Орегон, 1977 год. Молодая мать по имени Марлин Гэбриэлсен, всего через шесть недель после родов, оказалась лицом к лицу с абсолютным злом. Но, пожалуй, ещё страшнее того, кто это зло совершил, была реакция тех, кто должен был её защитить.

Весенней ночью Марлин возвращалась домой по трассе US-20, когда её машина заглохла. Помощь пришла быстро — госработник по обслуживанию дорог, с бейджем и в униформе, предложил подвезти. Надёжный человек, по виду. Он звонил в полицию, работал при государстве. Кто бы отказался?

Его звали Джон Акройд. Он отвёз её в лес. Избил. Изнасиловал. Оставил израненную, в разорванной одежде, одну в темноте на безлюдной дороге.

Но Марлин не сломалась.

Она добралась до ближайшей заправки. Позвонила в полицию. Подала заявление. Прошла медицинское освидетельствование. Сохранила улики: кровь, разорванные джинсы, порванные трусы, синяки. Всё, что требовалось от жертвы изнасилования — она сделала.

Полиграф, которому «верят больше, чем людям»

Полиция допросила Акройда. Он сказал: «Она сама этого хотела». Его подключили к детектору лжи — и он его прошёл. Марлин тоже проверяли, но ей не поверили.

Почему?

Марлин — индианка. Представительница коренного народа. Женщина с акцентом. Слишком эмоциональна, сказали они. «Недостаточно убедительна». Полиграф у неё «показал сомнение». И дело — закрыли.

«У меня были доказательства. Боль. Раненая душа. Я плакала, я кричала. Но им хватило одного его "нет", чтобы вычеркнуть меня из уравнения», — вспоминает Марлин десятилетия спустя.

Истории Экройда Поверили Больше, чем Ее рассказу:

Экройд утверждал, что секс был по обоюдному согласию. Несмотря на травмы Марлен и четкие показания, полиция, очевидно, поверила его рассказу. Он не проявил беспокойства во время допроса и прошел проверку на полиграфе, которая в то время имела больший вес в кругах правоохранительных органов, чем следовало бы.

Менталитет обвинения жертвы:
В 1970-х годах, особенно в сельских общинах, жертвам изнасилования часто не верили, особенно если они соглашались подвезти мужчину, пили алкоголь или были одни. Позже Марлен вспоминала, что к ней относились со скептицизмом и презрением. Ее сексуальная жизнь и решение сесть в машину, вероятно, были использованы против нее.

Окружной прокурор не выдвинул никаких обвинений:
Хотя офис шерифа собрал доказательства и направил дело, окружной прокурор отказался возбуждать уголовное дело, вероятно, сославшись на “отсутствие доказательств вне разумных сомнений” из-за отказа Экройда и предполагаемого согласия защиты.

Никакого расследования его прошлого не проводилось:
У Экройда уже была подозрительная история — сообщения о неподобающем поведении, в том числе о домогательствах к женщинам, — но это не было расследовано. Следователи не смогли копнуть глубже и не сочли его подстерегающим хищником.

А потом стали исчезать девушки

1978 — исчезает Кэй Тёрнер, бегунья. Через несколько лет находят её останки. Акройд — рядом.
1990 — исчезает Рашанда Пикл, падчерица Акройда. Её тело не найдено до сих пор.
1992 — исчезают две девочки-подростки: Мелисса Сандерс и Шейла Суонсон. Их тела находят в лесу. Рядом с рабочим маршрутом Акройда.

Он всегда рядом. Всегда свободен.

Спустя десятилетия — справедливость?

Только в 1993 году его судят за убийство Кэй Тёрнер. Только в 2014-м — за исчезновение Рашанды.
До остальных дел руки так и не дошли.
Он умер в тюрьме в 2016 году. Так и не ответив за всё.

Храбрая до конца

Марлин — не просто выжившая. Она — героиня. Та, кто первой открыла миру глаза на монстра, которого можно было остановить на 15 лет раньше.
Она дала интервью, она говорила в суде, она стала голосом всех, кого не послушали.

«Я всё сделала правильно. Но система — сломана. Особенно если ты женщина. Особенно если ты не белая», — говорит она.

Почему эта история важна

Ведь подобные Марлин есть и в наше время.

Детектор лжи — это не вершитель судеб и не всемогущее существо.

Пока мы не научимся слушать и слышать тех, кто страдает от насилия, преступники будут чувствовать себя безнаказанными.