<<< Часть 6: Вертикаль над водой

Дрейфуя по «Ленивой реке», Аня вдруг увидела её. Эта конструкция возвышалась над всем парком, словно инопланетный обелиск. Узкая, почти вертикальная прозрачная труба, которая начиналась не с привычного желоба, а с закрытой капсулы, похожей на ракету или… на вертикальный саркофаг.

— Смотрите, — Аня указала рукой на вершину. — Вот оно. — «Камикадзе»? — прищурился Антон. — Там дно уходит из-под ног. — Именно, — прошептала Аня. — Ты заходишь, закрывается дверь. Ты стоишь на прозрачном люке. Тебе не за что держаться. Вообще. Руки крест-накрест на груди. И всё зависит от оператора. Он нажимает кнопку — люк открывается, и ты просто падаешь в пустоту.

В её голосе звучала странная смесь ужаса и завороженности. Это была та самая грань. Абсолютная. Там, на скалодроме, ты сам решаешь, когда разжать пальцы. Здесь решение принимают за тебя. Ты добровольно отдаешь контроль над своим телом механизму и гравитации.

— Пошли, — неожиданно твердо сказал Антон. — Мы должны это сделать.

Подъем был долгим. С каждым пролетом лестницы голоса внизу становились тише, а ветер — сильнее. Когда они добрались до верхней площадки, у Лены закружилась голова. Она подошла к краю, посмотрела на тонкую трубу, уходящую отвесно вниз, и побледнела.

— Нет, ребята, — она покачала головой, отступая назад. — Это уже не про удовольствие. Это про самоубийство, пусть и безопасное. Я подожду вас внизу. Мое сердце такого не выдержит.

— Я пойду, — сказал Антон. Ему было страшно, Аня видела это по тому, как напряглись желваки на его скулах, но он шагнул к инструктору.

Инструктор, скучающий парень, жестом пригласил его в капсулу. Антон вошел. Встал на прозрачный люк. Скрестил руки на груди, как покойник или фараон. Стекло закрылось, отрезая его от мира звуков. Аня видела его глаза — расширенные, смотрящие прямо перед собой. Инструктор положил руку на пульт. — Три... Два... Один... Щелчок. Дно под ногами Антона исчезло. Он провалился вниз мгновенно, не успев даже вскрикнуть. Просто был человек — и нет человека. Только свист в трубе.

— Следующий! — равнодушно бросил инструктор.

Аня шагнула вперед. Сердце колотилось где-то в горле, перекрывая дыхание. Она вошла в тесную пластиковую колбу. Встала босыми ступнями на крышку люка. Он был скользким и мокрым. «Не за что схватиться», — пронеслось в голове. Стенки гладкие. Поручней нет. Ты абсолютно беззащитна. Стекло захлопнулось. Стало тихо, только глухо шумела кровь в ушах. Она посмотрела на оператора. Тот даже не смотрел на неё, его палец завис над красной кнопкой. Вот он. Миг чистого фатализма. Сейчас она стоит твердо, а через долю секунды опоры не станет.

— Готова? — беззвучно, одними губами спросил парень. Аня кивнула. Она закрыла глаза. «Давай. Отправь меня в этот полет».

Громкий механический лязг — КЛАЦ!

Опора исчезла. Желудок подпрыгнул к горлу. Тело, лишенное веса, рухнуло в вертикальный туннель. Это было страшнее, чем на скалодроме, страшнее, чем на обычной горке. Это было свободное падение в чистом виде, сжатое тесными стенками трубы. Вода била в спину, мир превратился в бешено вращающуюся калейдоскопическую трубу. Она не могла вдохнуть, не могла закричать — только немой восторг ужаса, пока гравитация тащила её вниз, к свету и воде.

Гармония скольжения

Когда Аня и Антон, всё еще дрожащие от адреналинового шторма, выбрались из финишного желоба «камикадзе», Лена встретила их с понимающей улыбкой. — Ну что, космонавты, вернулись на Землю? — спросила она. — Сердца на месте? — Кажется, я оставил его где-то там, наверху, — выдохнул Антон, но глаза у него сияли. — Это было... — Аня подбирала слова, отжимая воду с волос. — Это было за гранью. Но теперь хочется чего-то совсем другого. Чтобы мы были все вместе. И чтобы это было долго и... плавно.

Они направились к самой широкой горке в парке. Это был гигантский открытый желоб, похожий на русло бурной, но дружелюбной горной реки. Здесь катались на огромных круглых плотах-«ватрушках», куда помещалась вся компания сразу.

