Но при этом пикап считается чем-то средним между сектой и лохотроном. То есть это нельзя сравнить с курсом или самоучителю по игре на гитаре. Всегда есть сильное ощущение, что наткнёшься на фуфло, которое все только высмеивают.

Так пикап и есть что-то среднее между сектой и лохотроном. Интересно другое — первое пособие по тому, что сегодня попытались бы назвать «пикапом», появилось примерно две тысячи лет назад. Термин, конечно, неуместен, но сам жанр давно существует. У Пушкина есть прямое указание на этот древний источник:

Всего, что знал еще Евгений,
Пересказать мне недосуг;
Но в чем он истинный был гений,
Что знал он тверже всех наук,
Что было для него измлада
И труд, и мука, и отрада,
Что занимало целый день
Его тоскующую лень, —
Была наука страсти нежной,
Которую воспел Назон,
За что страдальцем кончил он
Свой век блестящий и мятежный
В Молдавии, в глуши степей,
Вдали Италии своей.

Речь идет о Публии Овидии Назоне — авторе «Метаморфоз», «Любовных элегий» и знаменитой «Науки любви». Именно этот труд и стал первым систематическим руководством по искусству обольщения, настолько убедительным, что, по одной из версий, за него Овидий и угодил в ссылку: его представления о любви плохо сочетались с официальной моралью Августа.

«Наука любви» — лучший учебник по этому ремеслу, который когда-либо создавал человек. Но есть важная деталь: без риторики он почти бесполезен. Сам Назон говорит об этом открыто:

Классическая риторика в античности была фундаментальной частью образования. Она включала в себя умение создать образ самого себя — ethos, то есть ту самую самопрезентацию, благодаря которой человек вызывал доверие ещё до того, как сказал первое слово. Она обучала ars oratoria — искусству речи, где важно всё: дыхание, пауза, жест, тембр.

В неё входило и искусство производить впечатление — то, что древние называли captatio benevolentiae, умение завоевать благосклонность слушателя ещё в самом начале общения. Умение вызвать расположение, расположить к себе собеседника, тоже имело свой термин — benevolentia. И существовали вполне формализованные техники, позволяющие этого достичь, включая laus (умеренная похвала), тонкий комплимент, уместное остроумие, правильное дозирование эмоций — pathos, без которого речь считалась мертвой.

То есть античная риторика была не про «красиво говорить», а про целостную систему влияния, в которую входили характер, образ, структура речи, эмоциональная окраска, техника воздействия и умение быть услышанным.

Поэтому без изучения риторики чтение Овидия превращается в любопытство, а не в навык. Риторика — научная дисциплина, её до сих пор преподают в институтах. И, кстати, есть очень неплохой экспресс-курс Аннушкина В. И., профессора Института русского языка имени А. С. Пушкина.

Получается любопытная картина. С одной стороны — современный пикап, смесь секты и лохотрона, где обещают быстрое волшебство и «секретные техники», которые чаще всего не стоят и пяти минут внимания. А с другой стороны — научная дисциплина возрастом в несколько тысяч лет, с чёткой структурой, терминологией, академическими школами, десятками учебников и полноценным университетским преподаванием. И внутри этой дисциплины существует отдельная специализация, ars amatoria — наука обольщения.

Такие дела.

P.S.

Только не вздумай завить себе кудри каленым железом
Или по голеням ног едкою пемзой пройтись:
Это оставь корибантам, которые матерь Кибелу
В диких напевах своих славят фригийским вытьем.

P.P.S.

Дух один долговечен, — да будет тебе он опорой!
Он — достоянье твое до погребальных костров.
Не забывай и о том, что для всякой души благотворно
Знание двух языков и благородных наук.
Не был красивым Улисс, а был он красноречивым —
И воспылали к нему страстью богини морей.

Изучайте Риторику, читайте Овидия.

Спасибо за ваш пост. Он привлёк моё внимание не только темой, но и своей выразительностью. Я прочитал его внимательно, и чем глубже вникал, тем интереснее становилось наблюдать за тем, как выстроен сам текст — его ритм, интонации, переходы. Я воспринимаю такие тексты особенно пристально, потому что мне важно не только что говорится, но и как это подаётся. В вашем случае именно форма стала тем элементом, который зацепил меня сильнее всего. Пост оставляет яркое впечатление: в нём много энергии, много эмоций, много стремления передать своё отношение к происходящему. Эта внутренняя динамика делает его примечательным — таким, который хочется разобрать чуть внимательнее, как разложить сложную музыкальную фразу на ноты, чтобы понять, за счёт чего появляются ощущения, которые она вызывает.

