, с его жгучим «распутинским» взглядом и кошачьей пластикой, он сразу понял: найден «ацтекский танцор» для фильма The Woman God Forgot («Женщина, которую забыл Бог»). Козлов увлекся кинематографом. А Демилль — артистом.
Этот союз определил судьбу Козлова на следующие 20 лет. Ради билета в Голливуд он даже согласился давать уроки балета Агнес де Милль, юной племяннице режиссера. Хотя про себя считал ее бездарной и «лишенной сока». Но тут он сильно ошибся. Агнес стала знаменитой американской танцовщицей и хореографом, навсегда сохранившей признательность своему русскому учителю.
Плакат фильма «Волжский лодочник»
Тем временем Демилль вводит его в мир кино. В 1917 году русский танцовщик впервые появляется на экране — и остаётся в составе «актерской группы» Демилля надолго. В 1926 году Козлов исполнил роль безумного кузнеца Степана в демиллевском блокбастере «Волжский лодочник» (Volga boatman), повествующем о любви русской княгини и простого рабочего парня на фоне Гражданской войны. Кино получилось сильное, на уровне «Тихого Дона». В кадр врываются то белые, то красные. Одни хотят расстрелять княгиню, другие — рабочего парня. Массовка с приклеенными бородами инсценирует картину Репина «Бурлаки на Волге». Козлов играет юродивого пролетария, его голый торс перекрещен пулеметными лентами, на голове буржуйский цилиндр, обмакнув палец в чернила, он рисует на обнаженной спине княгини глумливую рожу. Яркая роль. Фильм хорошо приняли, в прокате он собрал полтора миллиона долларов, втрое больше затраченного на производство.
Козлов стал узнаваемым, востребованным и любимым Демиллем актером, что в Голливуде значило многое.
Язык мой — враг мой
Козлов оказался ловок и в финансовом смысле. В начале голливудской карьеры он предпочитал получать часть гонораров акциями Paramount. К этому добавились удачные вложения в недвижимость. К концу 1920-х бывший русский танцор превратился в успешного американского арт-бизнесмена.
Он владел сетью студий Kosloff в Лос-Анджелесе, Далласе, Сан-Франциско и Чикаго, где будущие актёры обучались фехтованию, пантомиме и танцам. Он ставил балеты в Hollywood Bowl и Shrine Auditorium — самых престижных залах Южной Калифорнии.
Это был пик его славы: Козлов соединил русский балет с голливудским шоу. Казалось, что он покорил Олимп, и успех будет вечным. Но Америка — это страна постоянных перемен. В начале 1930-х скоропостижно скончался «великий немой». Звуковое кино не простило Козлову его русского акцента. Английский язык актера оказался слишком вязким, не очень разборчивым, да и просто комичным для американского уха. Рыночная стоимость вчерашней кинозвезды стремительно упала. Продюсеры перестали ему звонить, и даже Демилль больше не находил для него ролей. В фильме Madam Satan Козлов ещё танцует на борту дирижабля в роли «Электричества» — это была пантомима, роль с текстом ему не доверили. В 1937 году исполняет крохотный эпизод в Stage Door с единственной репликой — разбуженный ночным шумом обыватель кричит студентам из окна: «Go to home». После этого экран для него закрывается.
Но студии Kosloff остаются — он продолжает учить Америку русскому балету. С тростью в одной руке, со скрипкой — в другой, и с невероятной склонностью к перфекционизму. Пройти его школу означало стать мастером танца. «Одним своим взглядом он заставлял тебя сделать всё, что он захочет», — вспоминал один из учеников.
Страсти за кулисами
Козлов был любимцем женщин. Тамара Карсавина писала в мемуарах, что она и Лидия Лопухова соперничали за его внимание в «Русских сезонах». Но высокая и изящная Марина Балдина — ещё одна танцовщица из труппы Дягилева — победила.
