Иногда поражаешься, насколько важен в разговорах (особенно при приёме на работу) общий культурный код.
Наш завуч предыдущий был человеком мощным. Как он сам про себя говорит, "злой полицейский". Я когда к нему хулиганов водил, воздух в комнате сгущался настолько, что его можно было резать. А через пару минут разговора уже начинало ныть сердце и невольно возникало чувство, будто ругают сейчас меня. И это всё без повышения тона! Вот что значит педагогическое мастерство.
Впрочем, даже в такие моменты я в глубине души помнил, что было и тяжелее. Когда был наш первый разговор.
***
Подходит к концу жаркое лето двадцать второго года, я трудоустраиваюсь в школу, директору всё нравится, обо всём поговорили, всё обсудили.
Остаётся вроде бы всего ничего - ещё разговор с завучем, и всё!
...
Это было трудно. Беседа клеилась чёрт знает как. Я чувствовал невероятное давление. К каждому моему слову он цеплялся. Я буквально не мог понять, откуда столь большое недружелюбие ко мне?
Это сейчас я вижу с его стороны: пришёл очень радостный двадцатилетний щегол и думает, что без педагогического образования сможет детей учить)
А в тот момент я терялся. Но понял, что буду стоять до конца, и юмор - наша стратегия. Начинаю вбрасывать шутки, одна за одной, смеюсь, смотрю - заходят или нет.
В какой-то момент он выдаёт: - А вот на что вы потратите первую зарплату?
Мочим: - Куплю жене сапоги!
Ах, вижу, улыбается! Совсем слегка, уголками губ, но глаза выдают. Значит, вот куда давить надо!
Пропускаем пару минут, дожидаемся подходящего момента: - Тимофей, вы же понимаете, что придется нормально работать, а не просто сидеть? Нам тут халявщики не нужны. - Я не халявщик, я партнёр!
Ну вот и пробило. Смеёмся, и дальше уже разговор как-то проще идёт. Вроде бы серьёзные вещи обсуждаем, а всё равно как-то легче на душе.
Для тех, кто не въехал: это фразы из рекламы "МММ" 90-х, которые говорил легендарный персонаж Лёня Голубков:
Сапоги:
Партнёр:
Можете подписаться на меня на Пикабу или в Телеге. Я пишу про работу в школе, репетиторство и иногда про всякое личное.
И в самом деле, подавляющее число государств имеют красный цвет в своих национальных символах - пусть и немного, пусть и в разных оттенках, но он на месте. Не важен ни специфичный культурный контекст, ни идеология, ни религия, ни местные особенности - всюду он востребован и популярен:
На флагах столь разных стран - от Китая до Мозамбика - это видно более чем великолепно. Значит, причины тут должны быть очень весомые. С ними я и предлагаю разобраться.
Где же берёт начало любовь к красному цвету? Тут надо понимать, что, при всём многообразии человеческих обществ, ключевую роль в формировании государственности современного типа сыграли народы Европы и Азии.
Именно они стали создателями и разносчиками основных культурных кодов
Поэтому абсолютно логично, что обожание красного цвета кроется в первую очередь в их традиции. Тут и надо выделить две категории:
Первая - наша родная, европейская. История Европы - это, в первую очередь, история войн и дикой конкуренции, когда каждый клочок земли веками оставался местом, обильно удобренным кровью и трупами людей, чей дух покинул плоть по причинам, ныне причисляемым к неестественным. Вспомните историю появления России, Испании, Франции, Англии, раздробленность Германии и Италии - и это станет очевидным.
Из-за таких условий европейская система породила слой военной аристократии и мощную идеологическую конструкцию, прославляющую воинов и боевую доблесть. Когда всё это безобразие складывалось, благородным семьям понадобилось создать для себя символы, дабы показать всем, насколько они хороши и высокоморальны. И тут, что называется, сошлись все звёзды.
Во-первых, красный - это цвет крови, не исключая и пролитую в бою. А раз кровь пролита, значит бой-то был храбрый и честный. Ну, так, по крайней мере, мы расскажем и запишем.
