Популярная наука

Они стали свидетелями колоссального коронального выброса массы (КВМ) — облака плазмы, которое оторвалось от Солнца и понеслось к Земле. Этот выброс был настолько быстрым, что преодолел 150 млн км всего за 17,6 часа (вместо обычных 3-4 дней). Современные ученые считают, что это произошло потому, что предыдущий, более слабый выброс за несколько дней до этого, расчистил ему путь в межпланетном пространстве.

Планетарный эффект: Небо в огне 🌌

В ночь на 2 сентября магнитное поле Земли не выдержало удара. Планета погрузилась в сюрреалистическое световое шоу.

📌Полярные сияния в тропиках: Они полыхали там, где их никогда не видели: над Кубой, Ямайкой, Гавайями и даже в Колумбии.

📌Ложный рассвет: Сияние было настолько ярким, что в Скалистых горах разбудило золотоискателей. Газета Rocky Mountain News писала, что они решили, что наступило утро, и начали готовить завтрак.

📌Чтение при свете сияния: В разных частях США люди могли читать газеты ночью без какого-либо искусственного освещения.

Технологический коллапс: Бунт «викторианского интернета» ⚡️

Пока небо горело, «нервная система» XIX века — глобальная телеграфная сеть — билась в агонии. Магнитная буря индуцировала в тысячах километров проводов мощнейшие электрические токи.

📌Операторов било током от телеграфных ключей.

📌Из аппаратов сыпались снопы искр, поджигая телеграфные ленты и бумагу на столах.

📌Сети выходили из строя.

Самым поразительным было то, что операторы обнаружили: можно было полностью отключить батареи и передавать сообщения, используя только наведенный бурей ток. В знаменитой записи обмена сообщениями между операторами Бостона и Портленда говорится: «Мы работаем, используя только ток полярного сияния».

Что если это повторится сегодня? 🔌

В 1859 году у человечества была лишь одна уязвимая технология. Сегодня от электричества зависит всё. Согласно отчету Национальной академии наук США, последствия повторения «События Кэррингтона» будут катастрофическими.

📌Энергосети: Главный удар придется на высоковольтные трансформаторы на электростанциях. Они массово выйдут из строя. Это ключевая проблема: гигантские трансформаторы — сложное оборудование, которое производится на заказ месяцами, а иногда и годами. Полное восстановление энергосетей в пострадавших регионах может занять от 4 до 10 лет.

📌Спутники: Сотни спутников на орбите будут выведены из строя. Это означает глобальный отказ GPS, спутниковой связи, систем прогнозирования погоды и военной разведки.

📌Экономический ущерб: Прямой ущерб только для США в первый год оценивается в $1-2 триллиона.

Нам не нужно гадать. В марте 1989 года гораздо более слабая геомагнитная буря вызвала коллапс энергосистемы в канадской провинции Квебек, оставив 6 миллионов человек без света на 9 часов. Событие уровня Кэррингтона будет в десятки раз мощнее.

Солнце уже выстрелило в нас однажды. Сегодня такой же выстрел может стать приговором для нашей цифровой цивилизации.

Когда NASA объявило о программе Artemis, общественная реакция была предсказуемой. «Мы уже были на Луне», «зачем повторять Apollo», «это слишком дорого», «лучше сразу лететь на Марс» — подобные аргументы звучат всякий раз, когда речь заходит о возвращении человека за пределы низкой околоземной орбиты. Однако почти все эти реакции исходят из фундаментального недоразумения: Artemis воспринимают как миссию. В действительности Artemis — это попытка переписать саму логику пилотируемой космонавтики.

В XX веке полёты человека в космос строились вокруг идеи исключительности. Каждый выход за пределы земной орбиты был событием, подвигом, уникальной комбинацией политической воли, инженерного риска и колоссальных ресурсов. Программа Apollo стала кульминацией этого подхода. Она доказала, что человек способен покинуть Землю, достичь другого небесного тела и вернуться обратно. Но она же продемонстрировала и пределы такой логики: как только политическая мотивация исчезла, исчезла и сама программа. Технологии остались, опыт был получен, но устойчивой модели присутствия за пределами Земли так и не возникло.

Artemis рождается в совершенно ином контексте. Это не ответ на гонку и не попытка повторить исторический триумф. Это продукт эпохи, в которой космос перестал быть ареной демонстрации флагов и стал пространством долгосрочных интересов — научных, технологических, экономических и геополитических. В этом смысле Artemis не столько «возвращает» человека на Луну, сколько впервые задаёт вопрос: что означает быть там не гостем, а работником?

Ключевое отличие Artemis от всех предыдущих программ заключается в том, что она не мыслит полёт как самоценный акт. В центре внимания — не момент посадки, не фотография астронавта на фоне горизонта и не символический жест. В центре внимания — архитектура. Именно это слово чаще всего звучит в технических документах NASA, и именно его чаще всего игнорируют в публичных дискуссиях. Архитектура означает совокупность решений, которые допускают повторение, расширение и адаптацию без необходимости каждый раз начинать с нуля.

