Мари Кондо и ее «Магическая уборка» не работает или «Как мы с мамой гардероб разбирали»
Пришла беда откуда не ждали: сегодня мы с мамой разбирали гардероб.
У меня был план: выкинуть всё лишнее, освободить полки для нового и начать жизнь с чистого листа. Ой, только не свистите мне, что вы так не делаете😅
Мама подошла к вопросу с другой стороны. Она не разбирала гардероб, она его спасала.
У мамы не шкаф, а Нарния: я не понимаю, как в таком ограниченном пространстве помещается неограниченное количество вещей. Тут и мамины блузки-юбки-платья, и папины костюмы, включая выпускной костюм с института, он же свадебный костюм и он же деловой костюм, которым он был до тех пор, пока папа в него влезал. Здесь же костюм для рыбалки с болотными сапогами. Вот спросите, сколько раз папа был на рыбалке? Я отвечу: ноль! И, конечно же, мои вещи, которые я не забрала при переезде.
Всё как в музее: смотреть можно, трогать нельзя. Где-то заплакала Мари Кондо и ее «Магическая уборка».
Вот я вытягиваю, как фокусник, череду футболок. МОИХ! Им 10+ лет, они видели жизнь во всех её проявлениях: от читинской дискотеки с коктейлями из категории «Дёшево и сердито» до недели гриппа, когда сопля тонкой струйкой текла прям на надпись «young and beautiful» на груди.
— Это точно в мусор!
— Это на дачу!
— Мам, у нас нет дачи!
— Значит, будет. Не спорь!
За футболками лежали салатовый и точно такой же фиолетовый синтюшные свитерочки с люрексом, которые мама привезла из Прибалтики в 80-е годы. «Это уже винтаж! Не трожь!». Слава богу, мне боженька дал хороший вкус, я очень тонко чувствую цвета, оттенки.
И шедевр параллельного импорта отправился обратно в шкаф. У Кондо случился инфаркт.
Потом я вытащила какие-то джинсы, которые держались на честном слове и моей юности. Помните эту модель, когда одно неловкое движение и вульва наружу?
— Мам, это выбросить!
— Они хорошие!
— Мам, там молния сломана!
— Сдашь в ателье!
— Я их не носила двадцать лет. Я в них даже не влезу!
— Значит, похудеешь!
А я уже похудела! Но себя 14-летнюю мне уже не догнать!
У мамы на любую вещь есть три ответа: «похудеешь», «на дачу», «еще полежит». На этом строится вся её система хранения.
Давай по новой, Кондо, все хуйня.
Потом я докопалась до глубины шкафа. Анналы истории, шмоточный палеолит, там вещи лежат не потому что нужны, а потому что про них тупо забыли.
И я нахожу… норковую шубу! В 11-м классе я ходила в норке «автоледи». Это такой полупердянчик с капюшоном. Голова в тепле, зато жопа на морозе, но кого это волнует? Ей уже ничего не страшно, ведь на ней те самые джинсы, спущенные по самое «не балуйся». Придатки каждый день пишут заявление на увольнение, буквально ходят по грани.
Я смотрю на шубу, шуба смотрит на меня, попа сжалась «Только не это!»
— Всё. Это точно выбросить!
Мама на секунду побледнела, потом покраснела, потом взвизгнула:
— Ты вообще в своём уме?
— Мам, ну это уже не носят!
— И что? Это норка!
— Мам, она из 11 класса!
— Да хоть из 5-го!!!
В жарких спорах о культуре оторвали хуй скульптуре
Не шуба, а семейная реликвия, получается. Передам внукам по наследству. Внуки, извините(сь)!
Я попыталась продвинуться дальше в этом музее капитал-шоу «Поле чудес». Хотя, казалось бы, глубже слоя норки уже только ядро земли.
Нашла свою старую, тяжёлую куртку с мехом. А вот и из пятого класса шмоточка, как заказывали!
Потом я наткнулась на варежки в стиле «рашн гел» из девятого класса. С блестками и стразами! Когда красиво тогда красиво. Ностальгия в глаз попала и олдскулы свело, но выкинуть их конечно же нельзя.
— Мам, зачем ты всё это хранишь?
— Потому что пригодится!
— Когда?
— Всегда! Мода циклична, ты что, не знала?
Мари Кондо махнула рукой: «Делайте, что хотите, блять!»
— Таааак, что тут у нас еще… Это нет, это оставляем, здесь пятнышко пятновыводителем уберем и будет как новенькая!
Мы как будто делили совместно нажитое при разводе. Только мама-то хотела оставить своё при себе, а моя задача была устроить бомжам вечеринку в стиле «Перестройка».
Мама прохавала жизнь в 90-е, мама точно знает, что лучше прослыть куркулём, чем остаться с голой жопой.
И речь не про те самые джинсы.
Так и перелопатили весь шкаф. Я выкидываю — мама вытаскивает. Я говорю «мусор» — мама говорит «на дачу». Я кричу «мне не надо!» — мама кричит «потом спасибо скажешь!».
Мама кричала громко, я старалась не уступать. Папа, который пришел на шум, стал кричать на нас, потому что «хватит орать!».
Кот тоже орал, чтобы не отставать от семьи и ещё потому что может.
В итоге мы договорились так:
я выкинула ровно три вещи. ТРИ. И все папины. Бомжи, простите, вечеринки не будет.
Но зато мы провели время вместе. Семейная терапия, теплый домашний вечер, все дела.
