Здравствуйте. Сижу в аресте на сайте 4pda больше года, за что меня арестовали - причину так никто и не назвал. Аккаунт у меня с 2018 года, в декабре месяце так сложилось, что я своим смартфоном не пользовался. Потом примерно через месяц захожу в аккаунт, ввожу данные на сайте, неверные данные, тему Последний шанс закрыли, хотя я объяснил, что доступ к моему смартфону мог получить кто угодно за время моего отсутствия.

Вдобавок ко всему этому по ошибке забанили моего друга, который просто попросил освободить меня из ареста.

В телеграм я недавно познакомился с одним обитателем. Слово за слово, рассказал ему про случившуюся беду с аккаунтом на 4pda. Он согласился попросить админа снять с меня арест.

Пользователь телеграм в процессе захода на сайт 4pda.

В скором времени пользователю телеграм удалось зайти на сайт, в саму тему Коллекция плохих отзывов о 4pda. Туда, где судя по обнаруженному моему Нику кто то именно с моего аккаунта вёл разговоры с администрацией во время моего отсутствия в декабре.

Тогда у меня не только 4pda накрылся, в телеграм в аккаунт резко перестало заходить, в результате чего я вынужден был обнулить аккаунт. Пропали все чаты, переписки, в одном телеграм канале я лишился статуса создателя и теперь канал существует сам по себе, потому что в телеграм поддержка состоит из волонтёров и на мой запрос о возвращении статуса создателя канала никто так и не ответил.

Пользователь из телеграм написал абсолютно нормальное сообщение, не нарушающее правил сайта - просьбу связаться админу с владельцем забаненного аккаунта, под спойлер закрепил скриншот моего аккаунта, и саму переписку, так как сам я не могу писать на сайте.

Пользователю на его культурное сообщение отвечает некий релизёр Zyniker, начиная фразу словами "хоспадя. Ещё один". В одной из высших официальных темах сайта 4pda, куда заходят обитатели чтобы оставить в корректной форме отзывы о сайте. А релизёр Zyniker, как один из капитанов сайта, такими провокационными сообщениями просто понижает доверие к администрации сайта. Много времени ему уделять не будем, не про него речь. Пользователю телеграм я сообщил чтобы он отвечал только админу Tab, как к высшему должностному лицу. Что он и сделал, а сообщение релизёра Zyniker вследствии было удалено, так как нарушало правила сайта

Прошло некоторое время, в течении суток, в свою созданную админом тему, зашёл создатель темы. Я тогда тоже по счастливой случайности зашёл в тему и увидел зелёный кружок напротив Ника админа, который означает что пользователь находится в сети. Через некоторое время обнаружил что вместе с удалённым постом релизёра Zyniker исчезло и само сообщение пользователя телеграм о просьбе освободить забаненный аккаунт на 4pda.

После удаления сообщения об освобождении ни с самим пользователем, ни со мной в телеграм никто так и не связался. Пользователь телеграм не обрадовался тому что на его просьбу админ от него отмахнулся как от назойливой мухи, удалив его сообщение.

На просьбу попробовать попросить ещё разок написать в тему, чтобы меня освободили, пользователь телеграм отказался, так как стал опасаться что его аккаунт заблокируют. Сразу чувствуется что 4pda народный форум, в который пользователи боятся что либо писать из-за опасений попасть в бан.

Мне стали интересны сообщения с моего Ника в форуме, подчёркиваю, кто то отправлял во время моего отсутствия с моего устройства с моего Ника. Первое сообщение, отправленное админом в адрес моего Ника, гласило то, что какой то пост, который кто то опубликовал на сайте с моего устройства — было удалено модератором/куратором, так как они посчитали это правильным. А дальше немного смутила фраза админа "суперы тоже ошибаются"

Давайте рассуждать. По логике модератор удалил пост, супермодератор (он же "супер" в краткой форме, второе высшее лицо на форуме после админа) — осудил удаление модератором поста на заявку, которую отправил пользователь. Так как пост и дальше не был восстановлен модератором — кто то с моего Ника обратился в данную тему, чтобы связаться с админом для восстановления поста, так как супермодератор вынес решение. Админ признал ошибку супермодератора, но по правилам сайта решение, принятое администратором или супермодератором — окончательное. Обжалованию не подлежит.

Стало быть решение супермодератором принято, оно "окончательное и обжалованию не подлежит". Значит админ, согласно правилам, обязан был оставить пост пользователя, а с супермодератором провести профилактическую беседу, чтобы в будущем супермодератор не ошибался. Читаю дальнейшие сообщения админа...

Узнаю, что удалённый модератором пост — был какой то инструкцией, которую кто то опубликовал с моего Ника. Админу не понравился вид инструкции пользователя. Почему? Админ не уточняет, не называет ни пункт правил, согласно которому в инструкции пользователя присутствует любая реклама запрещённых веществ "само название вещества из инструкции". Просто говорит "в таком виде" не опираясь на пункты правил.

Так же говорит что согласен с мнением модератора, хотя решение принял супермодератор, который упоминается в пункте правил сайта 4pda "7.5. Решение, принятое Администратором ресурса или Супермодератором, окончательное и обжалованию не подлежит." Модератор в пункте правил отсутствует, значит админ может быть согласен с мнением модератора много раз, имеет на это право, но по правилам решение первым принял супермодератор, которое обжалованию не подлежит, и руководствоваться нужно именно правилами...