Исторически пилотируемая космонавтика развивалась как череда уникальных проектов. Каждый корабль, каждая ракета, каждая миссия проектировались под конкретную задачу и конкретный сценарий. Artemis предлагает противоположный подход: разделение функций, модульность, распределение рисков и зависимость не от одного решения, а от системы в целом. Именно поэтому в программе появляются элементы, которые кажутся избыточными или странными, если рассматривать их изолированно, — орбитальная станция Gateway, многоэтапная логистика, сложные схемы дозаправки, участие коммерческих компаний.

Важно понимать, что Artemis — это не просто программа NASA. Это политико-технологическая платформа, в рамках которой США формируют правила будущего присутствия человека за пределами Земли. Через соглашения Artemis Accords задаются принципы использования ресурсов, взаимодействия государств и компаний, подходы к безопасности и ответственности. В этом смысле Artemis — это не только про Луну, но и про контроль над тем, как будет выглядеть следующий этап освоения космоса.

При этом сама Луна в программе Artemis выступает не как цель, а как среда. Она достаточно близка, чтобы ошибки не были фатальными, но достаточно сложна, чтобы имитировать многие аспекты марсианских и более дальних миссий. Работа вне магнитосферы Земли, воздействие радиации, автономность экипажей, ограниченные возможности эвакуации — всё это делает Луну идеальным полигоном для проверки того, готово ли человечество к следующему шагу.

Artemis часто упрекают в избыточной сложности. Действительно, по сравнению с прямой схемой Apollo программа выглядит громоздкой, медленной и дорогой. Но эта сложность не случайна. Она отражает реальность XXI века, в котором устойчивость важнее скорости, а повторяемость важнее рекордов. Простые решения работают только один раз. Сложные системы — если они спроектированы правильно — работают десятилетиями.

В конечном счёте Artemis — это не про возвращение в прошлое, а про отказ от него. Это попытка выйти из парадигмы героических экспедиций и перейти к модели, в которой присутствие человека в космосе становится нормой, а не исключением. И именно поэтому оценивать Artemis по тому, сколько раз и когда именно астронавты ступят на лунную поверхность, значит не понимать её сути. Настоящий результат этой программы станет виден не в момент первой посадки, а тогда, когда Луна перестанет быть пределом.

Все материалы сначала выходят в нашем телеграмм канале, заглядывайте.

Эта записка содержала идею эксперимента: как убить клетки, вырабатывающие пищеварительные ферменты, но оставить в живых нужные. Бантинг презентовал её известному учёному в области – Маклеоду. Тот сперва поднял юного хирурга на смех – многие уже безуспешно пытались решить эту задачу. Но всё же выдал ему 10 собак для экспериментов и ассистента Беста, попросив на нём не экспериментировать. А затем уехал в отпуск (типичный профессор). Собак в итоге не хватило, исследователям пришлось продавать имущество, чтобы купить ещё

Спустя несколько недель работы жарким летом 1921 года, учёным удалось осуществить эксперимент и выделить из поджелудочной железы экстракт с нужным веществом. Выглядел он по описанию учёных как «густая коричневая грязь». Однако экстракт работал, снижая сахар в крови собак. Колоть грязь в людей всё же не хотелось, поэтому команда наняла для выделения чистого вещества биохимика Келлипа

Ещё через пол года было наконец получено очищенное вещество, позже получившее название «инсулин». Его ввели 14-летнему пациенту, весившему всего 29 килограммов. Иии… Оно не сработало. Сахар в крови упал, но всё ещё был высокий уровень кетонов, а также в месте введения возникло воспаление. Такое лекарство вводить людям было нельзя. Коллип вернулся к работе и меньше месяца спустя, 23 января 1922 года, ввёл мальчику вторую инъекцию. Это был полный успех. Мальчик сразу почувствовал себя лучше, а после пары месяцев лечения пришёл в норму. Люди веками молились об исцелении диабета самым разным богам. Но библейское чудо произошло, благодаря развитию науки и всего лишь нескольким месяцам работы учёных. И произойдёт ещё не раз

Бантинг с идеей эксперимента. Маклеод с экспертизой в диабете и ресурсами. Усердно работающий Бест. Келлип, выделивший чистый инсулин. Держу пари, что большинство из вас не знали их имён. Стыдно признаться, я и сам как-то прошёл мимо них, несмотря на учёбу в медицинском. Но благодаря ним были спасены миллионы жизней

