Представьте себе картину:
Пединститут, в группе на 30 девок - хорошо, если один парень. А то и ни одного. Женское царство во всей своей красе.
Каждая группа наполовину состоит из приезжих девчонок, которые наконец-то вырвались из родимого села Усть-Пердющенское и опеки строгих родителей, да попали в Большой Город, где "можно все". Запреты сняты, устои порушены, ты теперь взрослая, и за тобой никто не смотрит.
"18 мне уже", ага...
И вот в кои-то веки судьба-злодейка занесла туда не какого-нибудь ботаника, а реально симпатичного паренька. Красавчик сладенький, на Данилу Козловского в молодости похож.
Шо началося - мама миа! Девки с ног сбилися, табунами за ним бегали с матрасем, всем хочется урвать кусочек комиссарского тела простого женского счастья, а ежели этот остолоп вздумал какой-нибудь из них хранить верность дольше чем две недели, то и на него, и на нее - все остальные смотрели, как на врага народа. И чуть ли не открытым текстом говорили - "Не, ну ты совесть-то имей! Не тебе ж одной такое счастье...Мы тоже хотим, поделиться треба! Сколько можно? Попользовалась и хватит! И ты тоже, герой-любовник, давай того...не задерживай очередь! У нас график!!!"
На втором семестре очередь на него стали занимать не только с паралельных групп, но и с других курсов (старшекурсницы). Они и раньше пытались, но там стена из сокурсниц красавчика была готова встать грудью на амбразуру и лечь костьми за свое родное, кровное право первой ночи. Дескать, куда прёшь, сцуко, понабежали тута пришлые, здесь своим не хватаем, ищо местные не все обслужены, а оне вона чего удумали - прут без очереди, локтями пихаются, ни стыда, ни совести!!!
К третьему курсу он и правда перешел на преподавательниц - по крайней мере, двоих самых молоденьких оприходовал.
А что было дальше - я не знаю, т.к. выпустился (на год старше его был). Так что пусть каждый дофантазирует в меру своей испорченности. Но когда спустя несколько лет приезжал я на встречу выпускников (и выпускниц) - о нем там еще помнили, легенды слагали и томно вздыхали. Так и хочется процитировать Маяковского:
Я в педухе живу, как денди.
Женщин имею до ста.
Мой член, как сюжет в легенде,
Переходит из уст в уста.
