Продолжаем угорать по Волкову. И раз уж мы тут уже обсудили кроссовер с, прости Господи, «Золотым ключиком», написанный Владимирским – самое время поговорить о фанфике. Или, возможно, о пастише (пастиш — это вторичное художественное произведение, которое имитирует стиль более известного текста, применяя приёмы оригинального автора. Однако не пародирует, а скорее чествует или продолжает оригинал).

Предупреждения: присутствуют спойлеры. Присутствует много букв. Присутствует автор-душнила.

Нужно сказать, что продолжений волковских историй великое множество, самые популярные авторы в этом смысле – это Сухинов и Кузнецов, и… и вот я их книги-то и не читала. Несмотря на то, что мне даже здесь это рекомендовали – не срослось и не сложилось. Наверное, потому что в книгах… слишком самих этих авторов, понимаете? Они привнесли туда слишком много своего творчества, что и понятно, и обоснованно. Но я слишком люблю оригинал. И мне хотелось того, волковского мира. Продолжения приключений с персонажами, которые так очаровали, в том же сеттинге и в том же стиле. Довольно-таки невозможное желание, разумеется, потому в своё время я почитала немножечко фиков, где Урфин или Железный Дровосек женятся по-всякому (в некоторых даже между собой), резюмировала «Всё тлен» - и осталась при том, что имела.

Так было, пока мне в руки недавно не попала книга «Лазурная фея Волшебной страны». И это… ооо, это уже совсем другой уровень! Начать с того, что фамилия на обложке – ширма, творческий псевдоним для коллектива авторов. Книга писалась фанатами с того самого форума Изумрудного города, откуда я притаскивала эксклюзивные материалы. И уже хотя бы по ним можно понять – насколько там сидят увлечённые люди и насколько они любят творчество Волкова.

И потому в своей любви они дошли до той самой грани, которую подспудно и ждёшь от фанатов и их творчества: они попытались написать продолжение книг Волкова в стиле Волкова!  

И давайте посмотрим, насколько хорошо у них это получилось.

Поскольку фанатам от любимого автора очень хотелось взять лучшее, они это и сделали: по сути, они создали вторую пещеру подземных рудокопов. Только назвали Лунной долиной, поместили под купол, и теперь у нас тут изгнанное племя бывших Мигунов с непокорным мастером во главе. Свои проблемы с королями и с династиями, свои Шестилапые – оп, извиняюсь, мехамоты. И, понятное дело, свой антаногист – властный Чентурро.

А ещё здесь есть новая вундервафля – но не магический телевизор, а вполне себе вертолёт. Потому что раз уж после инопланетного «пикника на обочине» осталась куча сломанных вертолётов, - почему и не собрать один? Канон авторы, однако, знают на заглядение. И потому Страшила, Дин Гиор и Фарамант уже привычно сидят в плену, армия мехамотов и луннодольцев – тоже привычно – выступает на Изумрудный город, и из Канзаса – тоже вполне себе привычно – являются на помощь Тим, Энни и не только…

При таком уровне повторения авторских ходов – это могло быть довольно-таки неинтересное чтиво, но нет, авторы всё-таки не списывают один в один. И дают нам интересные ходы и арки в сюжете. А также и обоснуи. Например, Тилли-Вилли они достаточно мастерски из сюжета надолго выводят. А с Железным Дровосеком вообще делают отдельную напряжённую арку аж во внешнем мире! Получает развитие арка Джюса – и какое развитие! Авторы явно внимательно прочитали первую редакцию «Семи подземных королей» и пришли примерно к таким же выводам, что и Волков: только раскаянием бывший тиран не должен ограничиться. А поэтому… упс, кто у нас тут достаточно решителен, знает стратегию и военное дело, а потому может возглавить оборону Изумрудного города, когда всё правительство в плену?  (Почти наяву слышен вопль Джюса: «В третий раз вы меня на это не поймаете!») И да, Гуамоко тоже при делах, и про огородничество Урфина не забыли, а ещё авторы помнили про излюбленные волковские «рояли из волшебных кустов» («Решение вашей проблемы просто растёт в Волшебной стране» - см. листья дерева рафалоо или орехи нух-нух). Так что все желающие могут насладиться обстреливанием вражеской армии голубыми кабачками с клеем внутри. И ещё немножко арбузами.

