Однако пересматривая этот эпизод спустя много лет после того, как впервые его увидел, я вдруг невольно почувствовал какую-то неуловимую фальшь. Что-то было не так с этой трагической гибелью опекунов. Что-то не сходилось.

Пришлось пересматривать начало фильма заново. И вдруг в какой-то момент картинка сложилась. Только совсем не та, которую пытается подсунуть зрителю режиссёр Джордж Лукас.

Для начала – первый вопрос: кто убил опекунов Люка Скайуокера?

Ответ, который подсовывает нам (и Люку) Джордж Лукас: имперские штурмовики, разумеется. В отместку за то, что те купили двух дроидов – C3PO и R2D2. Понятия не имея, что тех разыскивают штурмовики (ну в самом деле, купить двух дроидов для хозяйственных нужд – неслыханное злодеяние!)

Ладно, допустим.

Второй вопрос: зачем штурмовики так жестоко расправились с опекунами? Не просто убили, а буквально превратили в два обугленных, дымящихся скелета (кстати, интересно, как они вообще это сделали – они что, опекнуов лазером из бластеров полчаса плавили до полного скелетирования?), да ещё и на улицу зачем-то вытащили? Это что – предупреждение жителям Татуина «вот что будет с теми, кто покупает дроидов неизвестного происхождения у джавайцев»?

Для поиска ответов на эти два вопроса разберём поподробнее, так сказать, расстановку фигур на шахматной доске.

Во-первых, отметим тот немаловажный (я бы сказал – ключевой!) факт, что опекуны Люка – не просто какие-то там случайные фермеры: они доверенные люди джедаев. Оби-Ван Кеноби не стал бы поручать судьбу сына Энекина Скайуокера кому попало. И даже не столько потому, что тот – беззащитный ребёнок, но главным образом, потому что тот с высокой долей вероятности унаследовал от своего биологического отца врождённые способности взаимодействия с Силой, а стало быть, Люк – будущее оружие в борьбе с Галактической Империей. Оружие, про существование которого не знают ни Дарт Вейдер, ни император Палпатин.

Идём дальше. Из диалога с отчимом нам становится известно, что Люк собирается поступать в Имперскую Лётную Академию – другими словами, парень заскучал и готов к приключениям. То есть плод созрел, пора начать действовать, пока не свернул в неправильном направлении. Надо полагать, в качестве курсанта Академии Люк обеспечил бы отчиму, изображающему из себя добропорядочного фермера, весьма неплохие дивиденды: как минимум – прочную репутацию лояльного к властям татуинца, а в перспективе – возможно, и куда более материальные блага. Что же делает отчим? Начинает уговаривать Люка, мол, посиди на ферме ещё сезон, деньжат срубим, а дальше видно будет. Видимо, репутация добропорядочного фермера отчиму не очень интересна – его волнует нечто куда более важное.

Не помешает обратить внимание на то, как ведёт себя в этом диалоге мачеха: вместо того, чтобы умоляюще глядеть на Люка («отчим дело говорит, сынок, ну послушай его!»), она острым взглядом впивается в своего мужа. Чтобы мгновенно перехватить инициативу в диалоге, если тот вдруг сфальшивит (а основавния опасаться у неё есть: стоит лишь обратить внимание, как часто тот моргает, уговаривая Люка обождать). И лишь по окончании его тирады наконец-то переводит взгляд на пасынка (кстати говоря, обратите внимание на крайне характерную, и весьма вероятно, тщательнейшим образом подобранную внешность актрисы – и нас всерьёз хотят убедить, что это жена фермера на пустынной планете? полно, да это либо жена Эркюля Пуаро, либо мисс Марпл, за секунду до разоблачения убийцы-дворецкого!).

Но в целом отчим не сплоховал, не сфальшивил: парню ставят препоны на пути к приключениям, тетива натянута. Близится наступление развязки в воспитании Люка.

И эта развязка берёт своё начало не при обнаружении Люком погибших опекунов. Она начинается гораздо раньше – с покупки дроидов. С которыми всё обстоит очень интересным образом.

По версии, которую подсовывает зрителю Джордж Лукас, принцесса Лея, попав в плен к имперцам, отправляет дроидов, предварительно снабдив их голограммой для Оби-Ван Кеноби с призывом о помощи. Который ни сном ни духом о постигшей Лею беде.

Серьёзно?!

Если повстанцы, включая Оби-Ван Кеноби – не полные идиоты (а дальнейшие события показывают, что они не полные идиоты), и Оби-Ван ко всему прочему вовсе не дряхлый затворник, в роли которого пытается выступать, а мечтающий об оглушительном реванше джедай – то оба ребёнка Дарта Вейдера должны были быть бессрочно взяты под жесточайший контроль, с регулярным оповещением Оби-Вана о том, что с ними всё в порядке. А стало быть, о пленении принцессы Леи Оби-Ван узнал бы максимум в течение недели (если не ближайших суток), а через две недели поставил бы на уши всех повстанцев, какие имелись у него в распоряжении. Но он сидит в каньоне, курит бамбук и ухом не шевелит. Это может означать только одно: и пленение Леи, и отправка ею дроидов – часть какого-то сложного плана, разработанного повстанцами. Не спорю, Лея понимала, что попадёт не в санаторий – но на кону столь масштабные ставки, что ради этого можно и потерпеть немного.