Брак оказался несчастливым, их дочь страдала врожденным заболеванием и умерла в детстве. К тому же танцор не умел хранить верность.
Наташа Рамбова
В 1914 году, когда жена с ребенком уехали в Англию, он завёл роман с исключительно красивой 17-летней ученицей по имени Уинифред Шонесси, для которой придумал сценическое «русское» имя — Наташа Рамбова. Под этой фамилией Шонесси вошла в историю искусств как художник по костюмам, декоратор и актриса. Бурный, полный африканских страстей роман Наташи и Федора продлился четыре года. Козлов разыгрывал Пигмалиона, влюбившегося в собственное творение, и не верил, что его креатура способна на поступки помимо его воли. Он даже приписывал себе авторство ее костюмов и декораций.
Развязка была в духе немой кинодрамы. Рамбова решила уйти и собирала вещи, Козлов раньше времени вернулся домой после пирушки на ранчо Демилля. Между любовниками вспыхнула ссора, он выстрелил в неё из охотничьего ружья и ранил в ногу. К счастью, ранение не было серьезным, актриса бежала через окно.
Вскоре она сделала то, о чем мечтали миллионы поклонниц Рудольфо Валентино — вышла замуж за «латинского любовника». Правда, через пару лет они развелись. Но и этого было достаточно, чтобы обрести голливудское бессмертие. Рамбова любила вспоминать о своем браке с Валентино. Об отношениях с человеком, который придумал ей имя, она отказывалась рассказывать до самой смерти.
Уход и наследие
Козлов пережил свою былую популярность на три десятилетия и умер в 1956 году в одиночестве, окружённый только неодушевленными предметами из прошлой жизни: кастаньетами Павловой, роялем, на котором играл Рахманинов, и тому подобными реликвиями. А вот наследников у него не было. В балете такое не редкость. Дом актера выставили на продажу за 175 тысяч долларов. Однако покупателей найти не могли. Спустя 4 года после смерти Козлова на Аллее славы установили звезду с его именем, а дом всё ещё стоял пустым.
Однако память о нем сохранилась в истории Голливуда. Он единственный русский танцовщик, который сделал в Америке полноценную кинокарьеру. Это не удалось ни Нурееву, ни Барышникову. К тому же как педагог Козлов воспитал Агнесу де Милль, чьи идеи в корне изменили американский музыкальный театр. Да и Наташу Рамбову создал тоже он.
Этот человек явно был более значительным, чем его роли. Как и Норма Десмонд, забытая кинозвезда из фильма «Бульвар Сансет», он мог бы сказать: «Я остался великим. Это кино стало маленьким».
К 1914 году вопрос народного пьянства в Российской империи был болезненным и острым. Государственная винная монополия, введённая при Сергее Витте, обеспечивала до четверти (26-28%) всех доходов казны. Однако росло и мощное общественное трезвенное движение, поддержанное частью политиков, духовенства и интеллигенции. Они считали, что бюджет не должен строиться на «рублях, пропитых народом».
Непосредственным толчком к установлению «сухого закона» стал начавшийся 19 июля 1914 года призыв в армию в связи с Первой мировой войной. Власти опасались повторения пьяных погромов, как во время мобилизации на русско-японскую войну 1904–1905 годов. Император Николай II подписал указ о запрете продажи крепкого алкоголя на время мобилизации. Однако уже в августе, под влиянием министра финансов Петра Барка и общественного мнения, запрет был продлён на всё время войны. 16 сентября 1914 года Государственная Дума утвердила закон, а 22 августа Николай II заявил о намерении «воспретить навсегда» казённую, то бишь государственную, продажу водки.
Первоначальные последствия казались ошеломляюще положительными. Статистика фиксировала резкое сокращение числа арестов в нетрезвом виде (в Петербурге – на 70%), случаев доставки в вытрезвители (в 29 раз), самоубийств на почве алкоголизма (на 50%). Улицы городов и сёл преобразились: исчезли пьяные дебоши и валяющиеся тела. Росли производительность труда (на 9-13%) и денежные вклады в сберкассы. Многие современники воспринимали это как чудо и «величественный акт национального героизма».