Очередь двигалась быстро. Им достался тяжелый, ярко-желтый плот. — Так, рассаживаемся грамотно, чтобы не перевернуться! — скомандовал Антон, придерживая борт. — Равновесие — наше всё. Они уселись втроем, прижавшись спинами к бортику, ногами в центр, образовав идеальный треугольник.

Старт был мягким. Поток воды подхватил тяжелую ватрушку и плавно втолкнул её в широкий канал. — О-о-о, вот это класс! — протянула Лена. В отличие от жесткого пластика одиночных горок, здесь было ощущение полета на мягком облаке. Ватрушка скользила по воде удивительно легко, почти бесшумно, лишь с приятным шуршанием.

Горка была спроектирована гениально: она была настолько широкой, что их плот не просто несся вниз, а совершал гигантские маятниковые движения от одного борта к другому. Они взлетали высоко на стенку, на мгновение зависая в верхней точке, и снова плавно скатывались вниз, закручиваясь вокруг своей оси. — Держитесь! — смеялся Антон, когда их развернуло спиной вперед.

Это было чистое удовольствие. Никакого страха, только восторг от скорости и чувство локтя друзей. Брызги летели во все стороны, но вода казалась теплой и ласковой. Они видели смеющиеся лица друг друга, небо, вращающиеся борта горки — всё слилось в одну яркую карусель.

Но самое приятное ждало в конце. Финишный спуск был крутым, но прямым. Ватрушка набрала максимальную скорость и пулей вылетела из желоба в длинный приемный бассейн. — Баланс! Держим баланс! — крикнула Аня.

В этот момент часто бывает, что плот «клюет» носом или переворачивается, сбрасывая всех в воду. Но им удалось распределить вес идеально. Плот ударился о поверхность воды, подняв веер брызг, и... не утонул, не затормозил, а превратился в глиссер. Он заскользил по инерции, словно камушек, пущенный умелой рукой.

Это было то самое восхитительное чувство бесконечного скольжения. Трение исчезло. Они просто летели над водой, плавно замедляясь. Мимо проплывали бортики, люди, а они всё скользили и скользили, пока мягко не коснулись противоположной стенки бассейна. Почти сухие и довольные и, главное, не перевернувшиеся.

— Идеальная парковка! — резюмировал Антон, глядя на девушек. — Высший пилотаж. Аня откинулась на борт ватрушки и посмотрела в небо. После того страшного падения в капсуле, этот мягкий, долгий и совместный полет показался ей лучшей наградой. Баланс был найден.

Финальный отрыв

День неумолимо катился к закату, но уходить, не поставив жирную точку, не хотелось. Поймав кураж, друзья решили «выжать» из этого дня всё.

Они успели покричать в «Черной дыре» — закрытой трубе, где летишь в абсолютной темноте. Устроили гонки на параллельных дорожках «Мультислайда» головой вперед. А на десерт оставили еще одну интересную штуку.

Над глубоким лазурным бассейном были натянуты три параллельных стальных троса. Они шли с небольшим уклоном вниз и обрывались где-то на середине водной глади. Суть была проста и коварна: ты хватаешься руками за перекладину ролика, отталкиваешься и летишь над водой. Но на тросе установлен жесткий стопор-отбойник. Ролик с разгона врезается в него, происходит резкий рывок, и твоё тело по инерции, словно из катапульты, срывается с рукоятки и летит дальше — прямо в воду.

— Ну что, синхронный полет? — предложил Антон. — Раз, два, три — и полетели.

Они забрались на стартовую платформу, взялись за прорезиненные рукоятки. Руки уже устали за день, но азарт был сильнее. Внизу блестела вода, впереди на тросах чернели те самые безжалостные стопоры. — На старт... Внимание... Марш!

Они оттолкнулись одновременно. Ролики с визгом заскользили по металлу. Ноги оторвались от опоры, и воздух засвистел в ушах. Это были несколько секунд чистого планирования над водой. Ты висишь на руках, чувствуешь скорость, видишь, как приближается неизбежный финал.

«Вот он, упор!» — промелькнуло в голове у Ани.

БАМ!

Ролики одновременно ударились о стопоры. Звук удара металла о резину слился в один хлопок. Сила инерции была неумолима. Руки не могли удержать вес тела при таком резком торможении. Пальцы разжались сами собой. В этот момент они почувствовали себя снарядами. Тела продолжили движение вперед, описывая в воздухе красивую дугу. Это был миг полной беспомощности и свободы — ты просто летишь, раскинув руки, уже ни за что не держась.