Ещё авторы очень бережно относятся к характерам, не пытаются лепить из персонажей светлых и безупречных героев, сохраняя их вполне себе живыми (например, сцена борьбы Урфина с кабачком довольно забавна). Есть и трогательные сцены, и сцены с мощным героическим пафосом, и таинственные карты, и интересно вводимые новые герои (внук Гудвина, представляете себе?). И немного боевого расколбаса, правда, без волковских крови-кишок. Но механические бегемоты, которые могут жрать изумруды вместо топлива – это уже достаточный расколбас, сам по себе, как мне кажется.

Авторы даже придумали прекрасное логическое обоснование тому, почему Смелый Лев в его-то преклонные годы чувствует себя вполне так себе ничего:

— Удивительно, — с одобрением молвил Железный Дровосек. — В твои-то годы — и такая прыть!

— Спасибо волшебнице Стелле, — усмехнулся Смелый Лев. — Последние месяцы добрая фея присылала мне какие-то розовые стебельки. Таких не сыщешь в моём лесу. Я сначала хотел скормить их козам. Не будет же уважающий себя лев жевать какую-то траву. Но потом раздумал: не зря, наверное, волшебница шлёт подарки. И странное дело: с тех пор, как я стал есть эти стебли (вполне приличные на вкус, надо признать), здоровье моё пошло на поправку. Сил стало больше и зрение улучшилось. Такое ощущение, будто я даже помолодел на пару лет.

А ещё очень нехило попытались копать вглубь с размышлениями о том, почему одно пугало в Волшебной стране ожило, а другим не так повезло. И как вообще работает «механизм оживления» - сцена во время кульминации получилась довольно-таки эффектной.

И, наверное, ещё много можно писать о том, что тут есть:

- дракон Ойххо и усыпительная бомба (!).

-  дрессированные бабочки с гипнотическим танцем (?!).

- овца-прорицательница Офелия (аэээ… оммаж к «Кунг-фу Панде-2» + к «Гамлету»?).

- внезапный Гудвин и его внезапные корни в Волшебной стране.

- поединки с гигантской саранчой.

- путешествие-плавание по бурной реке.

- Всепревращательное Полотнище (и об этом вспомнили!).

- перо Синей птицы… в смысле, Лазурной феи.

И вот тут, конечно, к тексту есть вопросы. Потому что вся арка с Лазурной феей выглядит малость притянутой за лазурный хвост, а сюжетный двигатель из неё… ну, такой себе. Всё-таки «хватит с нас колдунов, волшебников и волшебниц» - их и без того уже было описано достаточного, и множить ещё… Да, волшебница не участвует активно в сюжете, а перья Лазурной феи – по сути, просто макгаффин, ценный приз, за которым идёт охота, но всё-таки, вопросы удачи/неудачи, роялей из кустов решаются авторами не до конца удачно. И эта линия выглядит порядком лишней, вписанной только для того, чтобы детишкам из Канзаса было, чем заняться.

Плюс это порядком удлиняет и утяжеляет повествование. А с учётом того, что на местную Луну Лавгуд, девочку Химену, и без того потрачено достаточно много страниц…

Хотя, опять же, введение нового персонажа было и у Волкова в пресловутой первой редакции третьей книги. И там тоже новый персонаж становился союзником наших героев. Опять же, тут через Химену доносится важная мысль о необходимости до всего доходить своим умом, а не ждать, пока за тебя всё сделают гаджеты. Но тут у нас ещё к тому же подвалил такой же странненький внук Гудвина (который художник и онтаквидит), и к концу начинаешь уже опасаться, что текст, как Боливар, не вывезет двоих.

Текст, по счастью, вывозит, потому что меру авторы всё-таки знают. Мораль – хорошая, Урфин – не меняется даже после того, как изменился, принц Чентурро – вероятный новый краш фанатов, все довольны, счастливы и молодцы. Читать текст приятно и хорошо.

Можно ли это назвать полномасштабным продолжением книг Волкова? Я стою на той позиции, что книг всегда будет шесть. А для некоторых читателей, возможно, даже пять (если они не любят инопланетян). И никто не Волков, кроме Волкова. Даже вон Владимирский (глядя на текст про Буратино в Изумрудном городе). Особенно Владимирский.