Админ же на законную просьбу восстановить удалённую модератором инструкцию делает виноватым самого пользователя, нарушая пункт правил "решение окончательное и обжалованию не подлежит" Сам обжалует своё же созданное правило, делает решение супер модератора не окончательным. Если бы в пункте правил было дополнение что "в случае разногласий между админом и супермодератором — окончательное решение остаётся за админом и обжалованию не подлежит" — да, по правилам чётко всё понятно.

Но когда окончательное решение остаётся за тем, кто его принял (в данном случае супермодератор) — а потом приходит админ, делая решение супермодератора не окончательным вопреки своему созданному правилу — это неправильно. Резко падает репутация администрации сайта 4pda.

Дальше никаких сообщений тому, кто сидел с моего Ника от админа не было. Я молчу про то, что админ угрожал отправить пользователя в режим только чтение, отправить на "премод" — то есть комментарий, отправленный пользователем, одобряется после проверки модератором. Намекал, что пользователю не место на форуме...

Интересна так же реакция супермодератора, который вынес решение, защищал ли он обычного пользователя? Если да, то что то не видно, чтобы с пользователя был снят арест. Или предпочёл скромно отмолчаться в то время, когда его поддержка была очень важна обитателю 4pda?

Что касается админа 4pda, на его месте, пишет тебе обитатель в твою созданную тему просьбу — снять арест с форумчанина одного, через телеграм связывается, сторонний ресурс — значит хочет вернуться на форум, но за отсутствием ответов через службу поддержки 4pda (скриншот ниже)...

... пользователь ищет другие пути, чтобы связаться с администратором 4pda не для того, чтобы обозвать всех модераторов плохими, а чтобы, разобравшись наконец в причине незаконного по мнению пользователя ареста, вернуться на ресурс. Поговорив с пользователем в сети телеграм, признав взаимно ошибки друг друга (со стороны админа — отменой окончательного решения, вынесенного супермодератором. Со стороны пользователя — не уследил за своим смартфоном из-за чего кто то получил доступ к устройству и начал писать то, из-за чего пользователь лишился аккаунта 4pda, и едва не лишился аккаунта телеграм), — да пополните вы пункт правил дополнением "в случае разногласий между администратором и супермодератором окончательное решение остаётся за администратором" — и не оборвалась бы в таком случае чья то жизнь на 4pda, потому что в дополнении к правилу всё чётко было бы написано.

Что касается ресурса — я на нём обычный пользователь, который не внесением в почте в чёрный список всех караю, а стараюсь переубеждать словом и фактами.

Например, некий форумчанин bashinsky давным давно в qms помогал мне советами по теме YouTube ReVanced, потом сделав модификацию приложения с уникальным цветовым фоном, которую он мне выслал в почту, которую я выкладывал на форум сперва от своего имени. Потом уже его самого просил делать разные модификации и самому ему выкладывать на форум, так как это у него получалось хорошо. Что он, впоследствии, и сделал, и благодаря моей маленькой похвале в почте на его первую сделанную модификацию -- он сейчас сам выкладывает модификации.

Админ должен был бы понять, что что с моим аккаунтом не так, какие то инструкции, неожиданные споры от обитателя, который никогда инструкции не составлял, и в основном просил совета по разным вопросам форума, действия с моего аккаунта были не мои, а другого человека... У меня так и под профилем написано что я обычный пользователь.

В любом случае если с меня не снимут арест — те негативные эмоции, которые я получил особенно после того, когда админ удалил корректное сообщение пользователя телеграм у него на форуме 4pda с просьбой снять арест с форумчанина — эти эмоции обязательно зачтутся админу Tab на том свете как негативный поступок.

В плане администрации на данный момент времени сайт не очень радует, в плане разных программ, советов других пользователей — отличный сайт. Когда административный ресурс сайта уходит в сторону репрессий — появляются подобные статьи.

Если вы знаете альтернативы сайту 4pda, на котором так же помогают советами — пишите ниже в комментариях 👇 Никакие комментарии удалятся не будут, оставляйте всё, что вашей душе угодно 🙂

Хорошо помню тот вечер. Казалось, только вчера это было или позавчера. Но уж точно не минуло с того события уже тридцать лет. Так и хочется переспросить самого себя: сколько, сколько? Да, много лет. Хотя, с чем сравнивать, конечно. Если с вечностью, то от встречи с той бабусей меня отделяет лишь мгновение... А если оглянуться на мою жизнь... Много лет...

И почему я вспомнил давным-давно забытое происшествие именно сегодня? Ответ прост: потому что я приехал навестить родителей и зачем-то решил заглянуть в старый, допотопный родительский шифоньер. Но обо всём по порядку.