1/2
Данная субстанция играет и вторую важную символическую роль - "благородная кровь", слышали ведь? В те времена не знали, что ДНК содержится и в других биожидкостях (в слюне, например), и кровь была синонимом родства и происхождения.
Из-за этих ассоциаций красный ("червлень" в русской геральдической традиции) стал крайне популярен на гербах князей, герцогов, королей и тому подобных персонажей. В качестве примеров можно назвать вот их:
Стяг Всемилостивого Спаса, использовавшийся русскими царями, в том числе в битвах (например, Иваном IV во время взятия Казани в 1552 году)
Герб восточно-римской династии Палеологов, в дальнейшим взятый Россией, Сербией и некоторыми другими странами
Герб Плантагенетов, французского рода, правившего Англией в XII-XV столетиях
Тут естественно повлияла и чисто прагматичная функция - красный цвет яркий и сразу заметен с дальнего расстояния, что критично во время битв (сухопутных и морских), особенного таких, какие были в Средние века и раннее Новое Время, и морских плаваний в целом. Кроме того, источники красной краски с древности были относительно доступны - особенно такая травка, как марена красильная, из корней которой удобно получать вещество для нанесения на ткань.
С химическими изысканиями в те года дела шли не сказать что великолепно, так что этот ресурс очень долго оставался одним из ключевых в деле окрашивания всякого.
Первоначально, я замечу, это всё были именно обозначения элитных генетических линий, и большинство граждан, в основном занимавшихся выращиванием зерновых, брюквы и капусты, не имели к данным полотнам никакого отношения. И лишь с появлением абсолютных централизованных монархий, а затем - национальных государств, они плавно перешли в разряд всеобщего достояния, ставшего маркером нации.
В Европе дело развернулось примерно так.
Вторая же традиция - азиатская. Тут значение красного цвета немного иное. В восточноазиатских культурах он считается цветом радости, удачи, праздника и процветания, солнечной силы и жизненной энергии.
1/3
Он очень популярен в Китае.
И отражён на флаге Японии
В южноазиатской традиции - в первую очередь индуистской - этот цвет ассоциируется с чистотой, очищающим огнём, любовью и жизнью, победой над злом. Красный соотносится с Шакти - женской энергией, которая есть у каждого божества.
Хотя у самой Индии флаг обходится без него (внезапно, она в числе исключений)
А вот символика её соседа - Непала, волею исторических судеб сохранившего самостоятельность как традиционное индуистское королевство ещё в XIX столетии, наоборот, с красным дружит.
То есть, по всей Евразии разбираемый цвет был воспринят весьма дружелюбно с древнейших времён. Это неудивительно - получить его было легче, и увидеть тоже. Однако в XIX-XX столетиях он стал ещё шире распространён. Тогда случилось множество революций - как национальных, так и социальных.
Появились новые страны - отвоевавшие независимость, к примеру, или совершившие слом общественного строя. Одной из первых и самых влиятельных ласточек тут стала Французская республика и её флаг - триколор, на котором красный символизирует кровь мучеников революции и идею братства, что откровенно проистекает из уже устоявшегося значения, но в обновлённом ключе - борьба за свободы вместо битвы в поле.
1/2
Просто сравните его с полотном свергнутой революцией династии Бурбонов.
Ну и вслед за французами эту моду подхватили мексиканцы, итальянцы, революционеры Южного Америки и так далее. То же самое с американским звёздно-полосатым, который возник даже раньше.
1/2
Флаги Мексики и Венесуэлы
Ну а дальше - дальше пошло веселее. Социалисты, коммунисты и иже с ними стали ещё активнее использовать красный по тем же причинам, и в 1900-ые годы многие стали видеть в нём цвет борьбы за права трудящихся, революции и левых идеалах, что крепко вжилось в культуру.
1/3
Флаги СССР, Вьетнама и Кубы, стран с социалистической риторикой.