Три фонтана брызг взметнулись почти одновременно. Вода приняла их мягко, погасив инерцию полета.

Вынырнув, Аня откинула мокрые волосы и рассмеялась. Рядом фыркал Антон, а Лена, протирая глаза, довольно улыбалась: — Вот это я понимаю — эффектный уход! Тебя просто вышвыривает в счастье!

Солнце начало золотить верхушки горок. Тени стали длинными и прохладными. Приятная усталость навалилась на плечи мягким грузом.

Они вышли из душевых уже переодетые, распаренные и чистые. Влажные волосы девушек, освобожденные из тугих пучков, рассыпались по плечам тяжелыми волнами. Идя к машине по той самой зеленой лужайке, Аня оглянулась. Капсулы, горки, тросы — всё это теперь казалось декорациями к их маленькому приключению.

— Знаете, — тихо сказала она, когда они садились в машину. — Это был идеальный баланс. — Между чем и чем? — спросил Антон, поворачивая ключ зажигания. — Между страхом упасть и счастьем полета. Мы весь день ходили по краю, но ни разу не упали по-настоящему. Мы только скользили.

Лена улыбнулась с заднего сиденья: — И главное — мы всегда выныривали. Вместе.

Машина тронулась, увозя их в сторону города, а позади остался шум воды и эхо их смеха. Это был день, когда неизбежное стало не пугающим, а прекрасным.

8. Парк развлечений >>>

<<< Часть 5: Полет над волнами

На следующий день город остался позади. Солнце заливало огромную территорию загородного аквапарка, обещая день, полный брызг и свободы. Аня, Лена и Антон, минуя душные ряды шкафчиков в раздевалке, направились прямиком к широкой, уютной зеленой лужайке.

Они решили переодеться прямо здесь, на свежем воздухе, как делали многие отдыхающие, не стесняясь солнца и ветра. Девушки скинули легкую одежду, оставшись в лаконичных закрытых купальниках. Их волосы были убраны в тугие, тяжелые узлы на затылке, по объему которых безошибочно угадывалось, что внутри скрываются роскошные, густые длинные волосы. Такая прическа открывала плечи и подчеркивала невероятно изящные, беззащитные линии шеи.

Антон, глядя на них, на мгновение замер. Солнечные блики играли на их коже, а строгие купальники лишь оттеняли природную грацию. Он не переставал восхищаться тем, как по-разному, но одинаково прекрасно они выглядели.

— Слушайте, — Антон кивнул в сторону массивной конструкции, нависающей над глубоким бассейном. — Давайте начнем с водного скалодрома. Пока мы сухие. Руки не скользят, лазить будет удобнее. А то потом намокнем — и всё, никакого сцепления.

Девушки проследили за его взглядом. Пятиметровая стена с хаотично разбросанными разноцветными зацепами выглядела внушительно. Она нависала над водой под небольшим отрицательным углом.

— Пять метров... — с сомнением протянула Лена, прикрывая глаза ладонью от солнца. — Думаешь, мы залезем?

— Вы вчера с вышки прыгали, забыли? — подмигнул Антон. — Тут принцип тот же, только наоборот: сначала вверх, потом вниз. Попробуйте легкий маршрут. Если устанете — просто отпускаете руки. Вода мягкая.

Аргумент сработал. Через минуту они уже стояли у подножия стены, выбирая дорожки.

— Ну что, обезьянки, вперед! — скомандовал Антон.

Они полезли одновременно. Первые метры дались легко. Девушки двигались ловко, интуитивно находя опору для ног и рук. Но чем выше они поднимались, тем ощутимее становилась высота. Водная гладь отдалялась, превращаясь из близкого друга в далекую синюю бездну.

Аня замерла где-то на середине пути. Пальцы побелели от напряжения, сжимая пластиковый выступ. В голове пронеслась знакомая мысль: «Это снова она. Игра на грани».

Она посмотрела вниз, на свои ноги, которые искали опору. Всё зависело только от силы её пальцев. Одно движение — разжать кисть — и гравитация мгновенно победит. Тело полетит в необратимый полет вниз. «А ведь профессионалы лазают без страховки над водой на 20, а то и 30 метров...» — подумала Аня с благоговейным ужасом. Это казалось не просто спортом, а безумием. Реально страшно. Опасно. Но здесь, сейчас, этот страх трансформировался в азарт. Высота была «детской», но ощущения — настоящими. Преодолев оцепенение, Аня рванула вверх. Последний зацеп. Она долезла.