Однако, в отличие от писателей, которые работали над продолжениями в собственной манере, здесь авторы и не претендуют на многое. Они лишь хотят оставаться в рамках канона и развивать то прекрасное, что в книгах Волкова уже есть. Они отгородились волковским каноном от своих собственных авторских дерзновений, как Волков отгородил Волшебную страну от людского мира. И потому даже стиль напоминает стиль Волкова, а иллюстрации сделаны со стилизацией под Владимирского. Эта книга – не более и не менее, чем дань, которую фанаты отдают любимому автора. Однако в неё вбухано столько любви и столько трепетного знания канона, что не залюбоваться ею в этом смысле невозможно.

Пастиш это или фанфик всё-таки? Если фанфик - то лучший из всех. Если пастиш - то с самым бережным отношением к оригиналу. Да, авторам не хватает пресловутого авторского дерзновения, которого у Волкова было в избытке (хрррясь – и вот вам подземный мир, бах – и вот инопланетяне). Да, они пользуются уже имеющимися приёмами и ходами. Да, в тексте есть проблемы с длиннотами, иногда со стилем, иногда с персонажами. Однако, если хочется хапнуть дозу фансервиса и ностальгии по Волкову и детству – этот текст именно то что нужно.

Тут лежат мои книги - большей частью халявные: https://author.today/u/steeless/series

Мы уже поговорили о том, какой могла быть третья часть романа – «Семь подземных королей» (Какой была книга "Семь подземных королей"?).  На этот раз нашим блюдом будет «Тайна заброшенного замка» - последняя книга шестикнижия. Вернее, первая редакция книги. И здесь всё куда сложнее.

Традиционные предупреждения. Много текста. Есть спойлеры. ТС - душнила и знает об этом.

Начал работу над этой частью Волков в 1969 г. А шестидесятые - это полет Гагарина, все бредят звёздами, юные читатели просят написать что-нибудь этакое… Для Волкова тема была довольно-таки чуждой, но он таки собрался и наваял первую версию за 22 дня. При этом сам уже был глубоко больным и очень пожилым человеком (который начал писать книгу в 80 лет!). Поэтому написать-то он написал, а потом начал не спеша доводить до ума.

Первые редакции публиковались в казахстанской газете «Дружные ребята» в 1971 и 1976 годах. Разные версии, в сокращении – но для Волкова такое было нормально.

В самой первой пришельцы были клювоносыми и круглоглазыми. Во второй версии клювы пропали, уже появились арзаки и менвиты. Вот разве что арзаки были фиолетовыми. А у менвитов не было гипнотического взгляда.

А вот с полной версией не заладилось: писатель умер в 1977 г. И расширяли и дополняли книгу в редакции. И варианты 1971 г. (тут вообще только отрывки глав), 1976 г. и 1982 г. отличаются достаточно серьёзно. При этом сам Волков тоже текст правил до самой смерти, потому не очень понятно – где и чьи правки и кто и что переписывал.

Потому давайте не будем гадать, где и чьё, а просто посмотрим на сходства и различия.

Что у ранних и поздней версий общего?

В целом, линия  арзаков, менвитов, Тима, Энни и Фреда – осталась. Как и похищение Ментахо и Элли, безобразия Тима под невидимостью в лагере пришельцев. Но изменений много.

Начнём с того, что было в версии 1971 г.

Посольство к Стелле и к Летучим обезьянам. Пришельцы хотят уничтожить город при помощи вертолётов (а это отчасти – из первой редакции «Семи подземных королей», там-то была драконская авиация). И герои отправляются на драконе к Стелле, чтобы с её помощью призвать Летучих обезьян.

"Тим рассказал, что защитники Изумрудного города рассчитывают на помощь Летучих Обезьян. Только они с их храбростью и ловкостью способны выдержать воздушный бой с эскадрильей Пришельцев.

Стелла после недолгого раздумья сказала:

- Да, это самое лучшее, что можно придумать. Узнаю находчивость Страшилы Мудрого. Я помогу вам заручиться содействием Обезьян. Их предводитель Уорра дал мне слово, что если мне когда-нибудь о ч е н ь понадобится их помощь, они мне ее окажут. В знак этого я должна послать им невянущую розу из моих волос. Обезьяны узнают ее по неповторимому запаху."