Наверное я, как и всякий порядочный герой, уважающий слушателя, должен хотя бы немного рассказать о себе. Что ж, не буду стремиться к сомнительной оригинальности и покорно скажу несколько слов. Родился я в потомственной «железнодорожной» (так всегда говорила мама) семье. Для красивости и законченности родовой линии следовало бы соврать и сказать, что этот свет я увидел в вагоне поезда или же в зале ожидания железнодорожного вокзала. Да, это было бы фантастично правильно и прекрасно вписывалось бы семейную хронику, но реальность была не оригинальной и привычной (она, реальность то есть, вообще не любит сложностей и при любой же возможности выбирает прямой и незатейливый путь, избегая загадок, тайн и двойственного толкования событий) — то есть родился я, как и полагается, в родильном доме, да ещё и легко и без всяких происшествий, то есть скучно и обыденно (если так можно назвать этот загадочный процесс — рождение новой жизни). Детство, юность — особо нечего рассказывать. Самые обыкновенные, разве что следует заметить, что рос я в семье очень обеспеченной по тем временам. Мама работала проводницей, а папа аж самим начальником поезда. Люди сведущие сейчас восторженно или даже завистливо присвистнут, а тем, кто не в курсе, поясню: должность эта давала возможность доступа ко многим материальным благам и, конечно же, «левому» заработку. В подробности не буду углубляться, скажу только, что папа был в городе человеком известным и уважаемым. Не настолько, конечно, как партийное руководство, но на многих нужных людей имел выход и все проблемы решал быстро и почти всегда легко. Мы жили соответственно родительским должностям и связям и лишь наше жильё вызывало у окружающих много вопросов. Отца часто спрашивали, почему он не выбьет нашей семье квартиру в новом доме или даже не построит свой собственный. Почему мы продолжаем жить в одной из квартир старого особняка, рядом с которым проходит железнодорожная ветка, приносящая жильцам грохот и грязь? На это папа всегда отвечал, что его предки всегда жили в этой квартире (признаюсь, папа слегка лукавил, но не буду углубляться в детали), поэтому и сам он, и его сын (так папа наивно думал) останутся верными семейному гнезду.

Вы наверняка уже догадались, что родители не только заранее выбрали мне местожительство, но и нимало не сомневались, что я продолжу семейное дело и пойду трудиться на железную дорогу.

— Ещё твой прадед был железнодорожником! Хорошо помню, как мы с двоюродными сёстрами ходили к нему на работу, на крошечный переезд, где стояла смешная будка, возле которой деда и его сменщик разбили крошечный огород.

Вроде бы так мама рассказывала, точно не помню. В детстве мне эти подробности были не к чему, а повзрослев, поняв, сколько интересного таит в себе прошлое, я попытался расспросить маму. Но к тому времени ей уже сделали неудачную операцию, и память маму стала подводить. Когда я приставал с вопросами, мама терялась, бледнела и испуганно шептала: «Не знаю. Не было такого!» Мама начинала волноваться, давление у неё подскакивало, и я понял: нельзя её тревожить, а всё, что происходило в мамином детстве, там и осталось. С этим уже придётся смириться.

Вполне возможно, что я бы послушно выбрал бы себе карьеру машиниста или инженера, чтобы продолжить славный трудовой путь (я говорю без тени иронии) «железнодорожного» рода, но вот тут-то Судьба и решила разрушить папины надежды. Она сделала это просто, не оставляя мне ни малейшего шанса на выбор иной профессии.

Когда я был подростком, у мамы начались сильнейшие головные боли. В поликлинике развели руками, сказав, что это следствие её затухающего женского начала, то есть климакса, и нужно просто перетерпеть, ибо все бабы через это проходят, и всё это абсолютно естественно. А мама мучилась, таблетки ей перестали помогать и участковый терапевт посоветовала спасаться всё теми же препаратами, только в виде уколов в мягкое место. Посоветовать-то посоветовала, но кому делать эти уколы? Ведь мамина голова болела без оглядки на расписание работы поликлиники. Папа, увидев шприц, чуть в обморок не упал, и мы с мамой поняли: я — единственный, кто почти в любое время дня или ночи сможет хоть как-то усмирить лютую боль. Я учился на бегу и как в бою: пришла медсестра, показала, как и куда колоть, как кипятить шприцы (папины связи позволили разжиться не только самими шприцами, но и новыми, острыми иголками), в общем, посвятила меня в слегка закрытый орден тех, кто не боится крови и человеческих страданий и призван облегчать их. Ох, как же мне сначала страшно было! Но мама, измученная и обессиленная, строго велела: «Коли!» Выбора у меня не было. К нашему с мамой удивлению, у меня оказалась очень «лёгкая» рука. Я делал инъекции быстро и решительно (просто боялся давать себе время на думу, понимая, что могу испугаться), вида крови не боялся, в общем, показал себя почти образцовым медбратом. Наверняка вы уже догадались, к чему я клоню. Да, да, я решил связать свою жизнь с медициной, тем более, что к маминым головным болям прибавилось ещё и высокое давление, которое тоже требовало измерения и лечения, то есть мои обязанности немного расширились, и я понял — это моё! Лечить, докапываться до сути недуга, чтобы победить его — вот моё признание. Должен признаться, вторая причина была, на самом деле, первой. Мне был интересен механизм болезни и её излечения. Если просто объяснить: как таблетка анальгина понимает, что ей нужно делать? Вот эта неизвестность будоражила мой разум. А сама болезнь? Откуда и почему она возникает? Что происходит в теле человека, какие процессы и что именно запускает известная или не известная пока бактерия? А вирусы? Наверняка пришельцы из космоса, выжившие на Земле, сумевшие превратиться в грозных врагов. Я читал популярные книжки о медицине, как увлекательные детективы, поражаясь человеческому уму, стойкости и силе духа. Я просто «заболел» этой наукой и никакие убеждения, никакие обиды и уговоры не могли сбить меня с пути.

