Ну а дальше началось победное шествие жука по миру. Попал он и в Европу. А в 1959 году жук проник на территорию Советского Союза. А сейчас он добрался даже до приморского края.

Как только не пытались уничтожить пришельца! Использовались самые разные инсектициды, они помогали первое время, но жук приобретал устойчивость к ним. И приходилось изобретать новые и новые препараты. Биологических врагов у нас почти нет. Из птиц только цесарки едят жука.

Такая успешность жука просто объяснима. Жук способен впадать в длительную диапаузу. И вообще у него несколько форм покоя. Наиболее замечательная физиологическая особенность колорадского жука состоит в многообразии форм покоя. Обычно у насекомых есть одна форма покоя. У колорадского жука их шесть!

Перечислим их. Первая - зимняя диапауза. Вторая - зимнюю олигопауза. Третья - летний сон, в который уходят среди лета на срок от 1 до 10 дней до половины всех перезимовавших особей. Четвертая - летняя длительная диапауза. Пятая - повторная диапауза, проявляющаяся в конце лета у однажды или два (редко три) раза зимовавших и в сезоны вегетации картофеля размножавшихся жуков, выживших до осени. И, наконец, шестая - многолетняя диапауза (суперпауза), которая может длиться 2-3 года. Именно это сильно затрудняет борьбу с этим насекомым.

С биометодом тоже сложно, когда не знали точную родину жука, не могли подобрать и его врагов. А когда нашли, оказались, что его природные враги не обладают такой пластичностью как жук и поэтому не приживаются у нас. Но один примечательный случай произошел.

Есть хищный клоп периллюс, который питается и яйцами, и личинками колорадского жука. Его пытались завести в Европу и к нам, но прижился он только в некоторых районах Европы, и прижился плохо. Оказалось, что клоп рано выходит из зимовки, когда жуков еще нет. Клопу нечего есть и он гибнет от голода.

Но совершенно неожиданно ситуация изменилась. К нам проникло агрессивное растение амброзия полыннолистная. Это жуткий аллерген и если его поедают коровы, молоко приобретает неприятный вкус. Возник вопрос борьбы с этим сорняком. И завезли к нам амброзиевого листоеда. А этот листоед как ни странно родственник колорадского жука. И он оказался подходящим для питания периллюса.

Но самое главное, что из зимовки он выходит раньше, чем колорадский жук. И те очень немногие особи периллюса, которые иногда выживали, стали выживать в массе. И начиная с 2007 года в Краснодарском крае стали все чаще замечать клопов периллюсов на картофельных полях и огородах. Вот так для успеха одного завезенного вида против другого завезенного вида понадобился третий завезенный вид! Насколько периллюс сможет продвинуться на север, сказать сложно. Несомненно будет идти естественный отбор, направленный на более поздний выход периллюса из зимовки, и возможно, клоп сможет в будущем обходиться и без листоеда. Просто когда почти все особи клопа гибли весной от бескормицы, отбору просто не из чего было отбирать. Но этот пример показывают нам, какие сложные и нетривиальные могут быть отношения организмов в природе.

В хитросплетениях разбирался: А. Евсюнин.

Фото:1. Колорадский жук: Männchen, Selzerbrunnen, Frankfurt am Main, Hessen, Deutschland.
2. Периллюс: Louis Tedders, USDA Agricultural Research Service, Bugwood.org.
3. Амброзиевый листоед: Judy Gallagher

Введите описание к изображению (не обязательно)

Жуки листоеды в окружении моря листьев на паслёне клубненосном. Эти листья ядовиты , но жуки их безвредно поедают.

Паслён клубненосный — вид многолетних ядовитых травянистых растений из рода Паслён (Solanum) семейства Паслёновые (Solanaceae).

Все части этого растения (и растений семейства Паслёновые) — ядовиты, за исключение мясистых клубней.

XD

Родина полосатика раскинулась на просторах Мексиканского нагорья, где скалистые горы только начинают свой подъём к небу. Именно здесь в 1824 году американский натуралист и энтомолог Томас Сэй впервые встретился с будущим трансатлантическим вредителем. Гурман облюбовал побеги дикого паслёна — колючего, жёсткого и не слишком питательного растения, который в народе больше известен под именем «гадючья ягода».

Фольклор, как известно, не любит утаивать истину. И заключается она в ядовитости растения. Тогда специалист сухо описал жука, как листоеда с десятью продольными полосками на надкрыльях. Даже не подозревал Том, какую бомбу замедленного действия он тогда каталогизировал.

Владения апачей были не тронуты цивилизацией. Здесь не разрабатывали землю, а пользовались её щедрыми дарами, не пытаясь подчинить себе. Жук и дикий паслён веками сосуществовали, не доставляя друг другу особых хлопот. Но в середине XIX века всё изменилось. Наступила эпоха экспансии.

Жук, подчиняясь неведомым инстинктам, начал медленно продвигаться на север — вглубь континента. А навстречу ему, осваивая Дикий Запад, двигались ушлые американские поселенцы. Вооружившись сельскохозяйственной техникой, фермеры взрыхлили поля, засадили их картофелем. Нежным, сочным и беззащитным родственником колючего паслёна. Встреча со злодеем была неизбежна.