Если говорить в общем, то тут мы имеем дело с наложением одного на другое. Изначально заметный, "кричащий" цвет, красители для которого было удобно добывать и который имел множество сходств с ключевыми вещами в жизни - от Солнца до крови - получал по ходу усложнения исторического сюжета всё новые и новые значения, оставаясь при этом ключевым в символике.
А что там с исключениями?
Таких стран мало, но они таки есть. Помимо Индии, уже упомянутой, стоит назвать:
Саудовскую Аравию - страна пустынная, а флаг, что удивительно, зелёный - цвет ислама. Хотя красный вполне есть на Ближнем Востоке, хотя и в специфичном виде. Ряд государств региона используют так называемые панарабские цвета.
1/4
Они были разработаны в начале XX столетия британцами, и красный тут значит то же, что и в Европе - кровь, пролитую за свободу. Далее - флаги Египта, Ирака и Йемена.
Кроме того, красный является цветом уважаемой династии Хашимитов, по сей день правящей в Иордании. Её нынешняя символика тоже навеяна британским влиянием.
1/3
Герб Хашимитов, флаг Иордании и флаг королевства Ирак, где династия была свергнута в 1958 году
Впрочем, в Саудии руководит другой клан, так что это мимо. Она остаётся одним из "некрасных" государств.
Есть ещё Сомали, у которого всё очень просто - голубой Индийский океан и звёздочка.
В Казахстане похожая ситуация, только голубой символизирует небо, а золотые Солнце и орёл - богатство, изобилие и свободу.
Любопытно то, что кроме красного, достаточно популярны белый, синий (голубой) и золотой, которые также имеют много культурных ассоциаций с возвышенными вещами. Часто они присутствуют на одном флаге.
А какой же цвет, напротив, редок в символике?
Есть такой, и это фиолетовый. Его можно найти с большим трудом.
1/3
Присутствует на флаге островной карибской страны Доминика и центральноамериканского Никарагуа (попробуйте там его найти), есть на випале - одном из символов Боливии, использующимся наряду с национальным флагом. Нигде он, однако, не занимает много места
И почему же так? Ответ на сей вопрос тоже прагматически и исторически обусловлен. Фиолетовый краситель добывался из определённых разновидностей моллюсков-иглянок, проживавших в больших количествах в Восточном Средиземноморье, у берегов Леванта.
1/2
Не сказать, что эти беспозвоночные - редкие вымирающие существа, однако на получение одного грамма нужного пигмента уходили тысячи особей. Занятие это было затратное, да и приятным его назвать можно с трудом. Так что фиолетовый использовался крайне редко, практически всегда - королевскими/императорскими особами. Он, таким образом, стал символом невиданной роскоши и верховной власти.
Это хорошо заметно на примере изображений Отто III, императора Священной Римской империи (980-1002), и по церемониальному прикиду нынешнего британского монарха Карла под тем же номером
Возможно также, что из-за крайней дороговизны и редкости фиолетовый стал вызывать ассоциации с тайной и мудростью.
Дымка такого цвета нередко используется в медиа для создания загадочной атмосферы
Разумеется, ныне благодаря достижениям химиков он многократно подешевел и больше не является диковинкой, однако глубинные представления остались, что так или иначе отражается.
К примеру, в моём излюбленном мультсериале "Аватар: легенда об Аанге" (2005-2008) героиня Юи - принцесса Северного Племени Воды, носит шубу фиолетового оттенка, что отсылает к её статусу.
С развитием языка и культуры некоторые имена приходят, а некоторые - уходят. В истории русской традиции было немало случаев, когда имена приживались, набирали популярность, а затем теряли её, становясь либо очевидными артефактами прошлого, либо редкостью. Расскажу о самых известных из таковых и о причинах, по которым они докатились до столь печальной участи.