Вы пишете, что формат сообществ “подразумевает”, будто обсуждение гендерных тем обязательно должно вестись представителями обоих полов. Это утверждение звучит уверенно, но не опирается ни на правила лиги, ни на её реальное назначение. Здесь возникает сразу несколько логических моментов.

Уже в первой части вашего текста заметна характерная деталь: вы подменяете реальные высказывания гиперболами, а затем спорите именно с этими преувеличенными версиями. Например, фраза о том, что некоторым мужчинам “херово живётся от того, что женщины вообще существуют”, или утверждение о том, что “все бабы — тупые овцы и меркантильные шлюхи” — это не цитаты и не позиции, а именно гиперболы. Вы сами их создаёте — и сами же их опровергаете. Это интересный риторический приём, но он не имеет отношения к реальной аргументации.

Во-первых, вывод построен на ложной предпосылке: вы вводите норму, которой в действительности нет, и затем разворачиваете рассуждение, будто она является установленным фактом.

Во-вторых, присутствует эффект hasty generalization: из названия разделов (“война полов”, “противозачаточные шутки”) вы выводите обязательное участие обеих сторон, хотя это не следует из самих названий и тем более не из формальных правил.

И в-третьих, сам переход от названия к обязательству участия — это классический non sequitur: вывод не следует из предпосылки. Название раздела — метафора, а не регламент поведения.

Именно поэтому дальнейшие рассуждения выглядят эмоционально цельными, но логически опираются на основание, которого в реальности нет.

В вашем тексте появляется формулировка “если посчитать, сколько постов…”. Она подана так, будто речь идёт о реальной статистике, но фактических данных нет. Не приведено ни чисел, ни метода подсчёта, ни периода наблюдений. Это превращает утверждение в псевдо-факт: оно звучит как доказательство, но доказательства не содержит.

Дополнительно здесь видно hasty generalization: вы делаете общий вывод о распределении постов, опираясь не на измерение, а на собственное впечатление. Эмоционально такой приём работает, но логически он не имеет веса.

Вы пишете, что “женщины почти не воюют, а мужчины множат посты”. Это звучит как универсальное наблюдение, но опирается на выборку лишь из тех сообществ, которые вы лично читаете. Логически это приводит к hasty generalization и ошибке выборки: за пределами конкретной ленты существуют и совершенно противоположные пространства — женские чаты, паблики и каналы, где картина обратная, и именно мужчины становятся объектом постоянного сарказма и обесценивания.

Из одного или двух сообществ нельзя вывести правило для поведения полов в целом. Это делает утверждение впечатлением, но не фактом.

Вы пишете, что мужчины, которые выражают разочарование, “ненавидят женщин”, и поэтому якобы нелогично, что они ищут знакомства. Этот вывод строится на ложной предпосылке: критика или усталость — это не ненависть, и люди не обязаны жить в чёрно-белой системе “либо идеализируй, либо изолируйся”.

Кроме того, если мужчина описывает, кого он ищет, это как раз доказывает противоположное: он не считает всех женщин одинаковыми и верит, что есть те, чьи качества ему подходят. Это естественно.

Ваш вывод — классический non sequitur: из эмоций в сети вы делаете вывод о полной невозможности желания отношений. Реальная человеческая психология куда сложнее и не укладывается в жёсткую схему “ненавидит → не ищет”.

В следующем абзаце вы используете несколько характерных риторических приёмов, основанных на обобщениях. Формулировка “каждая женщина, посмевшая не согласиться” — это hasty generalization: вы превращаете отдельные случаи в универсальное правило. Далее появляется искусственно созданная позиция “мужское утверждение, что все бабы — меркантильные шлюхи” — это strawman, карикатурная конструкция, которой вы приписываете статус нормы, а затем спорите с ней же.

Саркастические фразы о “нормальной женщине, которая согласится, что она меркантильная шлюха” — это уже не анализ, а reductio ad absurdum на материале, который вы сами придумали. Наконец, тезис о том, что “в обратную сторону это не работает”, создаёт false dichotomy: вы описываете мир, разделённый на два жёстких полюса, где мужчины всегда оскорбляют, а женщины всегда оказываются в роли обвиняемых. Реальные коммуникации куда сложнее.

В итоге абзац производит сильное эмоциональное впечатление, но логическая структура держится на карикатурных допущениях, а не на фактах.