Отец страшно на меня разозлился, говоря, что я предатель, что не оправдываю их с мамой надежды и ожидания. Банальная, часто повторяющаяся ситуация. Родители почти всегда желают ребёнку всего самого лучшего, даже не спрашивая, а что само чадо на самом деле хочет? Кем видит себя в жизни? Банально, да. Иногда мне кажется, что все наши жизни весьма банальны — заезженная пластинка вечности... Плохой из меня философ, поэтому вернусь к рассказу.

Когда папа понял, что переупрямить меня ему не удастся, он смирился и тут же предложил найти нужных людей, чтобы помочь мне поступить в медицинский институт. Но тут я снова разочаровал предка. Где-то в глубине души, очень, очень глубоко, таилась подлая мыслишка: не смогу, не сдюжу, испугаюсь. Я гнал подлянку, напитывал дух отвагой, но крошечный червячок сомнения оставался. Поэтому я и сказал, что хочу сначала закончить наше медицинское училище, а уже потом попробовать поступить в ВУЗ.

— Что значит «попробовать»? Поступишь! Деньги не проблема! — разбушевался отец, обожавший просчитывать все события на много шагов вперёд, поэтому он уже обдумывал, кем он так ловко меня устроит в ведомственную железнодорожную поликлинику или лучше больницу, чтобы до должности главного врача мне было идти совсем не долго.

— Попробую, — упрямо повторил я и подал документы в училище.

Поступил я легко (школу закончил с золотой медалью), а учился с таким удовольствием и всё нарастающим голодом знаний, что мне самому иногда страшно делалось. Мне было мало лекций и учебников, я много читал и рвался вперёд, к цели, которую и сам не мог бы назвать ни тогда, ни сейчас.

Что ж, герой повествования описан и слегка понятен и можно, наконец-то, рассказать о том зимнем вечере.

Хорошо помню, я возвращался от своего друга Генки. Он приехал на каникулы (только что успешно пройдено первое студенческое испытание — сессия), но мы, ещё не вполне привыкнув к новой, взрослой жизни, инстинктивно тянулись к прошлому, к старым друзьям и воспоминаниям. С Генкой мы протрещали несколько часов, я бы и дальше гостил у друга, но родители потащили его в гости, а я пошёл домой. Был уже вечер, торжественный и тихий, и, как это и принято в наших краях, мороз, отдохнув днём, уже вступал в свои права, сковывая подтаявшие лужи, превращая их в опасные ловушки для небрежного прохожего. В одну из них наверняка и угодила та бабуся. Я уже подходил к родному подъезду, когда услышал:

— Эй, малый! Иди помоги!

«Какая жалость, что я не глухой и не могу игнорировать эту просьбу!» — тут же подумал я и неохотно пошёл на зов Упыря — нашего соседа, личности угрюмой и неприятной.

— Бабка тут упала, видно ногу расшибла, может даже сломала. Я её поднял, а она стонет и охает и плачет. Ты погляди за ней, чтобы она с лавочки в сугроб не свалилась, башку не разбила, сидит-то неуверенно, я её посадил, а она падает. А я побегу, машину вызову, — велел мне Упырь и, не дожидаясь моих возражений (ведь и я мог сбегать домой и вызвать скорую), быстро побежал по тропинке к дому.

Я скривился, но тут меня пронзила острая, приятнейшая мысль: это же мой первый пациент! Мой первый настоящий пациент! У него, неё, то есть, можно посчитать пульс и... И что ещё делают в таких случаях? Я посмотрел на припорошенную снегом бабусю (одета она была не шикарно, но вполне сносно, тепло, то есть вид имела домашний и ухоженный), и в мозгах у меня вдруг заработал некий пылесос, качественно высасывающий из них всю медицинскую премудрость. В голове навязчиво крутился лишь заголовок, увиденный на одном учебном плакате: «Укладка перевязочного материала в биксы» и фразы из американского сериала «Скорая помощь», который тогда показывали по телевизору. «Посмотрите на меня, мэм! Вы знаете, где вы находитесь? Вы можете сказать своё имя?» Ага! И фонариком в глаза посветить обязательно! Я сдуру даже по карманам пошарил в поисках оного, а потом, взяв себя в руки, сел рядом с бабушкой (она и не думала падать, сидела спокойно, вроде бы дышала, но глаза у неё были закрыты) и взял её руку, чтобы проверить пульс. Вдруг её уже не приёмный покой везти надо, а в самый распоследний?

— Бабушка, вы меня слышите? Где у вас болит? — спросил я, убедившись, что пульс имеется (в те минуты я под угрозой расстрела и отчисления не смог бы назвать его характеристики).

Она не ответила, но открыла глаза и посмотрела на меня. Глаза у неё были ясные, умные, красивейшего, бирюзового оттенка и очень не подходили своей яркостью морщинистому лицу. Словно пересадили эти глаза! Бабуся всмотрелась в моё лицо и неожиданно тихонько ахнула. Вцепилась в мою руку (пальцы у неё были ледяные, озябшие, и эта предсказуемая мелочь почему-то заставила моё сердце биться скорее) и прошептала что-то, я не расслышал и переспросил её:

— Вам холодно, больно? Где? Сейчас уже врачи подъедут!

Бабушка помотала головой и уже отчётливо спросила:

— Где крылья твои, Ангел?

Ну, приехали! Она ещё и головой ушиблась! Сознание спутано. Я вспомнил хоть какое-то подобие медицинской премудрости и слегка взбодрился.