Елисей
Имеет древнееврейские корни, изначальным его вариантом было "Элиша" (на иврите - אֱלִישַׁע), сочетающее слова "Бог" и "спасение". Согласно библейским легендам, в IX столетии до нашей эры на территории Израильского царства жил такой вот Элиша, ученик пророка Илии, затем сам ставший пророком. С него и начинается серьёзная история данного имени.
Большинство имён пророков (как Даниил, Иеремия, Самуил, Наум, Аввакум) в христианской традиции стали распространёнными, и "Элиша" входит в их число.
Русская транскрипция "Елисей" начала существовать с периода христианизации Руси, прочно войдя в язык. Так могли называть как обычных людей, так и церковных иерархов. Однако уже к XVIII-XIX векам оно стало встречаться весьма редко, а к настоящему моменту практически вымерло.
Уже во времена Пушкина воспринималось как старинное и далеко не обыденное. Видимо, поэтому классик назвал Елисеем героя своей "Сказки о мёртвой царевне и о семи богатырях" 1833 года.
Много позже его тёзкой станет один из персонажей франшизы "Три богатыря", гонец Елисей.
Что же до областей за пределами художественных произведений, то тут мы не увидим серьёзного распространения. Елисеев очень мало, хотя кое-где и можно найти. Однако, как это заведено с библейскими именами, гораздо лучшие позиции имени были сохранены в церковной среде, и в данный момент есть несколько архиепископов и епископов, принявших его вместо мирского.
К примеру, Елисей, епископ Урюпинский и Новоаннинский с 2012 года, в миру - Александр Евгеньевич Фомкин
Марфа
Практически наверняка с "Марфой" у вас ассоциируется что-то такое очень старое, посконное, деревенское, можно сказать. И это более чем закономерно и логично, ведь это имя большую часть истории России было крайне популярным именно у крестьян и купцов, то есть у самых консервативных слоёв демографии.
В 1700-х годах в некоторых губерниях Марфами называли целых 30-40 % рождённых девочек, что является очень высоким показателем. Оно было практически маркером некоторых социальных групп.
В этой связи неудивительно, что одна из самых известных носительниц имени - Марфа Борецкая, новгородская вотчинница XV века, владевшая множеством земель и противостоявшая Москве.
Конец Марфам положила советская власть, с приходом которой это "крестьянско-купеческое" имя стало символом патриархального уклада царского периода и абсолютно вышло из употребления, перестав иметь место даже в редчайших случаях. Поэтому-то сейчас оно и воспринимается как что-то исключительно историческое - так и есть на самом деле.
Однако, не надо думать, что его вовсе нет. Исконно русским оно, ожидаемо, не является, и происходит из арамейского языка, то есть, из Плодородного полумесяца на Ближнем Востоке.
Это тут
"Mara" с него переводится просто - "хозяйка, госпожа". Через арамеев, христианизировавшихся одними из первых в I-II веках нашей эры, имя попало к грекам и далее в Европу, как в западный, так и в восточный обиход. И если русское "Марфа", как заметно, не выдержало тяжестей XX столетия, то западная версия - "Марта", вполне жива и по сей день, оставаясь важной частью культурного ландшафта.
Мартой была жена Джорджа Вашингтона - единственная женщина, изображаемая на долларах США
А это - Марта Стюарт (род. в 1941 году) - американская предпринимательница, ведущая и писательница польского происхождения
Ещё одна известная Марта - последняя особь вымершего странствующего голубя, умершая в 1914 году. Не человек, но тем не менее.
Устинья
Тут мы не наблюдаем полного выхода из оборота, как в случае с "Марфой", однако и о частоте имени говорить нисколько не приходится. Впрочем, истории у них похожи - оба пришли в большинство европейских культур из одного источника, однако в России "заглохли".
Устинья - русское имя, являющееся ничем иным, как народной переработкой очень возвышенного "Юстина". А уже оно - женский вариант от "Юстин". Это латинские имена, происходящие от слов "справедливость, честность". Отсюда же - слово "юстиция", связанное с одноимённой римской богиней ( "копией" греческой Фемиды).