Разумеется, и отчим и его жена принимают самое активное участие в реализации этого плана. Правда, при покупке дроидов отчим допускает весьма грубый прокол: сначала опрометчиво заявляет, что дроид R2D2 с синей окраской на колпаке ему нафиг не упёрся, а нужен дроид с красной окраской, затем беседует с C3PO, не обнаруживает в этой беседе ни малейшеих намёков на функционал, пригодный для практической работы на ферме, после чего в отчаянии цепляется за языковые способности дроида (ведь рядом стоят джавайцы и слышат беседу – а вдруг упомянут кому, что фермер непонятно зачем купил для работы на ферме дроида-переводчика?), и сразу же после этого сообщает джавайцам, что покупает C3PO и R2D2... с синим окрасом на колпаке. Вот что значит, ненадолго остался без надзора жены. По счастью, обошлось – Люк прокола не заметил и покупка дроидов прошла успешно.

Далее Люк обнаруживает и сообщает опекунам, что купленные у джавайцев дроиды принадлежат Оби-Ван Кеноби. Если он, по словам отчима, всего лишь старый чудак, который, скорее всего, давно уже умер – опекуны просто пожали бы плечами и сказали бы в адрес усопшего Кеноби что-то вроде «были ваши – стали наши». Но мы видим, как опекуны обмениваются между собой острыми взглядами: игра началась.

Ведёт игру по-прежнему отчим, и ведёт в целом грамотно: сначала ни к селу ни к городу упоминает про отца Люка, а когда тот спрашивает, знал ли Оби-Ван его отца – отвечает «Забудь» (о да, разумеется, самый грамотный ответ, чтобы интерес подростка мгновенно угас, ага). Всё, вот теперь тетива натянута до предела.

Остаётся лишь организовать финальную сцену. После встречи с Оби-Ваном Люк возвращается на ферму и видит два обугленных скелета рядом с дымящимся домом. Что тут сказать? Грубовато, конечно, но для подростка – вполне сойдёт. Не станет же он задумываться о том, зачем имперские штурмовики (почти наверняка избегающие широкого афиширования спецоперации по поиску сбежавших дроидов) ни с того ни с сего превратили родной дом Люка в подобие горящей нефтяной скважины, дым от которой виден за многие километры, или о том, почему штурмовики просто не застрелили его опекунов и убрались восвояси.

Логичный вопрос: ну хорошо, ну убили штурмовики опекунов, ну сожгли дом, ну вот такие отморозки пришли с вопросами о купленных дроидах, бывает – но зачем нужны не просто два трупа, а дымящиеся, обугленные скелеты?

Очевидный ответ: чтобы невозможно было (и не появилось намерения) опознать опекунов и распознать чистой воды бутафорию. Чтобы было максимально мерзко и отвратительно для Люка. Чтобы не вздумал подойти поближе и воскликнуть что-нибудь вроде «Стоп, да это же не мой дядя! У него же было обручальное кольцо на пальце (золотые коронки на зубах, сломанная нога и пр.), а тут ничего подобного нет!» Чтобы Люка больше ничего не удерживало на Татуине. И далеко не в последнюю очередь – чтобы парень максимально проникся ненавистью к Империи (спойлер: ещё как проникся!).

Надо признать, весь этот спектакль имел оглушительный успех: свои роли опекуны отыграли неплохо, а финальная сцена и реквизит блистательно завершили представление – ведь Люк мог бы сказать Оби-Вану что-нибудь вроде «я тут, пожалуй, останусь, похороню опекунов, попробую восстановить ферму», нужно было во чтобы то ни стало исключить подобный вариант, и это блестяще удалось.

Жестоко? Ну а что поделать – на кону судьба Республики, не до сантиментов. Квай-Гон, помнится, тоже не страдал особой сентиментальностью – не мудрствуя лукаво выдал матери паренька, что взялся помочь королеве Амидале выбраться с Татуина: «у меня нет задачи освобождать рабов».

Стоп, скажете вы, но опекуны же в отсутствие Люка то и дело произносят фразы, которые могут произносить лишь простодушные колхозники, не принимающие участия ни в каких интригах?

Произносят. И правильно делают. Похожий эпизод есть в сериале «Мир Дикого Запада», когда Тереза как бы невзначай спрашивает Бернарда, мол, это ты сейчас свою роль отыгрываешь? Вот и опекуны точно так же: они ведут сложную игру, и значит, им нельзя забывать, какие роли они играют в затеянном Оби-Ваном спектакле, им нельзя расслабляться, даже если Люка рядом нет, а и значит, им нужно поддерживать свой тонус вот такими наивными фразами, как бы напоминая друг другу: «мы всего лишь наивные, простодушные крестьяне» – даже тогда, когда в этом нет острой необходимости. А уж после прокола отчима при покупке дроидов это и вовсе нелишне: мало ли что, а вдруг пацан заметил прокол, начал что-то подозревать, спрятался поблизости и подслушивает? Так, неровен час, весь спектакль насмарку пойти может.

Конспирология? Ну что же, предложите своё объяснение. И попробуйте опровергнуть моё. А там посмотрим.

P. S. Написано автором собственноручно, вручную, без использования ИИ, и честно стырено с собственного блога.

Нееееет!