Серия «Тибетский Буддизм»

Карма – это не судьба. Это не участь. Сейчас модно говорить: «Такова моя карма», имея в виду: «Я с этим ничего не могу поделать». Такое понимание совершенно неверно. Мы рождаемся с определённым побуждениям и наклонностями, вкусами и качествами. Это очевидно. Однако наши агрессивные побуждения необязательно ведут к убийству. Наша инстинктивная доброта не обязательно ведёт нас к безграничному состраданию. Созревание любого инстинкта, подобно созреванию зерна, зависит от обстоятельств и условий.

Однако ответственность за использование наилучшим образом того, что у нас есть, того, с чем мы рождены, по-прежнему лежит на нас: мы должны взять происходящее под контроль и направлять свои действия. Карма влияет на повседневные ситуации, в которых мы оказываемся. Она влияет на нашу семейную обстановку, на то, какой работой мы занимаемся, и на нашу финансовую ситуацию. Она формирует наши аппетиты и поведение. Она увеличивает или уменьшает наши возможности. Карма – это не пожизненный приговор. Скорее, это склонность, с которой мы можем работать и которую можем изменить. Она не непреложна.

🍀 Йонге Мингьюр Ринпоче «Превращая заблуждение в ясность. Руководство по основополагающим практикам тибетского буддизма»

На этих изображениях не просто красивые портреты, а
визуальный язык культуры, в котором каждая деталь имеет значение.

У тибетянок и женщин гималайских регионов причёска и головной убор - это социальный код. По ним можно было понять:

• из какого региона женщина
• замужем она или нет
• её возраст
• статус семьи
• иногда и религиозную принадлежность

Например, массивные украшения с бирюзой, кораллами и серебром, это не просто декор. Это одновременно:

• обереги
• показатель благосостояния
• «переносимое имущество»
• и связь с землёй и родом

Некоторые головные уборы настолько сложны, что их надевали только по особым случаям: праздники, свадьбы, ритуалы.
А причёски могли формироваться годами, буквально «нарастая» вместе с жизненным опытом женщины.

Интересно, что в горных регионах украшения часто делали максимально крупными и заметными. На фоне суровой природы человек как будто утверждал своё присутствие и свою идентичность.

Сегодня многие из этих образов можно увидеть только на иллюстрациях, старых фотографиях или во время традиционных фестивалей.
Но в них до сих пор читается уважение к корням, телу, возрасту и роли женщины, без попытки «исправить» или упростить её под моду.

Пусть у всеx существ будет счастье и причина для счастья!🐈

Я, с одной стороны, не следую конкретному религиозному учению, а с другой – цитирую Будду Шакьямуни.

Слова Будды Шакьямуни – не религия, поскольку они апеллируют к знанию, лежащему за пределами религии. В нашей повседневной жизни мы прибегаем к двойственным воззрениям, и потому, так или иначе, приходится пользоваться ограниченными категориями.

Но, так или иначе, я стараюсь научить пониманию вещей, лежащих за пределами двойственности. Именно поэтому я цитирую Будду Шакьямуни, чьи высказывания не обусловлены двойственностью.

Будда Шакьямуни не говорил о буддизме или школе, все эти ограничения возникли гораздо позже. Серьезное духовное учение предполагает настоящее знание, необходимое для понимания настоящей сути, а не организацию школ, традиций или религий.

Именно поэтому я не ограничиваю учение Дзогчен рамками религии или политики (культуры).То, чему я учу, равно как и то, что я практикую, находится за пределами подобных ограничений.

Чогьял Намкай Норбу Ринпоче