Можно вспомнить также восточно-римского император Юстиниана Великого
В англоязычном мире и по сей день крайне распространена версия "Джастин", происходящая именно от этого самого. Подобные имена есть и в других западных языках. В России они тоже были не на последнем месте долгое время.
Юстина Стечковская - польская певица, актриса и скрипачка
Джастин Трюдо - недавно покинувший пост премьер-министр Канады
Как уже говорилось, отечественные вариации "Устинья" и "Устин" прижились именно в народе - у крестьян, мещан и казаков, где они регулярно встречались вплоть до советского периода. По всей вероятности, с урбанизацией пришёл и их упадок как "немодных" и "устаревших". Ныне их используют нечасто.
Но найти по-прежнему можно. Так, Устиньей назвал свою дочь актёр Станислав Дужников, сыгравший роль Лёни в культовом сериале "Воронины" (фото 2018 года)
Фрол
И снова творчество широких масс. Изначально латинское имя было "Флор", что неиллюзорно отсылает нас к словам вроде "флора", "flower", "Флорида" и тому подобным. Другой вариант - "Флориан", наиболее частый во Франции и Германии.
Проще говоря - "цветок", как вот такой.
Но русский язык изменил его. Фонетические особенности превратили "Флора" в более удобного "Фрола". Опять же, история плюс-минус как у прошлых примеров - люди, в общем-то, любили имя, но ассоциация с ним была как с чем-то очень сельским и "простым", так что 1900-годы оно пережило так себе. Хотя, один из видных советских деятелей был как раз "цветочком".
Речь идёт о Фроле Романовиче Козлове (1908-1965), одном из ближайших соратников Н.С. Хрущёва
Но надо признать, что сейчас таких найти можно с трудом. Зато имя оставило немалый след в топонимике. Есть множество сёл, названия которых происходя от него, а также небольшой городок Фролово в Волгоградской области, на гербе и флаге которого изображены цветы.
Фома
Очень популярное христианское имя, с ровно тем же местом рождения что и "Марфа/Марта" - тёплыми берегами рек Месопотамии и Леванта. На арамейском "томо" значит "близнец". Попав в поздней античности к грекам и римлянам, оно полюбилось им. В истории известно немало "Фом", начиная с апостола Фомы, одного из учеников Иисуса.
Он же породил выражение "Фома неверующий", так как по легенде, не мог поверить в воскресение Христа до тех пор, пока не увидел его самолично. Редкий скептицизм для тех времён.
В XIII столетии жил Фома Аквинский, известнейший католический философ, автор труда "Сумма теологии" и пяти доказательств бытия Бога.
Аквинский основал целое направление в католической мысли - томизм, которое призывает постигать веру путём разума. Оно является продолжением аристотелизма, но в христианском ключе.
Заметьте, что именно "томизм", а не "фомизм", ведь на Западе имя звучит как "Томас" (Thomas). В отличие от русского варианта, излюбленного крестьянством и духовенством и также практически изжитого в новейшую эпоху, этот никуда не девался и остаётся узнаваемой частью языка.
1/2
Достаточно вспомнить Томаса Пейна, писателя и философа, "крёстного отца США", автора памфлета "Здравый Смысл", или экономиста Томаса Соуэлла
Или вымышленных героев, как кота Тома или Томми Версетти из gta vice city
У нас же ничего подобного не наблюдается, ибо "Фома" остался только как часть православной сферы, пусть и весьма узнаваемая. Кроме некоторых иерархов, носящих его, есть также названный в честь имени журнал с очевидной тематикой.
Прасковья, Акулина, Агриппина, Фекла
Дабы не повторяться, я отправлю всех их в единый пункт. Про историю ничего нового сказать не получится - эти женские имена греко-латинского происхождения точно так же вышли из моды из-за секуляризации общества и своей специфики как преимущественно "деревенских", "патриархальных". Что интереснее, так это их этимология.
