Бегло взглянув на ладонь человека, он с необычайной точностью рассказывал о его прошлом и будущем. Но неожиданно его способность ясновидения исчезла. Причиной является нарушение одного из высших этических принципов, называемого законом кармы.

Краткая биография уникума:

Его подлинное имя по паспорту - Уильям Джон Уорнер, но он любил себя называть графом Луисом Хамоном. Почитатели называли его просто Кейро (от др. - греч. «рука»). Впоследствии это имя стало для него основным, под которым он и стал известен остальному миру.

Кейро был сыном предпринимателя из Великобритании и заезжей цыганки. Возможно, поэтому он унаследовал от матери дар ясновидения и уже в молодые годы обнаружил, что он может легко «читать» линии и складки на ладонях у своих одноклассников и учителей школы. В последующие годы он сделал хиромантию своей профессией, много путешествовал по Индии и другим странам, собирая по крохам секреты древних эзотерических знаний и дополняя их собственными наработками.

Потом он получил богатое наследство от своего отца, что позволило ему много лет не думать о хлебе насущном, и вернулся в Лондон. Здесь он успешно сотрудничал со Скотленд-Ярдом, раскрыл несколько преступлений с помощью хиромантии и ясновидения, чем и прославился. К нему обращались сильные мира сего, писатели и поэты, проститутки и гангстеры. Всем им он равным образом предсказывал судьбу, невзирая на их социальное происхождение.

Однако не все предсказания Кейро сбывались. Во-первых, он не мог предсказать свою собственную судьбу, что бывает часто среди предсказателей такого рода. Уехав в начале 30-х в США, он открыл там сыскное бюро, где надеялся раскрывать преступления с помощью хиромантии и ясновидения, но, увы, высшие силы сочли для него невозможным использовать дар предвидения для обогащения и лишили Кейро этой способности.

Кстати говоря, нечто подобное наблюдалось и для всех остальных ясновидцев, которые обязывались использовать свой дар только во благо для других людей, но отнюдь не для наживы, и точно так же «наказывались» провидением болезнями или лишением этого таланта. Не имея никакой другой профессии, этот бывший кумир всех континентов закончил свои дни на улице, где его, не способного более ни к чему и умирающего от голода, подобрал полицейский.

Наиболее значительные предсказания Кейро:

Ему принесло славу раскрытие, казалось бы, нераскрываемого убийства, когда он «прочел» кровавый отпечаток руки преступника. Кейро определил, что этот след оставил приемный сын убитого, который до этого вообще был вне подозрения.

Впоследствии он предсказал тогда вполне успешному писателю Оскару Уайльду тюрьму, забвение и смерть, что, как известно, и произошло.

Считается, что сюжет романа «Тщетность» Моргана Робертсона, в котором до деталей предсказывалась судьба к тому времени еще не построенного суперлайнера «Титаник», был подсказан именно Кейро, являющегося другом этого малоизвестного журналиста, который сам не обладал ясновидением.

Он же предсказал в 1926 году, что принц Уэльский откажется от трона из-за любви и женится на «простолюдинке».

Самое серьезное предсказание, которое сделал Кейро в своей жизни, - это сообщение о революции в России. Это было сделано за десять лет до настоящих событий, и поначалу над предсказателем смеялись, поскольку ничто не предвещало трагедии. Известно также, что Кейро совсем не разбирался в политике, да и в житейских вопросах он оказывался очень наивным человеком, а поэтому постичь эти события рационально до их свершения он никак не мог.

Другое предсказание, которому сто лет не могли дать оценку, - это «гибель близнецов в Нью-Йорке от взрывов самолетов».

Кейро сообщил Карнарвону и Картеру о выдающемся открытии в археологии в скором времени, но предупредил, что все участники раскопок погибнут после вскрытия гробницы Тутанхамона. Он заранее знал о грядущем расстреле царской фамилии и жестоком убийстве Распутина, о чем открыто говорил, когда был в России.

