Морозным утром 22 января 1969 года вся страна прильнула к экранам черно-белых телевизоров. Идёт прямая трансляция с Красной площади, где проходит торжественная встреча экипажей «Союз-4» и «Союз-5». В открытых лимузинах едут народные любимцы, космонавты — Гагарина уже нет, но есть Леонов, Терешкова, Береговой. Народ ликует, дикторы захлебываются от восторга. И вдруг картинка исчезает. «По техническим причинам трансляция прервана». В СССР трансляции просто так не прерывались. И действительно, пока на экранах висела заглушка, у Боровицких ворот Кремля творился натуральный боевик.
Виктор Ильин, 21-летний младший лейтенант, был, пожалуй, самым неподходящим кандидатом на роль «убийцы дракона». Выпускник топографического техникума, он служил под Ленинградом и страдал от мощнейшего экзистенциального кризиса. Приёмная семья, ссоры с девушкой, разочарование в партийной линии — в общем, синдром «лишнего человека». Но вместо того, чтобы писать стихи или пить портвейн, Ильин решил, что встряска нужна всей стране. Находясь в ночь на 21 января в наряде дежурным по части, он дождался, пока начальник уйдет на завтрак, и просто выгреб из оружейной комнаты два пистолета Макарова и четыре обоймы. После этого он сел на самолет и улетел в Москву. Да, с двумя заряженными стволами под кителем. Ну а что, на дворе ещё 1969 год, блаженное неведение.
В Москве Ильин остановился у дяди — бывшего сотрудника милиции, у которого он при случае украл старую милицейскую шинель с погонами сержанта. Эта шинель стала его пропуском в историю. Утром 22 января Ильин пришёл к Кремлю. Оцепление было тройным, муха не пролетит. А вот сержант милиции — пожалуйста. Ильин просто встал в строй между двумя милийескими взводами у Боровицких ворот. Одни думали, что он от «соседей» справа, другие — что от «соседей» слева.
Когда кортеж показался в воротах, Ильин пропустил первую машину. Он знал: Брежнев обычно едет во второй. Как только чёрный «ЗИЛ-111Г» поравнялся с ним, лже-сержант выхватил пистолеты и открыл огонь с двух рук. За шесть секунд он успел выпустить 11 пуль. Но в «ЗИЛе» сидел не Брежнев. Там ехали космонавты: Леонов, Николаев, Терешкова и Береговой. Последний, сидящий рядом с водителем, имел легкое внешнее сходство с генсеком (те же густые брови), что, возможно, и сбило стрелка с толку. Ильин стрелял на поражение. Водитель Илья Жарков, ветеран гаража особого назначения, получил смертельное ранение в шею. Машина потеряла управление. Космонавты успели пригнуться, но салон засыпало осколками стекла, и Валентине Терешковой и Андрияну Николаеву посекло лица.
Трагедию предотвратил мотоциклист эскорта Василий Зацепилов. Увидев стрельбу, он, не раздумывая, направил свой мотоцикл прямо на террориста, закрыв собой сектор обстрела. Ильин успел ранить его в плечо, но этот маневр сбил прицел и дал секунды, чтобы охрана скрутила стрелка. А что же Брежнев? Генсек ехал в другой машине (по некоторым данным, его лимузин вообще завели через Спасские ворота, отделив от основного кортежа). Леонид Ильич даже не понял, что произошло, пока ему не доложили.
Ильина ждал расстрел, но подсобила большая политика. Допрашивал его, в том числе, и лично Юрий Андропов, глава КГБ, и на вопрос, кого бы он хотел видеть вместо Брежнева, Ильин назвал Михаила Суслова — главного идеолога партии. Позже Ильин в интервью утверждал, что этот ответ спас карьеру Андропову. Глава КГБ якобы понял, что Ильин не связан с заговорщиками внутри «конторы», и был благодарен за такую «политическую грамотность». Так это или нет, но Ильина признали невменяемым. Вместо тюрьмы его отправили в Казанскую спецпсихбольницу. Там он провел 20 лет в полной изоляции, в одиночной камере площадью 4 квадратных метра. Только галоперидол и одиночество. Виктор Ильин вышел на свободу только в 1990 году, вернулся в Ленинград, получил квартиру и пенсию (как инвалид) и зажил жизнью обычного тихого старика. По состоянию на январь 2026 года он ещё жив.
***********************
А ещё у меня есть канал в Телеграм с лонгридами, анонсами и историческим контентом.