Прасковья (Параскева) корнями уходит в греческий язык, в котором оно значит «день приготовления, канун или вечер перед субботой, перед пасхой; пятница». Конечно же, подавляющее большинство его носительниц являлись совершенно безвестными крестьянками, но были и оставившие определённый след в истории:
Прасковья Ивановна Жемчугова (1768-1803), невероятно талантливая певица и актриса, крепостная графов Шереметевых, поощрявших искусства
Прасковьями были жена и дочь брата Петра I - царя Иоанна V
Акулина, вопреки своему звучанию, вовсе не связана с хрящевыми рыбами.
Не акула, нет.
А хищник более высокого полёта - как орлица, ведь именно так "Aquilina" и переводится с латыни.
Очень возвышенно, конечно. У русских землепашцев веками это имя ассоциировалось со святой Акилиной Финикийской, в народном сознании ставшей Акулиной-гречишницей, покровительствующей урожаю данной питательной крупы. Вот так вот забавно вышло.
Агриппина тоже появилась на античном Апеннинском полуострове. Агриппа - это имя, в Риме обозначавшее детей, родившихся вперёд ногами. Агриппина, таким образом, является женщиной, принадлежащей к семье какого-либо Агриппы, коих было немало.
Самая известная - род сподвижника и друга Октавиана Августа Марка Випсания Агриппы, дочерью которого была Випсания Агриппина.
Не она
Она. Отец, конечно, сохранился лучше дочери за эти две тысячи лет.
Заимствованное в русский язык, оно приняло форму "Аграфена", а также множество более своеобразных - Агрипинка, Гапа, Грапа, Грипа, Ина, Рипа, Аграфенка, Гаша, Граня, Граша, Груня, Груняка, Грунятка, Груша, Гуня, Фена (Феня).
Среди носительниц есть как реальные люди, так и не вполне.
Агриппина Яковлевна Ваганова (1879-1951), основоположница теории русского классического балета
Грушенька Светлова - центральная (из женских) героиня романа "Братья Карамазовы"
Фёкла (Текла) греческое имя, значит "слава божья". Невероятно редкое, известно в основном благодаря нескольким христианским святым и восточно-римским императрицам. В России есть журналистка и телеведущая Фёкла Толстая, праправнучка Льва Толстого. Однако её настоящее имя - Анна, так что не вполне понятно, насколько это считается.
Очень интересно, что некоторые из этих имён всё ещё распространены в западной традиции, но весьма потрёпаны либо полностью стёрты в российской. Это напрямую связано с советским экспериментом, при котором во время стремительной модернизации резко отвергалось самое "дряхлое", включая и имена.
К тому же, быстрое разрушение аграрного уклада приводило к разрыву с традициями, что наметилось ещё в поздней Российской империи, когда подобные имена уже потихоньку теряли популярность.
Так многие имена, обладающие глубокой связью с глобальной культурой и собственной красотой, превратились скорее в исторический артефакт, чем в часть живого языка.
Сериал "Друзья", будучи культурным феноменом глобального масштаба, является мощным инструментом формирования деструктивной матрицы поведения и внедрения чуждых для матушки-России духовно-нравственных ориентиров. Он пропагандирует гедонистический образ жизни, где высшими ценностями являются личный комфорт, сиюминутные удовольствия и примитивное времяпрепровождение в кофейне, что отвлекает зрителя от осмысления глобальных социально-политических процессов и вопросов справедливого жизнеустройства. Сериал насаждает модель «идеального потребителя» – инфантильного, аполитичного и легко управляемого через рекламируемые товары и стереотипы, тем самым выполняя функцию «мягкой силы» в интересах западной концепции капитализма, направленной на размывание традиционных устоев и атомизацию общества, где подлинные человеческие отношения подменяются их суррогатом в формате ситкома. На общем фоне пятерых бездельников выделяется Фиби Буффе.
Кажется, Фиби абсолютно понятна – она эксцентричная, играет на гитаре, вегетарианка, верит в карму и энергетические поля. Но что, если это лишь тщательно сконструированная маска? Пристальный взгляд на биографию персонажа открывает шокирующую картину: Фиби Буффе может быть причастна к сети оккультных элит.