Есть целая глава с визитом к предводителю обезьян Уорре и разговором с ним. И с обратным путешествием, в описании которого есть действительно забавные цитаты:

«Крылатая рать вылетела из Треугольной Долины на рассвете. Дракон Ойххо, сопровождаемый тучей мохнатых зверей, походил на броненосный крейсер, окруженный шлюпками.»

Операция «Страх» в результате была совсем другой. Очень сильно напоминающей военные операции из пресловутой первой редакции третьей книги. Более стратегичной и жёсткой. Тут и Дин Гиор, и расстановка обезьян эшелонами, и общий патриотический дух:

«Предложение Дина Гиора о выводе в лес всего небоеспособного населения было отвергнуто женщинами с презрением. Они тоже перебрались на стены и дежурили у больших медных котлов с водой, готовые каждую минуту развести под ними огонь и встретить неприятеля потоками кипятка. В лес были отправлены только дети под надзором древних стариков и старух, да и те чуть не взбунтовались, заявив, что у них достаточно сил для защиты родного города».

Да, там и тактика, и начитанность, и продумывание Фредом стратегии – куда бить:

«Молодой инженер не служил в армии, но был начитанным человеком. Летательные машины тяжелее воздуха существовали на Земле только в фантастических романах, например, в жюльверновском «Робуре-завоевателе», но этого было достаточно, чтобы Фред имел о них понятие. Он знал, что если на летательной машине установить легкое орудие, то оно будет стрелять только горизонтально или немного выше и ниже. Направить его ствол прямо вверх невозможно, выстрелом также нельзя поразить цель, находящуюся под брюхом вертолета».

И, конечно, тут у нас кровавейшее месиво с летучими обезьянами и вертолётами (ну, мы помним, да? Волков такое любит). С перерубанием обезьян надвое и прочей красотой. Есть мнение, что в редакции курящими после этой сцены стали все, кто не закурил после чтения первой редакции «Семи подземных королей»…
«В этой битве не просили и не давали пощады. Сильные мохнатые лапы хватались за выдающиеся части машин, отламывали колеса от шасси, массивные тела бросались на лопасти несущих винтов и, разорванные в клочья, летели вниз вместе с обломками. Скорострельные пушки работали впустую: нападающие держались выше или ниже линии обстрела. Зато лучевые пистолеты то и дело находили себе жертвы. В воздухе пахло паленой шерстью и горелым мясом, полусожженные трупы падали на лес, на дорогу, вымощенную желтым кирпичом».

В версии 1976 г., кстати, это всё выглядит поскромнее. А в окончательной версии и вовсе вся линия обезьян вырезана, а они заменены на орлов.

Теперь посмотрим, что было в редакции 1976 г. И что изменилось.

Подвиг Гориэка присутствовал. Но из строя радары вывели дуболомы. Притом, радары остались подключёнными. Но Лану Пироту пришлось побыть электротехником (глава так и называется «Лан Пирот - электротехник»):

«Лан Пирот не смог бы разобраться в сложном приборе, но предусмотрительный Ильсор раздобыл чертеж радара и снял с него копию. На этой копии Ильсор красным карандашом отметил переключатель, который достаточно было повернуть, чтобы разъединить пушку с радаром. Дуболом щелкнул переключателем, и дело было сделано! Пусть теперь возле радара появится человек: сигналы об этом не дойдут до пушки, пушка не выстрелит.»

Дальше идёт посольство к Стелле, операция «Страх» с обезьянами, похищение Энни, дни Безумия Вещей и сюжет с усыпительной водой. Пробежка с «Мыши заснули» тоже была.

И усыпление менвитов. Только вот послание Ильсора на Рамерию серьёзно отличалось. Поскольку «Диавона» была кораблём разведки – за ней должна была следовать армада военных кораблей. Потому Ильсор отписал от имени Кау-Рука тайным шифром, что ой, тут земляне проникли в тайны природы, наших всех поубивали, мы с ними бороться никак не можем. Заканчивалось прочувственно:

«И теперь я решаюсь обратиться с предсмертной мольбой, высказанной только для блага нашей священной родины. Отзовите космическую эскадру, посланную на завоевание Беллиоры! Ее ждет здесь неминуемая гибель!