Однако утопия трезвости быстро начала давать трещины. Государство лишилось колоссального источника доходов: если в 1913 году «водочные» деньги составляли около 936 млн рублей (свыше 26% бюджета), то к 1916-му – лишь 1,5%. Заменить их в условиях войны было почти нечем.
Народная смекалка нашла обходные пути. Расцвело массовое самогоноварение, на которое уходило зерно, что усугубляло продовольственные проблемы. В городах началось повальное употребление суррогатов: денатурированного спирта, политуры, лаков и… одеколона. Спрос на одеколон в Московской губернии вырос на 50%, а Воронежский завод в 1915 году переработал на него в 11 раз больше спирта, чем годом ранее. Ещё одной страшной альтернативой стали заграничные наркотики – кокаин и морфий, употребление которых резко возросло среди солдат питерского гарнизона и городских низов.
Закон работал избирательно. Если простой рабочий не мог легально купить водку, то в ресторанах первого разряда, клубах и «для высших сословий» алкоголь оставался доступен. В петроградских ресторанах вино и коньяк подавали… в чайных чашках, имитируя чаепитие (кто помнит «комсомольские безалкогольные свадьбы» тот поймёт). Это рождало в обществе чувство глубокой несправедливости, разогревая революционные настроения.
После Февральской и Октябрьской революций формальный запрет сохранился. Первая антиалкогольная кампания была получена большевиками в «наследство» от царского правительства. Кроме того, сразу после прихода к власти Петроградский реввоенсовет издал приказ от 8 ноября 1917 года, который гласил: «впредь до особого распоряжения воспрещается производство алкоголя и всяких „алкогольных напитков“». В декабре 1919 года издали постановление пожёсче, грозившее за изготовление и продажу спирта минимум пятью годами тюрьмы с конфискацией имущества. Однако разруха Гражданской войны сделала проблему алкоголя второстепенной, а контроль – практически невозможным.
С переходом к Новой экономической политике (НЭПу) отношение начало меняться. Власти, нуждаясь в средствах для восстановления экономики, стали делать послабления. Уже в январе 1920 года было разрешено потреблять вино крепостью до 12 градусов, в феврале 1922 года был снят запрет на свободную продажу пива, а в апреле того же года была разрешена торговля вином до 20 градусов по всей территории РСФСР.
Окончательную точку поставило постановление ЦИК и СНК СССР от 26 августа 1925 года, разрешившее производство и продажу водки крепостью 40 градусов. Нарком здравоохранения Николай Семашко публично оправдывал это заботой о здоровье граждан, утверждая, что легальный продукт безопаснее суррогатов. Но истинная причина была фискальной: стране, начинавшей индустриализацию, срочно требовались деньги. В народе водку тут же иронично прозвали «рыковкой» – по фамилии председателя Совнаркома Алексея Рыкова.
2 августа 1928 года вступило в силу постановление Ленсовета о запрещении в дни отдыха и в «революционные праздники» продавать спиртные напитки навынос. Причем, как указывалось, прекращалась торговля не только хлебным и виноградными винами, но даже пивом. Виновные подлежали административным наказаниям — штрафу до 100 рублей или принудительным работам на один месяц. Согласно последовавшему затем постановлению президиума Ленсовета, в городе было закрыто 27 пивных — почти 10 % от существующих. Дни отдыха 5 и 6 августа 1928 года стали первыми праздничными днями без продажи навынос водки и пива.
Н. А. Семашко объяснял возобновление производства и продажу водки как медицинскими, так и политическими причинами. Производство водки, регулируемое государством, дает возможность избежать в ней вредных примесей, в частности сивушных масел, в отличие от самогона. Кроме того, регулируемые государственные производство и продажа водки должны были вытеснить нерегулируемые производство и продажу самогона, находившиеся в руках кулаков.