Она разговаривает на трех языках – английском, французском и итальянском. Фиби упоминает, что жила в Праге – мировой столице оккультизма. Официальная версия гласит, что Фиби, потеряв мать, жила на улицах, воровала и ходила на «гоп-стоп». Но это не вся правда.
Конспирологическая теория предполагает, что дети, пережившие глубокую травму и оставшиеся без защиты, являются идеальными кандидатами для вербовки в тайные общества. Группировки, практикующие сатанинские ритуалы и оргии, часто используют таких детей для своих целей. Фиби использует оккультные практики – вспомните сюжет со сжиганием подарков в день св. Валентина. Потеря матери и жизнь в подполье Нью-Йорка 80-х – это не просто несчастливое детство. Это своего рода инициация. Хаотичное прошлое – идеальная легенда, чтобы скрыть систематическое вовлечение в культовую деятельность.
Однажды, когда Фиби с Моникой пытаются восстановить семейный рецепт печенья, оказывается, что род Фиби имеет отношение к компании «Nestle», одной из крупнейших корпораций, производящих еду и замешанной в приобщении населения к символическому каннибализму через клеточную линию абортивного материала HEK-293; в использовании грязной воды с фекалиями при изготовлении детского питания; в захвате контроля над мировыми водными ресурсами.
Но самое поразительное доказательство – это окружение Фиби. Её связи со знаменитостями выходят за рамки случайных встреч. Она дружила с актёром Ричардом Дрейфусом. Когда она притворяется беременной, чтобы помочь Рэйчел, она утверждает, что отец ребёнка – Джеймс Бролин, хотя мог бы быть и Эдвард Рудольф («Эд» Брэдли-младший).
Эти связи – не просто забавные камео. Это улики. Они рисуют портрет человека, который с молодости вращался в самых закрытых кругах мировой элиты, что абсолютно не вяжется с образом бездомной воришки.
Одним из ключевых моментов, подтверждающих её осведомлённость, является её спор об эволюции с Россом. Росс, доктор наук, представляет официальную, «догматическую» науку – опору современного миропорядка. Фиби же с детской улыбкой подвергает эту догму сомнению и в итоге одерживает верх, заставляя Росса усомниться в собственной вере в теорию Дарвина.
Это не просто чудачество. Это – демонстрация силы. Она намекает, что «официальное знание» – это ложь, а истинная картина мира, включающая духовные и, возможно, инопланетные аспекты эволюции известна лишь избранным. Её знаменитая песня «Smelly Cat» – не просто глупая песенка. Это могучий мем, вирус, который проникает в подсознание миллионов, неся закодированное послание о отвергнутых и «вонючих», то есть –неподконтрольных системе существах.
Мировоззрение Фиби – это причудливая смесь спиритуализма и скептицизма. Она верит в реинкарнацию, богов и одержимость духами, но при этом отвергает фундаментальные, официальные, научные теории, вроде эволюции и гравитации, что сводит с ума её друга Росса. Фиби рассказала, что в средней школе она считала себя ведьмой. Её вера в паранормальное доходит до того, что она слышит голоса, в том числе и мелодию, напеваемую Джоуи про себя, и считает, что уже жила несколько жизней, в отличие от «нового» Джоуи.
Моника, Рейчел, Росс, Чендлер и Джоуи – идеальное воплощение буржуазной нормальности. Прячась среди них, Фиби могла выполнять роль наблюдателя или агента влияния, мягко направляя их мысли и поступки, оставаясь при этом в тени. Её постоянные разговоры о карме, реинкарнации и энергии – это не просто нью-эйдж болтовня, а мягкое внедрение оккультных концепций в умы широкой аудитории.
