Алексей Грейг, адмирал-академик (окончание)
Начало здесь: Алексей Грейг, адмирал-академик
Если захочется узнать, когда появилась в России первая обсерватория, поиск в интернете укажет, что это была обсерватории при Кунсткамере, появившаяся в 1725 году. Как обычно, основателем указывают Петра Первого. Это то же, как сказать, что первого космонавта в космос запустил Никита Хрущев. Кстати, работать эта обсерватория начала после смерти императора.
Но, если тщательнее порыться в поисковиках, то всплывут сведения об обсерватории в Холмогорах, устроенной неким помором А. Любимовым еще до того, как Пётр стал царём. Вторая обсерватория по времени создания – та, брюсова, что в Москве, при Навигацкой школе, в 1701 году.
Не знаю и не знаю где узнать какую цель преследовал помор Любимов. Только ли любопытствовал поглядеть на звёзды? Потому что, если не так, а обсерватория нужна была ему для улучшения морской навигации, то …мы вообще не так знаем нашу историю.
На одну из практических задач астрономии – обеспечение мореплавания – указывал Ломоносов. Лишь в 1809 году появилась Дерптская обсерватория (руководитель П.В. Струве). Вслед за ней, в 1819 г., для обслуживания кораблевождения на Балтике, была создана обсерватория на территории Финляндии.
В 1816 году А. Грейг получил назначение на должность главного командира Черноморского флота и военного губернатора Николаева и Севастополя.
Что представлял собой российский флот в начале XIX века? Уровень его, достигнутый усилиями отца, Самуэля Грейга в конце предыдущего века, после вступлении на престол Александра I катастрофически упал. Например, на Балтике, где после окончания войны оставались 15 боевых кораблей, на плаву были лишь пять. Это произошло потому, что ближайшее окружение Александра сумело утвердить военную доктрину, продиктованную из Лондона: развивать континентальную армию, а флоту оставить функцию оборонную. И, если еще при Павле I Россия располагала третьим в мире военным флотом (после Англии и Франции), то к моменту вступления А. Грейга в должность российский флот вовсе не имел рейтинга.
Порой строить новое легче и лучше, чем перестраивать старое. С этой точки зрения за А. Грейга можно и порадоваться.
Об этом можно рассказывать долго, я постараюсь кратко. Разработанная каким- то шведом еще в XVIII веке математическая модель конструкции корабельных корпусов до Грейга, кажется, никем в мире еще не применялась. Новые суда Черноморского флота стали строиться по-новому. Их качество перестало зависеть от умения корабелов. Стандартизация во многих деталях: от орудийной комплектации до противопожарных мероприятий. Им был разработан дневной телеграф (это когда моряки машут флажками) и проложена телеграфная линия между Николаевым и Севастополем. Телеграфный аппарат он разработал сам. Физические опыты по повышению остойчивости и химические, для разработки новых видов снарядов. Тщательно исследовался земной магнетизм. Кстати, снаряды с красивым названием брандскугели – личное изобретение Грейга.
Помните, Наполеон говорил: сражения выигрывают большие батальоны! Грейг строил фрегаты, которые по мощи стали соизмеримы с линейными кораблями. А те, в свою очередь, стали трёхдековыми. Т.е., не две, а три пушечные палубы. Это стало возможным благодаря улучшению остойчивости и совершенствованию парусов. Строились и новые виды малых боевых судов: иолы, канонерки, катера разного назначения. Всего за неполные 17 лет при Грейге было введено в строй более 40 кораблей разного ранга.
Для этого были построены новые доки в Николаеве и Севастополе. А док в Херсоне был ликвидирован. Ведь еще Потёмкин указывал на его неперспективность. В 1820 году появился первый русский пароход «Владимир». За ним еще два вооруженных парохода.
А чтобы все это хорошо плавало, в Николаеве появилась специализированная морская обсерватория. На то время крупнейшая в России. Ее возглавил ученик Струве К.Х. Кнорре. Который позже писал, что Грейг «имел высокие сведения не только в астрономии, но и по всем математическим и физическим наукам».
Один из сослуживцев адмирала вспоминал: «Все его указания были основаны на правилах науки и на применении их к делу, на глаз и на удачу ничего не делалось».
Совместные Кнорре и Грейга астрономические наблюдения вошли в мировые атласы. Грейг был избран почётным членом Берлинской академии и Российская академия сделал его почётным членом. Был он и членом копенгагенского Астрономического общества.
К русско-турецкой войне 1828-1829 года черноморский флот был готов. Грейг возглавил военные действия на море. Под его командованием были взяты Анапа, Варна, еще с десяток крепостей.
С 1833 г. Грейг переехал в Петербург как член Государственного совета. Ему была поручена постройка Пулковской обсерватории. Где-то можете прочесть, что руководил Струве. Сам Струве в своих воспоминаниях указывал на Грейга: «Председателем комиссии (по строительству обсерватории) был назначен почётный член академии адмирал Грейг. Этот учёный-моряк был известен в Европе обширными знаниями…».
Один из историков ( П. И. Беловенец «Материалы по истории русского флота» Военмориздат, 1940) написал о нём: «… более русский, чем многие россияне».
Так уж повелось в России: то взлёт, то падение. Флот, созданный А. Грейгом, позже почти не претерпел изменений. Ко времени Крымской войны он устарел.