Одиннадцатилетний «сухой закон» оставил глубокий и неоднозначный след, тем не менее, к началу Великой Отечественной войны удалось более чем в два раза снизить норму потребления на душу населения (с 4,7 л в 1913 до 1,9 л в 1940), в основном за счёт более широкой рекламы слабоалкогольной продукции (вино, пиво), а также жёсткой борьбы с самогоноварением. Душевое потребление упало в десятки раз и смогло вернуться к дореволюционному уровню только к 1960-м годам.
Да, с одной стороны, закон доказал, что резкое ограничение доступности алкоголя даёт быстрые позитивные социальные и экономические результаты (снижение преступности, рост производительности и семейного благополучия), но с другой, он же продемонстрировал, что грубые запретительные меры без учёта экономики, социальных привычек и без создания реальной культурной альтернативы обречены на неудачу. Грубые антиалкогольные запреты всегда и в любой стране приводят к росту самогоноварения, отравлениям суррогатами, расцвету чёрного рынка и тотальному лицемерию. Кроме того, резкая потеря «пьяных» доходов стала одним из факторов, дестабилизировавших финансовую систему Российской империи в критический военный период. Однако если к проблеме подходить не с помощью грубой силы, а с помощью изменения культуры потребления (как было в СССР 1930-х), то определённых успехов всё же достичь можно. Но это уже другая история.
Если статья Вам понравилась - можете поблагодарить меня рублём здесь, или подписаться на телеграм и бусти. Там я выкладываю эксклюзивный контент (в т.ч. о политике), которого нет и не будет больше ни на одной площадке.
В прошлых сериях (941–950): Князь Игорь неудачно съездил за данью к древлянам и был «дезинтегрирован». Ольга отомстила так, что об этом до сих пор снимают мультфильмы, и ввела первые налоги. В Германии Оттон I подавил семейные разборки и начал строить империю.
Мы пересекли экватор X века! Если в 940-х мы наблюдали за огненной местью княгини Ольги и крахом классических Майя, то десятилетие 951–960 годов — это время, когда в мире окончательно решается вопрос: кто здесь «папа», а кто — просто мимо проходил.
Это годы, когда немцы поставили точку в бесконечных набегах венгров, Русь начала стучаться в двери христианского мира, а в Китае наконец-то нашелся человек, решивший прекратить бесконечный косплей «Игры престолов».
🇩🇪 Европа: Битва на реке Лех (955 г.) и Рождение Сверхдержавы
Помните венгров? Тех самых, что с 890-х кошмарили всю Европу? В этом десятилетии им официально «прикрыли лавочку».
Событие: В 955 году огромная орда мадьяр вторглась в Германию. Оттон I собрал рыцарскую конницу и встретил их на реке Лех.
Результат: Это была не просто победа, это была аннигиляция. Венгры поняли, что тактика «набежал-ограбил-убежал» против тяжелой кавалерии больше не работает.
Итог: Венгры вернулись домой, осели, начали креститься и строить свое королевство, больше не нападая на немцев. А Оттон I стал «Великим» и де-факто хозяином Европы. Через несколько лет он станет императором.
🇷🇺 Русь: Дипломатия Ольги и Крещение «лайт» (957 г.)
Пока в Европе гремели мечи, в Киеве Ольга правила железной рукой и светлым умом.
Визит в Царьград: В 957 году Ольга лично отправилась в Константинополь. Это был сложнейший дипломатический протокол.
Зачем: Ей нужно было признание Руси как равного партнера, а не просто «варваров с севера», которых её муж Игорь пытался жечь в 941-м.
Крещение: Ольга крестилась (взяв имя Елена). Император Константин Багрянородный стал её крестным отцом. Но не думайте, что она сразу крестила всю Русь — это было личное решение правительницы, «прощупывание почвы».