Фиби Буффе – это не просто «странная подружка». Её прошлое, её необъяснимые связи с мировой элитой и её победа над официальной наукой в споре об эволюции – это не совпадения. Это детали мозаики, которая складывается в портрет «спящего агента» или, возможно, даже «мистического наставника», внедрённого в самую обыденную среду. Её истинная миссия остаётся загадкой, но одно можно сказать наверняка: за улыбкой «чудаковатой Фиби» скрываются знания и связи, способные потрясти основы нашего мира.
P.S. Не отнеситесь к написанному слишком серьёзно – это просто новогодний стёб. С наступающим Новым годом, счастья вам и любви!
Удивила немного сцена из сериала «Лихие», где бандит излагает пирамиду потребностей Маслоу. Тут мы сталкиваемся не с простой иронией, а с глубокой социокультурной метафорой, с примером того, как теоретические концепции, вырванные из своего гуманистического контекста, встраиваются в народное сознание в эпоху исторических сломов.
Здесь можно видеть классический пример работы упрощённой, редукционистской модели человека. Пирамида Маслоу в подобном понимании описывает индивида с «животным» или «демоническим» типом строя психики – существо, движимое инстинктами и эгоистичными потребностями. Главный порок этой модели – полное отсутствие духовно-нравственной вершины, места для познания, творчества на благо общества и служения высшим идеалам справедливости. Бандит же в кадре использует теорию именно как инструмент легитимации этого самого «животного» поведения – это оправдание криминального способа удовлетворения базовых потребностей своей группировки. Таким образом, псевдонаучная схема становится в его устах оружием манипуляции и примитивного «управления», полностью лишённого нравственного измерения.
К этому анализу можно добавить важный социально-системный контекст. Пирамида Маслоу – это порождение американского обществоведения, теоретический каркас «общества потребления». Её триумфальное шествие в сознание российских граждан в 1990-е годы было знаком глубокой вестернизации и катастрофического упрощения всех общественных отношений. Бандит, рассуждающий о потребностях – это символ архаизации и социального регресса. В период крушения сложной советской социальной надстройки на первый план выходят первобытные категории: физическая безопасность, еда, территория. Персонаж сериала выступает здесь в роли своеобразного «социолога-практика» дикого капитализма, новой криминальной «элиты», которая использует обломки интеллектуальной культуры прошлого для обоснования нового, жестокого порядка, основанного на грубом праве сильного.
Иерархия потребностей в её бандитском изложении – это точное описание законов такого мира, где человек навсегда остаётся рабом своих низших инстинктов. Советское общество изначально ориентировалось на преодоление этой ступени, на движение к обществу, где высшей потребностью является творческое развитие, познание красоты мира и духовный рост. То, что бандит не просто живёт по этим примитивным законам, но и возводит их в ранг научной истины, делая идеологическим оружием, – это полная антитеза ефремовскому идеалу «Великого Кольца». Это торжество социал-дарвинизма, который писатель, будучи биологом, считал величайшим заблуждением применительно к человеческому социуму.
Однако, здесь можно увидеть не столько глубокую философию, сколько характерный культурный феномен 90-х: превращение сложной теории в мем, в «прикольную фразу» в субкультурном обиходе: «Кто сильнее, тот и прав, а учёные, видите ли, это подтверждают», – гротеск и абсурд ситуации, когда уголовник апеллирует к гуманистической психологии для оправдания насилия. Для него это – точная, хоть и гиперболизированная, деталь эпохи, когда всё, включая науку и мораль, было перевёрнуто с ног на голову, а «понятия» часто заменяли собой и право, и логику.
Таким образом, что бандит с пирамидой Маслоу – это не просто колоритный персонаж. Это собирательный образ «философа» дикого капитализма, своеобразного «попаданца» из мира науки в мир криминальных разборок. Сцена отражает трагифарс эпохи, когда цивилизационный слом привёл к вульгаризации и извращению смыслов. Теория, созданная для понимания мотивации к самоактуализации, была превращена в апологию силового захвата и права грубой силы. Это диагноз не только криминальному миру, но и всему обществу, переживавшему момент глубокой нравственной и интеллектуальной дезориентации.