— Всё хорошо будет, вы не волнуйтесь!

Бабушка, восхищённо глядя на меня, не отвечала, только губами шевелила и руку мою отпускать не собиралась. Мне стало неуютно, я ведь никогда ещё не видел людей, не дружащих с собственной головушкой (блаженная жена Упыря, славящаяся отсутствующим взглядом, не в счёт, мимо неё я просто пробегал, даже не здороваясь). Что в таких случаях делают? Наверное, спокойно слушают и не перечат. Так я и решил поступить и внимательно посмотрел на бабусю, пусть себе несёт всякую чушь. Но она молчала и лишь восхищённо ахала и смотрела на меня таким странным, обожающим взглядом, что мне стало ещё больше не по себе.

— Вы потерялись? Или домой шли и упали? — спросил я, чтобы хоть как-то разбить торжественную тишину и разрушить чары, наложенные на незнакомую бабушку неведомо кем.

— Где крылья твои, Ангел? — настойчиво повторила бабуся и вцепилась в мою руку ещё сильнее, как голодный клещ в упитанную псину.

«Ничего, сейчас скорая приедёт, погружу бабку в машину и всё закончится», — подумал я и попытался отцепить от себя цепкие пальцы. Куда там! В бабке оказалось столько силы, что и мне впору было позавидовать! Ладно, пусть пока за меня держится, может быть она просто напугана! Вздохнув (я уже очень проголодался, и мне хотелось поскорее добежать до дома, поужинать и почитать книжку, а потом и «Скорую помощь» посмотреть), я нетерпеливо посмотрел на дорогу. Где же наша скорая, самая обычная, без фонариков и заморских прибамбасов. Да и Упырь испарился! Не соврал ли он мне? Не подстроил ли зачем-то вот эту встречу с сумасшедшей бабкой? Я уже почти испугался, когда хлопнула дверь подъезда, и Упырь собственной персоной, поскальзываясь и чуть ли не падая, поспешил к лавочке.

— Сейчас будут. Как она? Дышит?

Глупейший вопрос! Мне захотелось нахамить, сказав что-то вроде: покойники не моргают и пар изо рта не выпускают, но я сдержался и лишь кивнул.

— Бабуля, слышишь меня? Как тебя звать-то? Откуда ты вообще свалилась?

Бабуся не успела ответить (да она и не собиралась, судя по её виду) на эти вопросы. Загремела сирена скорой помощи, и я почуял дух свободы. Но, как известно, то, что тебе кажется, совсем не обязательно произойдёт.

— Грузим бабушку! Ваша старуха? — спросил нас дюжий дядька-доктор, бегло осмотрев блаженно улыбающуюся бабушку (не очень-то её улыбка вязалась с болью, я успел подумать, что бабка ловко симулирует ушиб).

— Нет, мы просто прохожие. Увидели, что она упала и вот... — пояснил Упырь.

— Ааа, добренькие, значит! — почему-то неприязненно сказал врач (я так и не понял, его враждебную интонацию, скорее всего, она не имела к нам отношения и была следствием некоего события, разозлившего этого эскулапа). — Ну тогда помогайте загрузить бабку!

Мы с Упырём подняли бабушку на руки и почти понесли к машине. Больная всё также цепко держала меня за руку, и когда я вежливо попросил отпустить меня, лишь улыбнулась.

— Ты смотри, какая упорная бабка! — удивился врач и предложил мне прокатиться до больницы, чтобы уже в тепле разомкнуть наглые пальцы пострадавшей.

— Нет! Мне домой надо! — запротестовал я, уже понимая, что выхода у меня нет.

— Ну не руку же ей ломать! Залазь, тут недалеко!

Что мне оставалось делать? Послушался, конечно.

— Тогда и я с вам поеду! — неожиданно сказал Упырь и тоже залез в скорую.

— Цыганский табор! — усмехнулся врач, и мы поспешили в больницу.

— Бабушка, чего вам от меня надо? Отцепитесь, а! — уговаривал я больную, пока мы тряслись в старом «рафике», но бабуся, глядя на меня с необычайным восторгом, лишь улыбалась. И, в конце концов, комизм ситуации и до меня добрёл, и я расхохотался. Моя самая первая «пациентка» оказалась строптивой и настырной!

***

В больнице нас с Упырём снова начали пытать, мол, кем вы приходитесь старухе и всё такое прочее, а когда мы заново рассказали всю короткую историю, медсестра устроила допрос самой больной.

— Бабушка, вы меня слышите? Где вы живёте?

При этом вопросе бабуля встрепенулась и, как мне показалось, заученным движением сунул руку в карман, вынула сложенный вдвое тетрадный листок и подала мне, видимо, как самому близкому в данный момент человеку (ещё бы, моё запястье она так и не отпустила!).

— «Надежда Петровна Осипова. Проживает по адресу... Если потеряется, звоните мне, её дочери Анне, по телефону...» — громко прочитал я весьма своевременно появившуюся записку.

— Ну и прекрасно! Сейчас мы вашу дочку сюда вызовем! — громко сказала медсестра бабусе, то есть Надежде Петровне Осиповой, забрала старухин «документ»  и убежала. А я сказал:

— Ну вот видите, всё разъяснилось! Отпустите мою руку, Надежда Петровна!

Бабуся покачала головой и настырно спросила:

— Где крылья твои, Ангел?