В конце XIX века Кейро пророчествовал успешную карьеру лорду Горацио Китчнеру, но вместе с тем предостерег его от морских плаваний. Все подтвердилось до точности: лорд Китчнер погиб, когда его корабль подорвался на немецкой мине.

Немало значащих предсказаний Кейро сделал и другим царствующим особам - королю Эдуарду VII и персидскому шаху.

Можно также сказать, что Кейро владел не только хиромантией, но и нумерологией, а также умел извлекать такие сведения из отпечатков ладоней своих многочисленных клиентов, которые выходят за пределы собственно чтения по руке и относятся к сфере ясновидения или интуитивного постижения.

Однако не всегда и не все гладко было в профессии Кейро. Это касается не только его собственной судьбы, которую Кейро не сумел предугадать, но и других случаев. Но, как говорится, ложка дегтя только подчеркивает значительность его предсказаний, где бывает далеко не все так просто. Так, к примеру, в канун XX века он встретился в США с Марком Твеном, которому предсказал, что тот скоро станет богатым и преуспевающим писателем, что, как известно, и случилось.

Однако дальнейшие пророчества напрочь подорвали веру этого американского прозаика в провидческие способности Кейро, предсказавшего безвременную смерть Марку Твену в 1903 году, который в действительности прожил еще семь лет и вместо новогоднего поздравления ежегодно посылал провидцу открытки с глумливой надписью: «Привет с того света».

Что говорит парапсихология о великом ясновидце

Пророчества никогда не бывают достоверными на 100 процентов лишь потому, что сам предсказатель, находясь в физическом мире, «видит» будущие события как бы через мутное стекло. Кроме того, на него, как и на всех людей, воздействуют различного рода посторонние психологические причины, а также собственное настроение и самочувствие, заботы и тревоги, от которых просто невозможно отрешиться до конца. Однако даже такие порой не вполне корректные предсказания Кейро поражают.

С позиций современной науки им просто не находится объяснения. Более того, академическая наука вообще старается не затрагивать эту тему, поскольку она ставит академиков в тупик и дискредитирует все их представление о сущем. Тем не менее вся информация, полученная от Кейро и ему подобных ясновидцев, говорит о том, что в тонком мире, куда они имеют доступ, вообще нет различия настоящего и будущего.

Аркадий Дмитриевич Вяткин, «Книга секретов. Невероятное очевидное на Земле и за ее пределами», 2011г.

Этого парня зовут Виктор Вембаньяма. Он француз. Его рост 224 см (по некоторым данным, еще больше). Это очень много даже для баскетбола. Для сравнения, рост знаменитого Шакила О’Нила во время карьеры был 216 см. Такие баскетболисты играют на позиции центрового ("пятый номер") и обычно не отличаются выдающейся координацией, плохо бросают с дистанции и уж тем более не водят мяч и не идут в обводки. Но Витя – уникум. Как видим, он способен заблокировать бросок, а потом довести мяч до линии соперника и точно бросить трёхочковый.

«Сталин, сохранил Россию, показал, что она значит для мира. Поэтому я как православный христианин и русский патриот низко кланяюсь Сталину».
Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

«Я сознаюсь, что подходил к Сталину с некоторым подозрением и предубеждением. В моем сознании был создан образ очень осторожного, сосредоточенного в себе фанатика, деспота, завистливого, подозрительного монополизатора власти. Я ожидал встретить безжалостного, жестокого доктринёра и самодовольного грузина-горца, чей дух никогда полностью не вырывался из родных горных долин… Все смутные слухи, все подозрения для меня перестали существовать навсегда, после того, как я поговорил с ним несколько минут. Я никогда не встречал человека более искреннего, порядочного и честного; в нём нет ничего тёмного и зловещего, и именно этими его качествами следует объяснить его огромную власть в России».
Герберт Уэллс

«Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь.
Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин прежде всего обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов.
Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был непобедимым мастером находить в трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения. Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в моменты торжества был одинаково сдержан и никогда не поддавался иллюзиям. Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек, который своего врага уничтожал своим же врагом. Сталин был величайшим, не имеющим себе равного в мире, диктатором, который принял Россию с сохой и оставил ее с атомным вооружением.
Что ж, история, народ таких людей не забывают».
Уинстон Черчилль, речь в палате общин 21 декабря 1959 года

«Сталин разговаривал там (в Тегеране) как человек, имеющий право требовать отчета. Не открывая двум другим участникам конференции русских планов, он добился того, что они изложили ему свои планы и внесли в них поправки согласно его требованиям. Рузвельт присоединился к нему, чтобы отвергнуть идею Черчилля о широком наступлении западных вооруженных сил через Италию, Югославию и Грецию на Вену, Прагу и Будапешт. С другой стороны, американцы в согласии с Советами отвергли, несмотря на настояния англичан, предложение рассмотреть на конференции политические вопросы, касавшиеся Центральной Европы, и в особенности вопрос о Польше, куда вот-вот должны были вступить русские армии».
Шарль де Голль, французский президент

«И. В. Сталин обладает глубокими знаниями, фантастической способностью вникать в детали, живостью ума и поразительно тонким пониманием человеческого характера. Я нашел, что он лучше информирован, чем Рузвельт, более реалистичен, чем Черчилль, и, в определенном смысле, наиболее эффективный из военных лидеров».
Аверелл Гарриман, посол США в СССР

«Коммунизм при Сталине завоевал аплодисменты и восхищение всех западных наций. Коммунизм при Сталине дал нам примеры патриотизма, равные лучшим в анналах истории. Коммунизм при Сталине вырастил лучших генералов в мире. Гонения на христианство? Это не так. Не существует никаких религиозных преследований. Двери Церкви открыты. Расовые преследования меньшинств? Совершенно нет. Евреи живут, как все. Политические репрессии? Конечно. Но теперь ясно, что те, кто были расстреляны, предали бы Россию её немецким врагам».
Уильям Максвелл Эйткен, 1-й барон Бивербрук, английский и канадский политический деятель, министр.

«Сталин был первым среди равных в союзнической коалиции. Послевоенная внутренняя и внешняя политика сталинского государства обусловлена прежде всего стремлением Сталина укрепить державный статус России, обеспечить ее глобальные интересы…».
Генералиссимус Чан Кайши

«Этот человек умеет действовать, - говорил Рузвельт сыну в 1943 г. - У него цель всегда перед глазами. Работать с ним - одно удовольствие. Никаких околичностей. Он излагает вопрос, который хочет обсудить, и никуда не отклоняется».
Элеонора Рузвельт, жена президента США

«Сталин изначально произвел на меня впечатление своим дарованием, и мое мнение не изменилось. Его личность говорила сама за себя, и ее оценка не требовала преувеличений. Ему были присущи хорошие естественные манеры, видимо, грузинского происхождения. Я знаю, что он был безжалостен, но уважаю его ум и даже отношусь к нему с симпатией, истоки которой так и не смог до конца себе объяснить. Вероятно, это было следствием прагматизма Сталина. Быстро забывалось, что ты разговариваешь с партийным деятелем… Я всегда встречал в нем собеседника интересного, мрачноватого и строгого, чему часто обязывали обсуждавшиеся вопросы. Я не знал человека, который бы так владел собой на совещаниях. Сталин был прекрасно осведомлен по всем его касающимся вопросам, предусмотрителен и оперативен… За всем этим, без сомнения, стояла сила».
Антони Иден, премьер-министр Англии

«Смелый, но осторожный, легко впадающий в гнев и подозрительный, но терпеливый и настойчивый в достижении своих целей. Способный действовать с большой решительностью или выжидательно и скрытно – в зависимости от обстоятельств, внешне скромный и простой, но ревниво относящийся к престижу и достоинству государства… Принципиальный и беспощадно реалистичный, решительный в своих требованиях в отношении лояльности, уважения и подчинения. Остро и несентиментально изучающий людей – Сталин мог быть, как настоящий грузинский герой, большим и хорошим другом или непримиримым, опасным врагом. Для него трудно было быть где-то посередине между тем и другим».
Джордж Кеннан, американский дипломат