Удар, который предполагалось нанести по Беллиоре внезапно, не будет неожиданным: земляне готовы его отразить. Сквозь амбразуру нашего укрепления я вижу стволы дальнобойных пушек, грозно нацеленных на наш лагерь. Над базой проносятся сверхскоростные бронированные самолеты...

Я мог бы еще много сказать о необходимости отзыва эскадры, но вынужден закончить: земляне готовятся к штурму.

Генерал Кау-Рук, командир базы разведчиков на Беллиоре.

14-го оргора 9891 года рамерийской эры».

Притом, понадобилось ещё одно добивающее послание, прежде чем на Рамерии поверили и эскадру таки отозвали.

Ах да. И ордена «За инициативу» арзакам таки вручили.

А чего в книге не было?

- Всей линии Урфина Джюса. Да-да, все Дни Угощения, все сюжетные ходы с изумрудами, камнем Гингемы, придуманным кладом – это поздние добавления (неясно, Волкова или редактора всё-таки). Потому что…
- Не было гипноза менвитов, менвиты просто поработили арзаков. Поэтому и изумруды в качестве освобождения не были нужны.
- Кау-Рук отсутствовал как персонаж и личность. Присутствовало только его имя. Он был рядовым менвитом.
- Ильсор не был инженером и не проектировал корабль. Хорошенького понемножку.
- Ильсор не был целым вождём сопротивления. Он возглавлял только одну ячейку – именно на «Диавоне».

Вот такие вот первые версии книги. Много чего изменилось в окончательной версии? Не так уж много, если честно. Общая канва осталась прежней и явно авторской. Да, где-то ранние версии были логичнее, техничнее и жёстче. А в последней зато шире линии персонажей, есть Кау-Рук и Урфин. В общем, примерно то на то и выходит, не то чтобы совсем другая книга – как это было в случае с «Семи подземными королями». Но ознакомиться можно.

Разная фэнтезятина и смешные пересказы, большей частью нахаляву - тут: https://author.today/u/steeless/series

Шестикнижие Волкова о Волшебной стране и Изумрудном городе можно назвать феноменом по многим параметрам. Начать с того, что пересказ первой книги Баума спустя многие годы после первой публикации (более 20 лет) дал жизнь самостоятельной и крайне изобретательной серии, в которой литературному критику есть чем умилиться, а молодому автору – поучиться. Разнообразие жанров, логика повествования, умение прописывать мир в детской сказке и давать экспозицию, смелость при введении новых элементов в текст, «взросление» книг – там можно восхититься многим. Но я тут буду говорить о феноменальном персонаже.

Но сначала предупреждения.

В посте много текста. В посте много Волкова. В посте много Джюса.

В посте много любви к текстам Волкова и Джюсу. И ещё ТС - душнила.

А теперь встречайте Урфина Джюса: дважды тирана Изумрудного города, а попутно – столяра и огородника, а не какого-нибудь там колдуна или министра. Встречайте храброго, волевого, умного, трудолюбивого, изворотливого злодея, которому можно сопереживать (чем читатели активно и занимаются до сих пор). Мрачного и угрюмого мизантропа, который стал сложным персонажем в авторской сказке. И первого персонажа в авторской сказке с полной аркой искупления и перерождения.

В авторской сказке всё вот это – обычно немножечко нонсенс. Но Волков уже во второй своей книге прыгнул куда выше простой авторской сказки и вырулил куда-то в авторские небеса. А теперь по порядку: почему у нас Урфин Джюс – феномен?

1) Рабоче-крестьянское происхождение и трудовая профессия (да, стебусь, но немного серьёзно). В изначальных планах автора был честолюбивый волшебник, который решил высунуться после гибели Бастинды и Гингемы. Звали волшебника Урфаном – а потом он уже стал Урфи́ном.

Однако потом Волков выкинул неожиданный финт: он сделал Урфина всего лишь помощником злой Гингемы, столяром-неудачником, который терпеть не может людей.

