Наследственные споры нередко тянутся годами и всплывают тогда, когда, казалось бы, все давно оформлено и закрыто. Особенно — если у умершего внезапно находятся дети, о которых раньше никто не знал.
Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.
Что случилось?
Однажды у гражданки Б. скончался брат. Мужчина был не женат, детей, как полагали, не имел, и Б. оказалась единственной наследницей как его сестра.
Б. обратилась к нотариусу, получила свидетельство о праве на наследство и оформила имущество на себя — самой ценной его частью была доля в квартире.
Но спустя пару лет Б. получила повестку в суд. Выяснилось, что при жизни ее брат сожительствовал с некой женщиной, и у них даже был общий ребенок.
После смерти мужчины его «гражданская жена» через суд признала факт отцовства — этого мужчина никогда не отрицал, и доказательств оказалось достаточно даже без проведения генетической экспертизы.
Признав отцовство, сожительница обратилась в суд как представитель дочери и потребовала признать свидетельство о праве на наследство недействительным, а также восстановить пропущенный срок для вступления в наследство.
Б. на всякий случай решила подстраховаться и подарила унаследованную долю несовершеннолетнему сыну, рассчитывая, что у ребенка долю суд не отнимет.
Что решили суды?
Суд первой инстанции отказался аннулировать свидетельство. Судья указал, что срок для вступления в наследство был пропущен, при этом уважительных причин пропуска нет: сожительница знала о смерти наследодателя и могла в течение шести месяцев уладить все формальности, но сама затянула.
Но в апелляционной инстанции ситуацию оценили иначе. Суд указал, что наследницей является не «гражданская жена», а несовершеннолетняя дочь, и она не виновата в том, что ее мать как законный представитель пропустила срок.
А то, что доля в квартире уже была подарена другому ребенку, значения не имеет: если признать дочь наследницей первой очереди, то доля в квартире изначально должна была перейти к ней. Следовательно, Б. (наследница второй очереди) вообще не имела права распоряжаться этой долей и дарить ее.
В итоге свидетельство о праве на наследство было аннулировано, договор дарения признан недействительным, а несовершеннолетней дочери восстановили срок для вступления в наследство.
Оспорить это решение в дальнейшем Б. не удалось (Определение Девятого КСОЮ по делу N 8Г-12156/2022).
Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.