Однако в научном коллективе всё происходило мягко говоря не очень гладко. Началось всё со словесных драк за ресурсы, когда в проект было ещё мало веры. А дошло до вполне физической драки и споров за приоритет открытия. К счастью учёные договорились об одном: сделать его доступным для всего мира, отдав патент университету за символический 1 доллар. Это довольно быстро было отмечено Нобелевским комитетом. Вот только премию 1923 года по физиологии и медицине решили присудить лишь двум учёным – Бантингу и Маклеоду, направив их гнев уже на академиков. Лауреаты даже подумывали отказаться от премии, но в итоге решили разделить её с двумя другими членами команды

Как бы то ни было, инсулин начал спасать жизни, а его производство запустилось во многих уголках мира. Собак мучать перестали: вместо них фармкомпании начали использовать поджелудочные железы свиней со скотобоен. Нужно было переработать 2 тонны желез, чтобы выделить 200 граммов инсулина

Но жизнь пациентов всё ещё была несладкой. Вводить инсулин нужно было многоразовыми шприцами с длинной стальной иглой. На фото ниже такой шприц приведён в сравнении с современной «ручкой», содержащей инсулин:

А ещё всё это дело надо было хорошо прокипятить: антибиотики ещё не изобрели. Никакого отслеживания сахара в крови, конечно, ещё не было, как и индивидуального дозирования. Поэтому приходилось надеяться, что дозы будет достаточно, чтобы снизить глюкозу в крови, но недостаточно, чтобы отправиться в кому

И чтобы жизнь совсем мёдом не казалась, нужно было делать инъекции несколько раз за день, в том числе и ночью, так как гормон действовал лишь короткое время. Элизабет Хьюс, которую в детстве спас инсулин, получила за свою жизнь больше 42 тысяч инъекций. С этой проблемой внезапно помог белок из спермы речной форели – протамин. Его добавление в препарат позволило удлинить действие инсулина до 24-26 часов, снизив частоту инъекций

А 1978 году в компании Genentech научились производить инсулин при помощи бактерии – кишечной палочки. Это была настоящая революция, которая удешевила производство и позволила делать его гораздо более управляемым, заодно создав целую отрасль биотехнологий. Бактерия производила настоящий человеческий инсулин, лучше подходящий людям. Кстати, эта бактерия являлась самым настоящим ГМО – генно-модифицированным организмом, ведь ни инстулина, ни поджелудочной железы у неё в природе нет. Если вы против ГМО, придумайте как производить инсулин эффективнее, может тоже выиграете Нобелевскую премию

Мой телеграм канал – человек наук

📌Слом гендерных ролей: Все ключевые должности были отданы женщинам. Капитаном стала шведка Мария Бьёрнстам, одна из первых в мире женщин, получивших профессиональную морскую лицензию. Врачом, дайвером и штурманом также были женщины, что в 1973 году было вызовом традиционным устоям.

📌Психологическое давление: Хеновес регулярно заставлял участников заполнять анкеты с провокационными и унизительными вопросами (например, об их сексуальной привлекательности или антипатии к другим членам экипажа), после чего публично зачитывал ответы.

📌Контроль информации: Будучи единственным оператором радиосвязи, он контролировал все контакты с внешним миром, усиливая чувство изоляции экипажа.

Провал гипотезы 📉

Вопреки расчетам Хеновеса, на борту не возникло ни сексуальных конфликтов, ни борьбы за доминирование. Столкнувшись с общими трудностями — от тесноты и бытовых проблем до штормов, — группа продемонстрировала высокий уровень сотрудничества и взаимопомощи.

Разочарованный отсутствием данных, подтверждающих его теорию, Хеновес начал действовать более агрессивно. Он открыто критиковал участников, пытался манипулировать ими и искусственно создавать кризисные ситуации. Его поведение привело к обратному эффекту: экипаж сплотился не друг против друга, а против него.

Бунт: «Скажем, что он упал за борт» 🤫

Критическая точка была достигнута во время сильного шторма. Пока команда слаженно боролась за выживание плота, Хеновес, по свидетельствам участников, впал в панику и своими действиями стал представлять угрозу для безопасности.

Десятилетия спустя, в документальном фильме «The Raft» (2018), участники эксперимента впервые рассказали, что в ту ночь на борту всерьез обсуждался план по устранению ученого. Рассматривался вариант выбросить его за борт и по прибытии заявить, что его смыло волной. До реализации этого плана не дошло, но с того момента авторитет Хеновеса был полностью уничтожен. Остаток пути он провел в изоляции, фактически став заложником собственного эксперимента.

Научное фиаско и человеческий триумф ⚖️

Эксперимент «Акали» считается в научном сообществе провальным из-за неэтичной методологии и прямого вмешательства исследователя, которое исказило результаты. Карьера Хеновеса как полевого антрополога была фактически завершена.

Он намеревался продемонстрировать, как легко люди превращаются в агрессивных животных. Вместо этого он непреднамеренно доказал обратное: перед лицом внешней угрозы и некомпетентного лидера человеческая солидарность и способность к самоорганизации оказываются сильнее искусственно создаваемых поводов для вражды.