И дал ему фамилию Джус/Джюс (в дневнике отметив, что обозначает она «Завистливый»). И это было… крайне смело. Даже не в смысле цензуры, а в смысле подхода. Злодеем оказывается сирота, воспитанник столяра! Вместо того, чтобы плести коварные замыслы, антагонист сам берётся за рубанок или как одержимый борется с сорняками! Он сам продумывает стратегию и тактику, обучает своих солдат, а в четвёртой книге – спасает гигантского орла и несёт цивилизацию Марранам! В отличие от колдунов или знатных злодеев со множеством прихлебателей, Урфин вообще всё сам и всюду сам. И у него всё получается крайне неплохо.

2) Это потому что Урфин обладает прорвой положительных качеств, которые автор в него насадил. Прежде всего – воля и упорство, которые проявляются хотя бы даже в том, что Жевун по происхождению медленно и методично отучает себя жевать. Урфин может спасать огород от сорняков чуть ли не до потери пульса, может 10 лет ждать подвернувшегося шанса, делает руками буквально всё. Кроме всего прочего, хитрый и изобретательный – и умеет в недурные мистификации. Взять хотя бы то, как он стал боженькой у марранов. Или то, как притворялся волшебником и глотал пиявок из шоколадного теста. При этом он ещё и в военном ремесле разбирается неплохо, и обладает определённой смелостью и достоинством. Не просить пощады у победителя. Защитить раненого гигантского орла с колом в руке. Обнажить грудь перед этим же орлом со словами: «Что ж, рази, только сразу насмерть».

Да, весь этот гигантский потенциал направлен на дурное. И это даже подчёркивается в книге. И автор совершает потрясающее – он показывает, насколько страшен может быть по-настоящему талантливый, умный, смелый человек, когда он – честолюбивый гордец, который всеми силами старается дорваться до власти.

И это могло бы отлично сработать на образ антагониста, и читатели бы возненавидели Урфина, если бы…

Да, если бы автор не дал ему столько времени в книге.

3) Огромное количество «экранного времени». Урфин Джюс стоит в центре двух книг, и вторая и четвёртая книга не зря буквально называются «Урфин Джюс и его деревянные солдаты», «Огненный бог Марранов». Читатель невольно идёт вслед за персонажем, смотрит его глазами и проникается его проблемами. Волков дал читателю следовать за антагонистом, – и это уже само по себе феномен, потому что никогда в сказке не смотрели вот так – с самого начала «с другой стороны». Мы видим, как Урфин трудится, переживает, боится, шутит, ошибается и исправляет ошибки, досадует, набивает шишку за шишкой, манипулирует – и невольно проникаемся персонажем, очаровываемся им. Потому что ну он ведь такой живой, с этими своими воплями и побегами от медвежьей шкуры, вылавливанием деревянной армии из реки, разговорами с филином… Волков написал Джюса слишком хорошо. По сути, он дал ему лишь грехи гордыни и честолюбия (а угрюмость – особенность характера, но об этом позже). Волков сделал своего антагониста классическим «эту б энергию – да в мирное русло»…

И читатели откликнулись на это. И полюбили персонажа. Полюбили, может быть, потому, что слишком уж он отличался от сказочных Страшилы и Дровосека. Что он был неволшебным. Что он был сильнее и сложнее. И не так уж сильно отличался от моряка Чарли Блека – такой же умелый, изобретательный вот разве что вектор не туда…

И произошло литературное чудо. Писатель понял, что именно он сделал. Он рассмотрел, что создал сложного персонажа. И уступил просьбам своих любимых читателей. Он совершил доныне невозможное в авторской сказке.

Он переродил персонажа.

4) Арка перерождения, осознания, искупления. Исправлялись злодеи в авторских сказках до этого? Ну, в общем, очень редко, потому что злодей-то должен быть что? – наказан. А если да, то… как-то неубедительно и за кадром. Быстренько извинились, покаялись, были прощены и стали новыми людьми. Или расколдовались. Но чтобы дважды тиран, который два раза войну развязывал, стал новым человеком – такого не было.

Потом пришёл Волков и сделал. И не просто развернул герою вектор в пятой книге, «Жёлтый туман». Не-е-ет, он протащил Джюса через полноценное мучительное духовное перерождение, когда он сначала медленно добирается домой, вторично побеждённый и униженный, потом начинает прозревать, что вокруг хорошие люди, а он им зло причинял. Потом начинает осознавать, что и не был-то счастливым, пока был правителем – и непонятно, чего он искал, когда к власти рвался. А потом хрррясь по голове шансом начать заново! Вот оно, то самое растение, давай, делай сколько угодно живительного порошка, ну же, айда, и ждать не надо!