Добравшись до предгорий и почуяв знакомый аромат, жук сполз с гор и угостились цивилизованным блюдом. Для него это было сродни переезду из коммуналки в отель со «всё включено». Вместо того чтобы выискивать редкие колючие кусты, он обнаружил бескрайние поля лакомств. Какой-то неизвестный поварёнок расставил блюда в строгом квадратно-гнездовом порядке. Кто же добровольно откажется от такой заботы?

Эскалация конфликта.

По логике зоологов, маленького чревоугодника должны были окрестить «мексиканским». Но в родных пенатах жук не перегибал палку. Вёл себя осторожно, не выползая за границы означенных владений. Только плодовитость у колорадского злая, повышенная. В среднем самка выдаёт до 1000 яиц за сезон. В благоприятных условиях может удивить — пять тысяч «красных икринок», из которых вылупится целая армия!

И как многодетному семейству прокормить голодных юнцов? Пришлось завернуть к востоку. Путь жука лежал через прерии. В пограничном городе Омахо в Небраске виднелись картофельные насаждения.

Аромат любимого лакомства паразит чувствует за десятки метров. Обонятельные рецепторы развиты прекрасно! Дурман, томат и баклажан — всех родичей картофеля нюхач распознаёт с полувдоха. В 1859 жужжащая армия выступила на посадки крахмальных секций и нанесла урон агрономам в Небраске. Фермеры в ужасе смотрели, как их поля чернеют за считанные дни. Но позже выяснится, что убытки были минимальными. Ну, по сравнению с реальными возможностями жуков.

Всего через несколько лет 1-ая полосатая армия добралась до Колорадо. Здесь жуки откушали с размахом. Да так, что ценник на товар первой необходимости взлетел в 4 раза. Начался голод. Урезонить обжор не получалось никакими методами. Их пытались давить, собирать вручную, поливать керосином, но несомые ветром орды прибывали снова и снова. Жук оказался гениальным партизаном.

Никогда он не выходит из-под земли всей толпой под одну гребёнку. Пробуждение растягивается на два месяца: одни вовсю пируют, другие только просыпаются. Вот вроде протравили поле — а через неделю из-под земли вылезает новая партия. Кроме того, этот хитрец уходит в «отпуска» без договорённостей! Колорадский жук может закопаться в землю на пару недель, чтобы переждать жару или атаку химикатов.

Многие плантаторы решили бросить бизнес, ведь победить в схватке с прожорливым монстром не удавалось. Сельскохозяйственный хоррор наделал много шума в прессе. Газеты выходили с кричащими заголовками: «Колорадская чума!», «Полосатый дьявол уничтожает Запад!».

Виновник быстро стал символом бесплодия, а место происшествия навсегда закрепилось за названием вида. Так полосатый жук и вошёл в историю — не как мексиканский, а как колорадский.

Колониальная экспансия.

Отчаявшиеся фермеры и энтомологи лихорадочно начали испытывать различные химикаты. Одним из самых эффективных оказалась «парижская зелень» — соединение мышьяка и меди, которое уже использовали как пигмент для стойкой зелёной краски и яд для грызунов. Изумрудное зелье косило жуков наповал, но заодно травило почву, пчёл, да и самих фермеров. Вредитель попривыкнул к яду, и уже следующее поколение вышло на поля с врождённым иммунитетом. Продвижение вглубь штатов продолжалось.

Причём скорость для крохотного создания была бешеной — 140 км/год. Колорадский жук двигался на восток, пересекая Миссисипи, захватывая Огайо и Иллинойс, пока в 1874 году не достиг Атлантического побережья. Ни пернатым, ни насекомоядным злодей был не по вкусу. Почему? Питаясь паслёновыми, хитрый злодей в полосатой рубашке накапливал в теле токсичный соланин.

Американские фермеры пытались натравить на него цесарок и фазанов — специально подмешивали им в корм толчёных жуков. Но даже одомашненные птицы с неохотой клевали ядовитого гада. Остановить жука не удавалось. Есть версия, что в 1870-х годах колорадский шпион высадился на берегах Германии и Англии, но был уничтожен. Европейцы выдохнули, решив, что угроза миновала. Как же они ошибались.

Прошло больше полувека, уже отгремела Первая мировая, и лишь в 1922 году жуку удалось закрепиться в Европе. Есть версия, что он прибыл во французский порт Бордо вместе с американским военным грузом. В хаосе послевоенного времени энтомологический контроль ослаб! Так Германия, Бельгия и Франция познакомились с "Leptinotarsa decemlineata" лично! Хотя профессор энтомологического отдела департамента земледелия Чарльз Валентайн Райли предупреждал «немытую» заранее: идёт угроза! Лучше не импортировать картофель. Но пакость сошла с трапа и в миг распространилась по континенту.

В конце 40-х жуки уже играли свадьбы на полях Польши. Полчища колорадских злодеев вместе с волнами достигли побережья Балтийского моря. В 1949 году жук появился на полях Калининградской области! С началом Холодной войны история получила новый виток. Ответственным за отсутствие стабильности в мире и бескормицу справедливо назначили США. В газетах и журналах колорадского жука называли «диверсантом в мундире», «подарком американских „друзей“» и «биологическим оружием».

Ходили слухи, что США сбрасывают вредителей с самолётов в специальных контейнерах. Школьников целыми классами отправляли на поля собирать колорадских жуков в банки с керосином. Так маленький мексиканец стал не только агрономической, но и идеологической проблемой мирового масштаба.

Источник.