Я видел, что она очень ждала моего ответа, что начала волноваться, покраснела, а её чудесные глаза словно плёнкой начало затягивать. Мне почему-то стало так страшно, что я отчаянно выпалил:

— Крылья? В шифоньере спрятаны. Они ведь не каждый день мне нужны, а если таскать их без надобности, запылятся и обветшают! И что потом делать? В химчистку их отдавать? Так испортят или потеряют! А как я без крыльев?

Откуда этот бред явился в мою голову? Почему я именно так сказал? До сих пор не понимаю. Но мои слова оказали чудодейственный эффект: Надежда Петровна успокоилась, улыбнулась и, наконец-то, отпустила мою руку. Тут же, как мне показалось, утратила ко мне всякий интерес и вспомнила про свою больную ногу, застонала и побледнела.

Прибежала медсестра, сказала, что дочка бабуси уже едет и что мы можем уходить. Я медлил, мне было интересно посмотреть, как Надежду Петровну будут осматривать, какие назначат анализы и что скажет врач по поводу её странного поведения, но Упырь (я совсем про него забыл) потянул меня за рукав, и мы пошли домой.

Идти нам было минут двадцать, двадцать пять. Говорить мне не хотелось, а Упырь, по своему обыкновению, молчал. Уже в родном дворе я спросил, не ожидая ответа:

— А зачем вы в больницу поехали?

— Чтобы ты один по ночи не шлялся, — грубо сказал Упырь и, не прощаясь, вошёл в свой подъезд, а я побежал домой.

***

Как я уже сказал, с тех пор минуло целых тридцать лет. Я стал врачом, травматологом. Погрузился ли я в глубины знания? Узнал ли первопричины всех болезней? Нет. Из меня получился добротный, хороший врач, не хватающий звёзд с неба. Вот только есть одна мелочь. Со мной все очень любят дежурить, потому как в мои смены почти никто в нашем городе не калечится, не падает и не попадает во всякие передряги. А больные, которых я «веду», выздоравливают быстрее и, как это ни странно звучит, качественнее. Коллеги беззлобно смеются и называют меня лентяем, мол, именно потому, что я не люблю работать, мне и попадаются лёгкие случаи. Я отшучиваюсь и сам удивляюсь: почему так происходит, ведь ничего особенного, сверхъестественного я не делаю.

Тридцать лет... Целая жизнь... Так почему же я вспомнил ту старую историю именно сегодня? Потому, что я приехал навестить родителей (мама совсем плоха, а папа измучен круглосуточной жизнью с тяжело больной, всё ещё любимой женщиной) и когда я осмотрел маму, поговорил с папой и мы пообедали, я зачем-то пошёл в свою бывшую комнату, в которой сейчас хранился весь тот дорогой сердцу хлам, который жаль выбрасывать и который ценен лишь для его владельцев, в том числе и старый, скрипящий шифоньер, с которым мама не хочет расставаться потому, что это была их с папой первая серьёзная семейная покупка. Допотопная реликвия, не интересная никому, кроме тех, кто знает её историю. Я открыл жалующиеся на старость дверцы, посмотрел на старые мамины платья («мода циклична, внучки ещё скажут мне «спасибо» за этот гардероб», — любила говорить мама, и внучек так и не дождалась, теперь все эти раритеты ждут благодарных невесток-модниц), почему-то вспомнил сказочную Нарнию, усмехнулся и погрузил руку в недра шифоньера, чтобы дотронуться до задней стенки и убедиться в её незыблемости и материальности. Вдруг мои пальцы коснулись чего-то мягкого, нежного, похожего на перья. «Странно», — подумал я, — «вроде бы у мамы не было платьев с перьями! Что бы это могло быть? Подушка порвалась? Но тогда бы перья осыпались вниз! Загадка, однако!» Я хотел раздвинуть платья и посмотреть, что же хранится в недрах шифоньера, но вдруг услышал свой собственный голос. Он был юным и отчаянным и доносился издалека: «Крылья? В шифоньере спрятаны. Они ведь не каждый день мне нужны, а если таскать их без надобности, запылятся и обветшают! И что потом делать? В химчистку их отдавать? Так испортят или потеряют! А как я без крыльев?»

Мурашки пробежали по позвоночнику. Тренированные, вышколенные мозги вопили: «Немедленно посмотри, что там! Всему и всегда можно найти научное объяснение! Тебе ли это не знать!» И тут же другой голос всплыл из глубин памяти, другие глаза глянули на меня сквозь время: «Где крылья твои, Ангел?» А я ведь даже не оглянулся, не помахал ей рукой...

Мне стало невероятно страшно. Я захлопнул дверцы и выскочил из комнаты. Может быть когда-нибудь я вернусь и всё же посмотрю, что хранилось в старом шифоньере. А пока я не хочу думать об этом! «Действительно не хочешь?» — спросил себя сам и задумался. Не знаю...

©Оксана Нарейко

Не знаю, чего больше хочу, просто выговорится или получить какой-нибудь дельный совет. Пишу - и слёзы на глазах, но может быть так даже лучше.