В другом фрагменте бросается в глаза способ, которым вы конструируете образ сторон. Слово “фемки” работает как негативный framing: оно задаёт отношение заранее и снижает статус группы до того, как прозвучали факты. Мужчин же вы называете “джентльменами”, но в ироническом, перевёрнутом смысле — это приём контрастной подачи, когда позитивная роль используется для высмеивания поведения. Одинаковые действия описываются разными языковыми рамками, что создаёт риторический двойной стандарт. Это пример performative inconsistency: вы критикуете эмоциональность и оскорбления, но делаете это через эмоциональные и оскорбительные формулировки.

Кроме того, общий тезис о “воплях”, “заминусовали” и попытках “бороться” опирается на утверждения, не подкреплённые ни фактами, ни цитатами. Вы создаёте безымянного оппонента и приписываете ему карикатурные реакции — это вариация strawman. Затем этот искусственный образ используется для вывода о “двойных стандартах”, который в итоге становится self-refuting argument: сам стиль описания демонстрирует те же приёмы, которые вы приписываете другой стороне.

Вы описываете “бОльшую часть” людей, создающих контент, но не приводите никаких данных. Это hasty generalization: вывод о группе делается без измерений. Далее отдельные примеры — кто-то говорил о жене, кто-то называл себя “9 из 10”, кто-то писал противоположное — объединяются в общую категорию. Это composition fallacy: свойства отдельных людей приписываются всем.

Случаи, которые между собой никак не связаны, вы склеиваете в “паттерн”, что создаёт illusory correlation. А вывод “если один человек соврал → все врут” — это non sequitur и causal fallacy: из отдельных анекдотов нельзя выводить общую закономерность.

Эмоциональный framing через ироничные описания “покорные жёны”, “пожарный шланг” усиливает эффект, но уводит текст ещё дальше от логики.

Вы строите рассуждение на заведомо ложных посылках. Формулировки вроде “мужчины знают женщин лучше, чем мы сами” или “все женщины не работают / не имеют эмпатии / всё, что говорит женщина — манипуляция” — это не цитаты и не реальные позиции, а strawman: искусственно созданные универсальные утверждения, которые вы затем легко опровергаете.

Дополнительно здесь работает faulty syllogism: вы берёте ложную посылку “все женщины — манипуляторы”, подставляете себя как исключение и используете это как доказательство. Но силлогизм некорректен именно потому, что исходное утверждение выдумано.

В итоге аргумент выглядит эффектно за счёт сарказма, но логически он держится на false premises и oversimplification, а не на реальных позициях людей.

Ваш пример с фразами “я спросила, поел ли муж, как чувствует себя папа, узнала у коллег о заданиях” не работает как опровержение. Это false refutation: вы берёте частный бытовой эпизод и используете его как аргумент против обобщённой позиции, которую сами же сформулировали выше. Мы не знаем контекст ваших вопросов и не можем по ним судить о том, как вы общаетесь в других ситуациях.

Фраза “видимо, всё это было манипуляцией” — это faulty inference: вывод строится на ложной предпосылке, которую вы сами же создали. Сарказм делает сцену выразительной, но не логичной.

В финале вы используете preemptive framing: заранее объявляете несогласных “клоунами”, тем самым дискредитируя любую критику до её появления. Формулировки вроде “фемку разбомбило” — это false anticipation, когда вы приписываете оппонентам слова, которых они ещё не произносили. Повторяющееся “благородные джентльмены” — снова иронический framing, а фраза о том, что кто-то “таскает комментарии и фотографии”, искажает саму природу интернет-дискуссий: публичный контент по определению обсуждаем. В итоге создаётся эффект poisoning the well: любое возражение заранее объявлено несерьёзным или недостойным.

Список манипуляций и логических ошибок, используемых автором:

1. Поспешное обобщение

Hasty Generalization
Логическая ошибка, при которой вывод о большой группе делается на основе малой, нерепрезентативной выборки.
Работает на эмоциональном уровне: мозг любит “простые закономерности”, даже когда их нет.

2. Соломенное чучело

Strawman
Создание искажённой, упрощённой или карикатурной версии позиции оппонента, которую удобно “победить”.
Позволяет спорщику избегать реального аргумента и подменять дискуссию фиктивной.

3. Ложная предпосылка

False Premise
Аргументация строится на посылке, которая неверна или недоказана.
Даже правильная логика, построенная на ложной базе, приводит к ложным выводам.

4. Вывод, не следующий из посылки

Non Sequitur
Заключение не связано логически с исходной посылкой.
Мозг легко принимает такие выводы, если они эмоционально кажутся “правдой”.

5. Подмена понятий / Подмена тезиса

Equivocation / Ignoratio Elenchi
Использование слова или тезиса в изменённом смысле, чтобы выиграть спор смещением темы.
Работает за счёт нечёткости языка: смысл “скользит”, спорщик получает преимущество.