И сейчас я процитирую несравнимый по силе момент, которого в авторской сказке до того ещё не бывало.

«Он присел на пенек и долго думал, внимательно рассматривая каплю крови, расплывшуюся на пальце после укола шипом.

— Кровь… — шептал он. — Опять кровь, людские слезы, страдания. Нет, надо покончить с этим раз и навсегда!»

Это – момент рефлексии с показом окончательного выбора антагониста. И переходом в сложные персонажи.

То есть у Волкова герой проходит через осознание злодеяний, муки совести, смирение, потом искушение, рефлексию и перерождение. Полный путь преображения, господа. Аплодисменты, занавес… авотфиг.

Автору было мало этого – он показал полный путь преображения. Урфин становится отшельником, примиряется с действительностью, мастерит теперь уже не уродливые игрушки, а добрые, дружелюбно общается с гномами – посланцами Арахны. И в конце концов крайне достойно ведёт себя с самой Арахной. Отказываясь идти к ней на службу, а потом и придумывая своё средство от Жёлтого тумана. Тут у нас окончательный переход в положительные персонажи.

Можно было бы сказать, что окончательно положительным Урфин стал в «Заброшенном замке», шестой книге. Где он известный огородник, выращивает разное невиданное, его все любят, делают праздники Угощения, а ещё Урфин тыбрит изумруды у злого инопланетянина-менвита, спасая добрых арзаков… Но эта арка – не Волкова. Её написали те, кто дописывал текст за умершим автором. В вариантах Волкова её нет. Однако те, кто дописывал текст, тенденцию уловили и сохранили, честь им за это и хвала.

А особенно хорошо они заметили один момент.

5) Волков изменил только вектор персонажа, но не всего персонажа. Да, Урфин у него стал дружелюбнее к людям, смирился со своим положением, занял чёткую позицию. Но он не стал слащаво-положительным. Он по-прежнему хвастает перед филином, он насмешлив и всё ещё нелюдим и не желает жить в обществе. В шестой книге это очень хорошо продлили и показали. Характер персонажа остался при нём.

И всё это вместе создают настоящий феномен.

Тут добавлю немного личного. В своё время арка Урфина Джюса просто взорвала мне мозг. В хорошем смысле этого слова. Я впервые встретилась с антагонистом такого типа, и впервые отчаянно сочувствовала антагонисту, и впервые страстно желала, чтобы он прозрел и увидел мир иначе, чтобы автор провёл его всё-таки по пути искупления. И… знала, что этого не будет. В сказках злодеев перевоспитывают или наказывают. Точка. Урфин был слишком сильным человеком, чтобы его можно было вот так взять и кем-то перевоспитать.

Я даже не могу описать, что со мной как с читателем стало, когда я взяла в руки «Жёлтый туман» и увидела главу «Искушения Урфина Джюса». Это было какое-то огромное «А что, так можно было?!», сопряжённое с читательским счастьем невероятных пределов. Впервые антагонист не был наказан или перевоспитан, но был преображён автором. Впервые персонаж на моих глазах изменился настолько и изменился сам, самостоятельно осознав свои косяки, пережив их и осознанно выбрав исправление. Впервые он не стал слащавым и бледным подобием себя, а остался собой, только выбравшим другой путь.

Волков показал: персонажей можно развивать и менять до бесконечности. И любить – даже тех, для кого, кажется, нет уже надежды.

Потому для меня (как для крайне персонажецентричного автора и читателя) персонаж Урфина Джюса – лучший литературный феномен во веки веков.

И потому мне хотелось бы рассказать о нём ещё всякого. Например - какой была его арка в первой авторской редакции "Семи подземных королей" (потому что да, там была его арка). Или о том, как художник Владимирский написал книгу, где Урфин пытался людоеда на Мальвине женить...

И если читателям захочется - я возьму да и расскажу.

Книги, всякие, в основном бесплатные - тут: https://author.today/u/steeless/series