Решение не спонтанно возникшее, а после нескольких ссор - собираемся разводиться с женой, с которой прожили больше 8 лет. И, оглядываясь, даже и не скажешь, что душа в душу...
Расписались, когда обоим было в районе 25 +/-. Она красивая, умная, начитанная, но у нас абсолютно разные взгляды на семью, любовные отношения, быт, жизнь, в конце концов. В добавок ко всему, в последние пару-тройку лет очень испортились отношения между ней и её матерью, как раз примерно после смерти её отца. Жена и сама постоянно говорит, что у неё стало не всё в порядке с психикой, полгода она уже работает с психологом.
Летом 2025 въехали в новую квартиру, которую уже давно купили на стадии строительства и о которой я давно мечтал. Были очень большие планы на дальнейший ремонт, но в какой-то момент жена в этой квартире разочаровалась... Она мне прямым текстом говорила, что не хочет ей заниматься, а я думал, что это пройдёт. Она прямым текстом говорила, у нас разные понятия о семье и быте, но я не принимал всерьёз. Она прямым текстом говорила, что "пока" не хочет иметь детей, якобы не от меня, а в принципе, но задним числом я всё понимаю... Близости у нас не было практически с момента переезда, а до этого максимум раз в пару месяцев. И то, наверное, потому что я уже на мозги капал.

Да, она выросла в "токсичной среде", где мать с отцом враждовали не на жизнь, а на смерть, отец в итоге спился. Я видел в ней человека, абсолютно не похожего на своих родителей, даже удивлялся, как в таких условиях вырос такой адекватный человек. Но, как выяснилось в следующие несколько лет после свадьбы, всё это время был влюблён в образ, который выстроил у себя в голове, наверное... Она так и не смогла мне довериться, открыться по-настоящему. Говорит, что когда-то любила меня, но сейчас уже давно не любит. Всё это время скрывала все свои переживания, копила по капле небольшие обиды, молча, делая вид, что всё хорошо. А я этого не замечал. Первый раз крупно поссорились спустя 4 года отношений, и уже тогда, казалось бы, надо было о чём-то задуматься... А я не придал этому должного значения. Вчера в третий раз за полгода, сидя в новой квартире, после разговора на повышенных тонах я наконец-то смог докопаться до самых глубин её мыслей, через ругань и ссору, и сколько на меня вылилось... Столько ненависти и одновременно безразличия я никогда не видел в ней. Говорила, что я испортил ей всю жизнь. А напоследок она добавила, что её всё устраивает, да и вообще, "не лезь ко мне больше с разговорами".

Здравый смысл орёт, что дальше по жизни вместе нам явно ничего не светит. Даже не орёт, а звенит набатом на всю округу. Но в глубине души мне всё ещё кажется, что отношения можно спасти. Как говорится, можно, но зачем... Мне всегда казалось, что я уделял ей достаточно внимания и старался баловать разными подарками. Жил так, как считал необходимым в плане выстраивания отношений в паре. Несмотря не её недоверие ко мне, доверял ей целиком и полностью. Я так считал. У нас две машины, обе выбирала она, собственно, новая квартира, и ремонт делался тоже так, как ей нравится. Мне всегда хотелось делать для неё то, что нравится именно ей. Но спустя 8 лет жизни оказалось, что в её понимании любовь и семейный отношения выглядят по-другому... Как именно - после всех разговоров я до сих пор не разобрался. Она утверждает, что я её никогда не любил и не люблю, а мне это как удар ниже пояса, только в стократном размере. Право выбора, которое я ей всё время предоставлял во всём, она восприняла как безразличие к ней. И сейчас мне очень мерзко на душе, потому что я не понимаю, как она будет жить дальше. Потому что с её слов, я повторюсь, "всё норм. Живут же так люди в браке годами, ненавидя друг друга". Я-то перетерплю, как обычно. Но я безумно хочу, чтобы, если развод всё же состоится, после него она жила лучше, чем до. Но почему-то меня никак не отпускает мысль, что ей будет очень тяжело. У неё "раздолбана кукуха" из-за ссор с матерью, из-за своих личных переживаний по поводу того, что у неё до сих пор нет нормальной работы и она "по жизни не состоялась", из-за разочарования в новой квартире, и я собираюсь её оставить в таком состоянии. Хотя она ничего не сказала против развода, ей "без разницы". Я не знаю, что с этим делать, мне очень тяжко это всё переварить и прийти к какой-то разумной мысли. Может, я и вправду эмпат и эгоист, я не понимаю.

Ребят, хотя бы пару слов, кто может что-то подсказать, виденье со стороны, буду очень благодарен. Понятно, что здесь раскрыты не все грани наших отношений, но основное, на свой взгляд, я попытался изложить. Спасибо всем заранее.

часть 1 часть 2 часть 3 часть 4 часть 5

Поздравляю, вы выдержали и надеюсь прочитали все части моего опуса, не знаю, насколько это вас приободрит, но это заключительная часть моего рассказа. Далее краткое содержание предыдущих частей. Вы врач, специалист, решили перебраться в Латвию из России. В России вы собрали все документы включая диплом врача, сертификат специалиста, характеристику с места работы, при большом везении – репутационный сертификат, перевели в се на Латышский. Подали документы в академический центр в Латвии. Освоили язык, сдали экзамен на подтверждение диплома врача. Подали документы на подтверждение специальности.