Встав одной ногой на верхний упор и крепко держась левой рукой за финишный крюк, она развернулась почти спиной к стене. Взгляд на горизонт, глубокий вдох. Она зажала нос рукой и просто соскочила в пустоту, позволив воздуху подхватить её перед тем, как вода сомкнулась над головой.

Рядом разыгрывалась другая драма. Лена поднималась удивительно красиво — гибко, грациозно, словно кошка, перетекающая с ветки на ветку. Казалось, гравитация на неё не действует. Она тянулась к следующему камню, выгибая спину, но мокрая от чьих-то предыдущих брызг опора подвела. Нога предательски соскользнула. — Ой! Лена не удержалась. Секунда свободного падения, и она с огромным, шумным плюхом обрушилась в воду. К счастью, реакция сработала мгновенно: она успела сгруппироваться, поджав колени к груди «бомбочкой», чтобы не отбить живот и спину об упругую поверхность воды. Фонтан брызг взлетел, кажется, до самого верха скалодрома.

Антон, выбравший самую сложную трассу с мизерными зацепами, боролся до последнего. Мышцы горели, он делал сложные перехваты, демонстрируя технику. До финиша оставалось всего полметра — один рывок. Он собрался с силами, потянулся к последнему камню, но пальцы, уже уставшие от напряжения, просто соскользнули. — Эх! — вырвалось у него в полете. Обидно. С таким трудом лез, тратил столько сил, просчитывал каждый шаг — и так легко, за мгновение, упал, когда цель была перед носом.

Через несколько секунд три головы вынырнули на поверхности. Аня, отфыркиваясь, смеялась. Лена, проверяя, на месте ли купальник после такого удара, улыбалась ему в ответ. А Антон, стряхивая воду с лица, смотрел на стену с веселой досадой.

— Ну что, — крикнул он девушкам, — счет 1:1:0. Аня победила стену, стена победила меня, а Лена... Лена победила всех по количеству брызг!

Водные горки

С мокрыми ладонями штурмовать скалодром было бессмысленно — руки предательски скользили даже по самым шершавым зацепам. Поэтому, оставив стену непокоренной, друзья направились к высокой башне, увенчанной переплетением разноцветных желобов.

Им приглянулись открытые, довольно пологие горки, спускающиеся широкими серпантинами. Чтобы добраться до старта, пришлось преодолеть бесконечные пролеты лестницы, но оно того стоило. С верхней платформы открывался потрясающий вид: весь аквапарк лежал как на ладони — бирюзовая мозаика бассейнов, изумрудные пятна газонов и крошечные, словно муравьи, фигурки людей внизу.

Очередь двигалась неспешно. Им пришлось простоять на продуваемой легким ветерком площадке почти пятнадцать минут. Но это ожидание лишь подогревало азарт, позволяя наблюдать, как другие с визгом исчезают в начале спуска.

Наконец, подошел их черед. Они заняли соседние желоба. Инструктор дал отмашку. Аня уселась в стартовую чашу. Прохладная вода бурлила вокруг бедер, подталкивая в спину, словно нетерпеливый зверь. Она крепко ухватилась за перекладину стартовой рамы, удерживая себя на месте вопреки напору воды. И снова, как на скалодроме, время на секунду замерло. «Одно движение, — подумала она, глядя на убегающую вниз гладкую дорожку. — Просто разжать пальцы. Перестать сопротивляться. И я понесусь...» Только теперь в этой мысли не было страха, лишь сладкое предвкушение неизбежного. Она разжала руки.

Поток мгновенно подхватил её, и мир смазался в сине-голубую полосу. Это было чистейшее удовольствие. Гладкий, нагретый солнцем пластик и несущаяся вода создавали ощущение полета на ковре-самолете. Скорость была идеальной — не пугающей до смерти, но достаточной, чтобы ветер засвистел в ушах. Тело стало легким, почти невесомым. На поворотах вода мягко, но настойчиво подбрасывала её высоко на борт желоба, и Аня чувствовала, как скользит по самой кромке, словно гонщик на вираже. Брызги летели в лицо, сверкая на солнце, как рассыпанные алмазы.

Вдруг желоб резко ухнул вниз. Внутренности сладко сжались, а сердце, пропустив удар, действительно ушло куда-то в пятки. Это была секунда восхитительного падения, от которого захватывает дух и хочется кричать от восторга. А потом — плавный выкат и финальный, торжествующий аккорд. — Плюх! Аня влетела в приемный бассейн, подняв тучу пены. Вода сомкнулась над головой, бурлящая, теплая, полная пузырьков воздуха. Вынырнув и откинув мокрые волосы с лица, она увидела рядом довольные лица Лены и Антона. Они смеялись, отфыркиваясь, абсолютно счастливые в моменте «здесь и сейчас».