Святослав: Сын Игоря, Святослав, к этому времени уже подрос. Но на предложения матери креститься он отвечал в стиле: «Пацаны в дружине засмеют». Он предпочитал чистить свой меч и готовиться к великим походам.
🇨🇳 Китай: Рождение империи Сун (960 г.)
Помните хаос после падения Тан в 907-м? 50 лет Китай напоминал коммуналку в разгаре ссоры.
Генерал Чжао Куаньинь: В 960 году армия провозгласила его императором (легенда говорит, что он «не хотел», но его насильно одели в желтый халат).
Мир: Он начал объединять Китай. Вместо того чтобы убивать вражеских генералов, он пригласил их на банкет и предложил уйти на пенсию с огромными поместьями. Они согласились. Так началась династия Сун — эпоха великой культуры и науки.
🌍 Другие материки: Золото и Курганы
Африка (Гана): Империя Гана в Западной Африке в 950-х достигает пика своего торгового могущества. Арабы пишут, что «их царь привязывает свою лошадь к золотому слитку». Это был главный источник золота для всего мира.
Северная Америка (Кахокия): В районе современного Сент-Луиса индейцы культуры Миссисипи начинают строить свой мегаполис. Это десятилетие активного возведения гигантских земляных пирамид (Mounds). Самая большая — Монахов курган — начала расти именно сейчас.
Австралия: У аборигенов в районе Кимберли (Западная Австралия) зафиксирован расцвет искусства наскальной живописи стиля «Брэдшоу». В это время климат в Австралии был чуть мягче, что позволило племенам расширить свои территории.
Южная Америка: Инки еще даже не в проекте. В горах Анд правит культура Ламбайеке (Сикан). Они в 950-х годах достигли невероятного мастерства в обработке золота и создании масок для мумий.
🔬 Наука, Технологии и Искусство 951–960
Появление цифр: Герберт Орильякский (будущий папа римский Сильвестр II) в эти годы учится в Испании у арабов. Он — один из первых европейцев, кто осознал крутость арабских цифр (которые на самом деле индийские) и начал внедрять их в Европе.
Византийское искусство: Константин Багрянородный (тот, что принимал Ольгу) спонсирует создание «Парижской Псалтыри» — шедевра книжной миниатюры. Греки возрождают античные каноны красоты.
Первое огнестрельное оружие: В Китае в 950-х годах впервые упоминаются «бамбуковые трубки с порохом», которые выстреливали свинцовыми шариками. Прото-ружья начинают менять правила войны.
Сталеплавление: В Индии (империя Чола) мастера доводят до совершенства технологию выплавки булатной стали (Wootz steel). Эти клинки могли рубить европейские мечи как масло.
📜 Итоги 951–960 годов (ЛЛ):
Европа: Оттон I разбил венгров на реке Лех (955). Конец эпохи великих набегов кочевников на Запад.
Русь: Ольга съездила в Византию (957), крестилась и навела мосты. Святослав качается в спортзале и ждет своего часа.
Китай: Основана династия Сун (960). Бардак закончился, начинается порядок.
Исламский мир: Кордова (Испания) — самый развитый город планеты.
Америка: Расцвет «строителей курганов» в Миссисипи.
Вывод: К 960 году мир стал стабильнее. Большие империи (Сун, Германия, Халифат Кордовы) создали зоны безопасности. А на Руси подрастает Святослав, который скоро «перевернет» всю Восточную Европу.
В следующем выпуске (961–970): Святослав уничтожает Хазарский каганат, Оттон I становится Императором, и почему викинги решили, что в Гренландии может быть неплохо.
Как вы думаете, если бы Святослав крестился вместе с матерью, история Руси пошла бы по более мирному пути или мы бы потеряли его великие победы? Пишите в комменты! ⚔️📜👑
