В 1964 году в альманахе "Библиотека Научной фантастики", выпускавшемся издательством "Знание", вышел небольшой рассказ писателя-фантаста Севера Гансовского "День гнева".

Впоследствии "День гнева" неоднократно переиздавался как в альманахах, так и в авторских сборниках Севера Гансовского. Рассказ получил и международную известность: он переведен на английский, немецкий, испанский, итальянский, японский и многие другие языки мира.

Сюжет.

Позволю себе вкратце пересказать сюжет и рассказа и, с некоторыми натяжками, фильма. В результате генетического эксперимента в секретной лаборатории гениального ученого Фидлера образуется новый вид живых существ - отарки. Это гибрид человека и медведя. Существа, наделенные разумом, но унаследовавшие силу и агрессивность косматых хищников. Отарки убивают лаборантов, вырываются на свободу и начинают жить в пределах так называемой "зоны-заповедника". Правительство, опасаясь беспорядков, закрывает глаза на произошедшее. Живущие в "зоне-заповеднике" фермеры и крестьяне оказываются брошенными на произвол судьбы. Они вынуждены как-то приспосабливаться: многие подчиняются грубой и наглой силе, начинают служить отаркам, становятся их "шестерками". Достаются новым "хозяевам жизни" и местные женщины - дочери фермеров, бывшие лаборантки.

Марьяна Полтева в фильме "День гнева". Кадр из фильма.

Главный герой рассказа - журналист столичной газеты Бетли. Он отправляется в "заповедник", чтобы написать о том, как живут люди рядом с отарками.

Сопровождать журналиста согласился лесничий Меллер - угрюмый, нелюдимый охотник, настоящий бирюк. Мужчины отправляются в лесную глухомань, где их ждет самое страшное испытание в жизни.

Первый советский фантастический фильм ужасов.

Рассказ Гансовского - это рассказ-предупреждение. Писатель указывает на опасность бесконтрольных научных изысканий, на то, что, ослепленные самой возможностью великого открытия, ученые зачастую не осознают последствий.

В 1984 году "День гнева" прочитал режиссер Суламбек Мамилов. Рассказ потряс кинематографиста, и тот загорелся идеей снять по этому произведению фильм.

На Центральной киностудии детских и юношеских фильмов им. М. Горького проект режиссера одобрили, и в 1985 году на советские экраны вышла экранизация рассказа Севера Гансовского, которая стала первым советским фантастическим фильмом ужасов. В 1986 году фильм был показан за границей и удостоился приза Международного кинофестиваля в Порто.

Сюжет фильма, в целом, соответствует первоисточнику. Мамилову удалось собрать по-настоящему звездную актерскую команду: журналиста Бетли играет Юозас Будрайтис, лесника Меллера - Алексей Петренко, Фидлера - Анатолий Иванов. Также в фильме задействованы Евгений Дворжецкий, Светлана Светличная, Павел Махотин.

"День гнева" - жуткое, тягучее, мрачное кино, которое даст 100 очков вперед многим голливудским "ужастикам". Фильм без спецэффектов и грима держит в напряжении и с годами не растерял своего мрачного очарования.

День гнева", снятый по блестящему рассказу выдающегося советского писателя-фантаста Севера Гансовского - это грозное и не теряющее своей актуальности предупреждение о том, что не всякий, кто разговаривает, является человеком.

источник

Приоткрываются ворога, выпуская из парка капитана Даоиса, который в сильном гневе большими прыжками подскакивает к Вильямилю и его людям. Он выбежал без шляпы и при своем росточке, несмотря на эполеты, синий мундир, саблю и высокие сапоги, не сильно бы устрашил добровольцев, если бы не решительность, сквозящая во всем его облике, и не яростный взгляд, пронзающий ослушников.

— Еще раз нарушите приказ — всех выгоню вон! Слышите?! Или будете соблюдать дисциплину, или убирайтесь отсюда по домам!

Вильямиль пытается робко оправдываться: они, мол, хотели только помочь… как увидали французов, подумали, что надо бы присоединиться к тем, кто открыл по врагу огонь…

— Французами занимаются — и получше вашего! — капитан Гойкоэчеа и волонтеры короны! — обрывает его Даоис. — Здесь у каждого — свое место, свое дело. Вам сказано было — сидеть в монастырском саду, носу оттуда не показывать, покуда мы не выкатим пушки. Так ведь приказал вам капитан Веларде?

— Да, но мы ж прогнали французов. Они удрали как зайцы. Больше не сунутся!

— Это был всего лишь полевой караул. Сунутся, поверьте мне. И в следующий раз отогнать их будет уже не так просто. Патроны остались?

— Малость есть.

— Так вот, не тратьте без толку! Каждый заряд у нас на вес золота. Ясно? А теперь — марш все по местам!

— Слушаю, сеньор офицер.

— Вот именно. Слушать! Исполнять! Посмотрим, как это у вас получится.

С балкона на первом этаже дома напротив юный Франсиско Уэртас де Вальехо следит за беседой артиллериста и Вильямиля. Сидя на полу, спиной к стене, с мушкетом между колен, он испытывает неведомое до сих пор чувство, похожее на беспричинное ликование. В недавней стычке он истратил два из двадцати патронов, которыми набиты его карманы, и сейчас подносит к губам третий стаканчик анисовой от щедрот дона Курро. Чтоб отпраздновать боевое крещение, объясняет он себе.

— Прав, прав этот капитан, — философически замечает дон Курро, усердно дымя окурком «гаваны». — Без дисциплины наша Испания давно бы уже была в глубочайшей заднице.