... — Ну как? — крикнул Антон, протирая глаза. — Хочу ещё! — выдохнула Аня, чувствуя, как по телу всё ещё бегут мурашки от пережитого полета.

Лена, покачиваясь на воде рядом с ними, подняла голову и посмотрела на далекую стартовую площадку, которая теперь казалась такой высокой.

«Да уж... — пронеслось у неё в голове. — Так долго тащились наверх, пересчитывая бесконечные ступени. А потом ещё эта очередь, стоишь, ждешь... Столько усилий и времени».

Она провела ладонью по мокрой воде, вспоминая ощущение полета.

«А потом — одно движение, отталкиваешься — и всего полминуты счастья. Вжих — и всё закончилось. Несправедливо? Нет... Это так приятно, что перекрывает всё остальное!»

Лена перевела взгляд на длинную лестницу, по которой снова поднимались крошечные фигурки людей.

— Полезем снова! — решительно сказала она вслух, поддерживая Аню. — Плевать, что идти теперь далеко, лезть высоко и опять эта очередь. Оно того стоит!

Антон рассмеялся: — Ну, раз дамы требуют... Вперед, на штурм вершины! Второй круг!

Искусство отдаваться течению

После второго восхождения на башню ноги действительно начали гудеть. Эндорфин от полета всё еще будоражил кровь, но тело просило передышки.

— Всё, — выдохнул Антон, поправляя мокрые волосы. — Мой внутренний альпинист взял самоотвод. Предлагаю сменить вертикаль на горизонталь. — Ленивая река? — с надеждой спросила Лена. — Она самая.

Они подошли к широкому каналу, который петлял через весь парк, огибая зеленые островки и мостики. Вода здесь двигалась сама по себе — искусственное течение мерно гнало потоки вперед, создавая иллюзию бесконечного путешествия.

Друзья выловили три больших надувных круга — тяжелых, гладких, нагретых солнцем. Залезать в них — отдельный аттракцион. Нужно было плюхнуться спиной в отверстие, вовремя поджав ноги, чтобы не перевернуться, и отдаться на волю воды.

Аня устроилась в своем круге, откинула голову назад, опираясь шеей на упругий резиновый борт, и закрыла глаза. Контраст был поразительным. На скалодроме она боролась с гравитацией каждым мускулом. На горке она позволила гравитации победить себя ради вспышки восторга. А здесь... Здесь наступило состояние абсолютной невесомости и безволия.

Течение подхватило их мягко, но настойчиво. Не нужно было грести, не нужно было принимать решений. Вода сама несла их вперед. Аня опустила руки в воду, чувствуя, как прохладные струи обтекают пальцы. «Это тоже балансирование, — лениво подумала она, глядя в бесконечное голубое небо, по которому плыли редкие облака. — Балансирование между сном и реальностью. Ты просто лежишь, а мир вокруг тебя движется. Неизбежно. И тебе не нужно ничего делать, только довериться этому потоку».

Их круги медленно вращались, то сближаясь, то удаляясь друг от друга. Лена плыла чуть впереди. Она раскинула руки и ноги звездочкой, свесив их с краев круга. — Знаете, — мечтательно произнесла она, глядя в небо, — если бы счастье имело агрегатное состояние, оно было бы вот этой водой. Теплой, ленивой и бесконечной.

Антон, чей круг течение прибило к бортику Ани, лениво оттолкнулся ногой от дна, возвращаясь на фарватер. — Философский клуб на водах объявляется открытым, — усмехнулся он. — Но ты права. После той лестницы... лежать здесь — это почти преступное наслаждение.

Они проплывали под деревянным мостиком, где тень на секунду укрыла их от солнца, а затем снова выплыли на яркий свет. Мимо проплывали искусственные скалы, пальмы, брызги далеких фонтанов долетали до них лишь легкой водяной пылью.

В какой-то момент круг Антона зацепился за круг Ани, а Лена, затормозив рукой, подтянула их к себе. Они сцепились в единый плот, дрейфующий по кругу. — Давайте сделаем еще один круг по реке? — предложила Аня, которой совершенно не хотелось вылезать на сушу. — Просто поболтаемся так еще минут десять. Никуда не спеша. — Я за, — отозвался Антон. — Я вообще готов жить в этом бублике.