«Как ни один из лидеров демократических стран, Сталин был готов в любую минуту заняться скрупулезным изучением соотношения сил. И именно в силу своей убежденности, что он – носитель исторической правды, отражением которой служит его идеология, он твердо и решительно отстаивал советские национальные интересы, не отягощая себя бременем лицемерной, как он считал, морали или личными привязанностями».
Генри Киссинджер, американский дипломат

«Сталин обладал уникальной работоспособностью, огромной силой воли, большим организаторским талантом. Понимая всю сложность и многогранность вопросов руководства войной, он многое доверял членам Политбюро, ЦК, ГКО, руководителям наркоматов, сумел наладить безупречно четкую, согласованную, слаженную работу всех звеньев управления, добивался безусловного исполнения принятых решений. При всей своей властности, суровости, я бы сказал жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений… Он поименно знал практически всех руководителей экономики и Вооруженных Сил, вплоть до директоров заводов и командиров дивизий, помнил наиболее существенные данные, характеризующие как их лично, так и положение дел на доверенных им участках».
Маршал Д. Ф. Устинов

«Что бросалось в глаза при первом взгляде на Сталина? Где бы ни доводилось его видеть, прежде всего обращало на себя внимание, что он человек мысли. Я никогда не замечал, чтобы сказанное им не выражало его определенного отношения к обсуждаемому вопросу. Вводных слов, длинных предложений или ничего не выражающих заявлений он не любил. Его тяготило, если кто-либо говорил многословно и было невозможно уловить мысль, понять, чего же человек хочет. В то же время Сталин мог терпимо, более того, снисходительно относиться к людям, которые из-за своего уровня развития испытывали трудности в том, чтобы четко сформулировать мысль.
Глядя на Сталина, когда он высказывал свои мысли, я всегда отмечал про себя, что у него говорит даже лицо. Особенно выразительными были глаза, он их временами прищуривал. Это делало его взгляд еще острее. Но этот взгляд таил в себе и тысячу загадок.
Сталин имел обыкновение, выступая, скажем, с упреком по адресу того или иного зарубежного деятеля или в полемике с ним, смотреть на него пристально, не отводя глаз в течение какого-то времени. И надо сказать, объект его внимания чувствовал себя в эти минуты неуютно. Шипы этого взгляда пронизывали.
Когда Сталин говорил сидя, он мог слегка менять положение, наклоняясь то в одну, то в другую сторону, иногда мог легким движением руки подчеркнуть мысль, которую хотел выделить, хотя в целом на жесты был очень скуп. В редких случаях повышал голос. Он вообще говорил тихо, ровно, как бы приглушенно. Впрочем, там, где он беседовал или выступал, всегда стояла абсолютная тишина, сколько бы людей ни присутствовало. Это помогало ему быть самим собой.
Речам Сталина была присуща своеобразная манера. Он брал точностью в формулировании мыслей и, главное, нестандартностью мышления.
Что касается зарубежных деятелей, то следует добавить, что Сталин их не особенно баловал своим вниманием. Уже только поэтому увидеть и услышать Сталина считалось у них крупным событием».
А. А. Громыко, советский государственный деятель

«Сталин не раз говорил, что Россия выигрывает войны, но не умеет пользоваться плодами побед. Русские воюют замечательно, но не умеют заключать мир, их обходят, недодают. А то, что мы сделали в результате этой войны, я считаю, сделали прекрасно, укрепили Советское государство. Это была моя главная задача. Моя задача как министра иностранных дел была в том, чтобы нас не надули. По этой части мы постарались и добились, по-моему, неплохих результатов».
Вячеслав Михайлович Молотов, советский государственный деятель