Итак, пройдет еще примерно полгода с момента подачи ваших документов в Академический центр для подтверждения специальности. Судя по отзывам других врачей и моему личному опыту, академический центр сработает оперативно, а вот общество врачей процедуру затянет. И дело тут не в том, что вы из России, это может аукнуться позже, дело в том, что само общество врачей фактически рассматривать ваши документы не будет. Они соберут комиссию из врачей у которых такая же специальность как у вас, например комиссию общества урологов или офтальмологв. Эта комиссия состоит из практикующих врачей у которых и без вас хватает работы (студенты, прием в поликлинике, операции и т.д.). Поэтому через поло года, если не получите решение, начинайте потихоньку, осторожно спрашивать у общества врачей, что там происходит с вашими документами. Скорее всего вам дадут контакты председателя комиссии и начинайте тогда тревожить его. Как по мне, так надо относиться к этой ситуации с пониманием, так как коллеги обычно идут на встречу.

Далее, вы получите решение. Что обычно там бывает? Всегда будут две вещи: адаптационный период и экзамены в профильном обществе, иногда дополнительные экзамены. Теперь о каждом пункте подробнее.

Адаптационный период. Нужен для того, чтобы вы изнутри поняли, как работает система здравоохранения. По моему опыту, для этого хватит пары месяцев, так как система похожа на Российскую, сказываются общие корни, хотя разница все же есть. Если захотите – запилю отдельный пост. Возвращаемся к адаптационному периоду. По закону он может быть до трех лет. Критериев определяющих его срок нет, а значит все будет субъективно. Вот тут может и аукнуться ваше Российское образование. Какие-то врачи сочтут ваше образование недостаточным и вам дадут два года на адаптацию, в каких-то случая посчитают достаточным, и вы получите всего полгода. Звучит как срок, не правда ли? На самом деле так оно и есть, кто учился в ординатуре, не даст соврать. Вы будете проходить указанный период в нескольких больницах Латвии, в решении будет указанно в каких. Ваш положение будет где-то между сестрой и ординатором, если не повезет. Если отделение хорошее, то будете полноценным врачом. Все субъективно. Ни разу не слышал, чтобы кому-то даль больше двух лет, обычно год. Везунчикам дают 6 месяцев. В этот период вы будет устроены официально врачом-стажёром  и получать денежное довольствие около 1200 Евро после вычетов налогов. Этого хватает, чтобы нормально жить, без излишеств, но и особо не ужимаясь. Иногда бывает так, что вам не будут платить НИЧЕГО, но это бывает только в тех, бесконечно редких случаях, когда период короткий, например 3 месяца, но повторюсь, это БЕСКОНЕЧНО редко. После окончания срока у вас на руках должны быть журнал, в котором отражено все то, что вы делали (краткое описание пациентов, посещенные лекции, манипуляции, которые вы проводили и т.д.). На каждой клинической базе свой журнал, в конце руководитель должен его заверить и поставить вам оценку.

Экзамены. Есть два вида экзаменов. Первый – экзамен по вашей специальности. Сдают все, это финальный этап, поэтому о нем чуть позже. Дополнительные экзамены, курсы. Если вдруг комиссия посчитает, что программа, по которой вы учились сильно отличается от той по которой учатся специалисты в Латвии, то вас могут попросить пройти дополнительные курсы. Ситуация тоже редкая, но случается. Комиссия укажет, где и какие курсы надо пройти. Чтобы не терять времени это можно делать параллельно с прохождением адаптационного периода.

Итак, вы закончили адаптационный период, в случае необходимости прошли какой-то дополнительный курс, журналы подписаны и вы готовы сдавать экзамен. Первое – узнавайте про экзамен заранее. Часто заявление на экзамен и сопутствующие документы надо подавать за несколько месяцев, не пропустите этот срок. Иначе может получиться так, что адаптационный период закончиться, а экзамен только через пол года. Экзамен сдается в профильных сообществах, например общество травматологов-ортопедов, если вы травматолог конечно. Вы будете работать с резидентами (аналог ординаторов в России, только зарабатываю в разы больше, примерно 1200-1500 Евро, моя стипуха в Москве была около 8000 рублей в году так в 18м). Узнайте у них про экзамены, вопросы и т.д. Про ход экзамена вы так же можете уточнить у секретаря комиссии, которому будет подавать документы для регистрации на экзамен.

Экзамен на специальность похож на тот, что был в России. Тесты, клинические задачи, теоретические вопросы, только размер комиссии поразил, было человек десять, из-за чего было достаточно не уютно. Но в целом атмосфера достаточно дружелюбная.

Результат экзамена вы узнаете сразу. После экзамена секретарь отсылает результаты в общество врачей. Через месяц после экзамена обязательно уточните у общества все ли документы они получили. Пока они не получат ваши журналы о прохождении адаптационного периода, сертификаты о прохождении дополнительного обучения, результаты экзамена – ничего происходить не будет. Вас не будут тревожить, вы будете просто бесконечно ждать.

После того, как общество врачей получит все необходимые документы, примерно через месяц вы получите сертификат о подтверждении вашей специальности. Далее, вам надо заново написать заявление в инспекцию здравоохранения (см. предыдущий пост), но уже указать, что вы не просто врач, а специалист. ВСЕ.

Поздравляю, хорошая новость в том, что теперь вы можете работать. Плохая – вы будете работать. Трудоустройство в Латвии практически не отличается от такой же процедуры в России. В средне статистической больнице / поликлинике поговорите с руководителем, обычно на общие и околомедицинские  темы и вас берут. Тут уже никого не смутит, что вы учились в России, а некоторое даже считают это преимуществом.

Позволю себе закончить серию постов крылатым выражением "dixi et animam levavi". Если есть интерес – пишите, создам посты на другие темы.