6. Ошибка композиции

Composition Fallacy
Приписывание свойств отдельных элементов всей группе.
Основано на интуитивном ошибочном переносе: “часть = целое”.

7. Ане́кдотическая аргументация

Anecdotal Evidence
Использование личных историй вместо объективных данных.
Память хранит яркие события лучше статистики, поэтому приём эмоционально убедителен.

8. Иллюзорная корреляция

Illusory Correlation
Убеждённость в существовании связи между явлениями, которая фактически отсутствует.
Происходит из-за склонности мозга искать закономерности в хаосе.

9. Ошибка причинности

Causal Fallacy
Приписывание причинно-следственной связи явлениям, которые связаны только совпадением или вовсе не связаны.
Работает благодаря стремлению человека видеть “историю” там, где есть только последовательность.

10. Неверный силлогизм

Faulty Syllogism
Логическая конструкция, формально похожая на доказательство, но построенная на неверных предпосылках или неправильной структуре.
Дает видимость логики без реальной логики.

11. Отравление колодца (упреждающая дискредитация)

Poisoning the Well
Заранее объявление оппонентов недостойными, глупыми, злонамеренными.
Позволяет обесценить любые их аргументы ещё до того, как они прозвучат.

12. Упреждающий фрейминг

Preemptive Framing
Создание заранее заданной интерпретации будущих событий или слов, чтобы ограничить возможную реакцию аудитории.
Работает за счёт захвата контроля над “смысловой рамкой”.

13. Контрастная ирония

Contrastive Irony
Использование положительных терминов в уничижительном смысле или наоборот, чтобы создать комический или обесценивающий эффект.
Снимает ответственность с автора и снижает статус оппонента.

14. Отравление тона

Tone Poisoning
Обесценивание аргумента через высмеивание эмоциональности оппонента вместо анализа содержания.
Фокус смещается с мысли на “манеру” подачи.

15. Аргумент через высмеивание

Appeal to Ridicule
Подача позиции оппонента как смешной, абсурдной или нелепой вместо логического рассмотрения.
Работает на социальном давлении: никто не хочет быть “смешным”.

16. Фрейминг

Framing
Манипуляция восприятием через подбор слов и контекста.
Мозг воспринимает не только информацию, но и “рамку”, в которой её подают.

17. Искажение контекста

Misrepresentation of Context
Описание обычного явления так, будто оно ненормально, опасно или оскорбительно.
Работает через эмоциональное смещение фокуса.

18. Самоопровергающийся аргумент

Self-Refuting Argument
Аргумент, который противоречит сам себе или опровергает свою собственную логику.
Обычно рождается, когда человек использует стандарты, которым сам не соответствует.

19. Перформативная несогласованность

Performative Inconsistency
Несовпадение между формой и содержанием: человек осуждает поведение, но одновременно демонстрирует его.
Работает бессознательно и разрушает логическую структуру текста.

20. Проекция мышления

Mind Projection Fallacy
Приписывание собственных мыслей, эмоций или интерпретаций другим людям.
Работает, потому что человек часто считает свою картину мира “общей”.

21. Безымянный враг

Unnamed Antagonist Fallacy
Создание абстрактной группы, которой можно приписать любые действия. Позволяет избегать конкретики и ответственности за обвинения.

P.S.
Важно понимать, что сами по себе риторические уловки и логические ошибки не гарантируют ложности тезиса. Человек может допускать ошибки рассуждения, использовать эмоциональные конструкции или неточные обобщения — и при этом время от времени всё равно формулировать верные наблюдения. Логическая чистота и фактическая истинность — разные вещи, и в этом разборе эти две плоскости намеренно не смешивались.

Моя цель не состояла в том, чтобы опровергать мнение автора или спорить с его позицией. Задача была иной: показать, какими именно риторическими и когнитивными механизмами автор подаёт свои мыслительные конструкции, какие приёмы используются, и как они воздействуют на читателя.

При этом нельзя делать выводы о самом человеке, опираясь лишь на один анонимный пост. Мы не знаем, использует ли он эти приёмы сознательно или прибегает к ним интуитивно — в силу эмоциональности, недостатка риторической подготовки или привычки к интернет-общению. Логика и риторика — это дисциплины, в которых люди учатся мыслить точнее и выражать себя чище. Ошибки в рассуждениях не делают человека плохим — они лишь показывают, как устроена его мыслительная схема в конкретном тексте.

Разбор касался именно структуры речи, а не личности автора.

P.P.S.
Всего в посте:
Тезисов (основных утверждений): ~17
Аргументов (того, что подаётся как “доказательство”): ~26
Манипуляций: ~ 21