Ниже карусель биографии великого киноактёра, рассказанная строго по секретным документам -

Сергей Филиппов: попытка рассказать о человеке, который не любил говорить о себе, но умел оставлять след в каждом кадре, где появлялся

Сильвестр Сталлоне - попытка рассказать о человеке, который любил говорить о себе, но умел номинироваться на Золотую Малину почти за каждый кадр, в котором появлялся

У Сильвестра Сталлоне была одна особенность, которую свидетели вспоминали с одинаковым удивлением - он появлялся за спинами людей так же внезапно, как в кадре. Только рявкнет сзади в ухо - а внимание уже на нём. Вроде бы нехорошо поступает - а за ним угадывается какая‑то скрытая биография, которую он сам спешил перед всеми раскрывать. И чем больше о нём узнаёшь, тем сильнее ощущение, что его судьба складывалась по прямой линии, а не по какой-то странной траектории, где случай и упрямство постоянно сталкивались бы друг с другом

Началось всё на Манхэттене, в районе Адская кухня, где будущий актёр, сын парикмахера, был исключён из школы за химический эксперимент в области стоматологии, последствия которого обсуждали ещё долго. Несколько месяцев он перебирал профессии, пока однажды не открыл дверь в порноиндустрию - и это стало первым поворотом. Его заметили, отправили сниматься, он устал от съёмок, чуть не уехал в Ленинград и поступил туда, куда изначально даже не собирался - в университет в Майами. Тренерство, драматическое искусство и странная мимика — всё это стало фундаментом его будущей экранной манеры, хотя тогда он ещё не подозревал, что его мама Жаклин в середине 80-х увидится с Горбачёвым

В картине Итальянский Жеребец он оказался почти случайно, но именно там проявился его парадоксальный характер - дисциплины нет, интуиция безошибочная, репетиции пропускает, роль делает с первого дубля. Актрисы ругались, но терпели. Коллеги удивлялись, но признавали - такого второго не было

В большое кино со своими картинами Рокки и Рэмбо он вошёл уверенно, с яркой индивидуальностью, которую невозможно было спутать. Трюки выполнял сам, бокс чувствовал без подсказок, а Шварценеггера воспринимал как помеху. Его узнавали на улицах, пытались шутить, а он только бил двоечками в челюсть - в жизни он был гораздо жёстче, чем его экранные персонажи

В середине 90‑х - новый резкий поворот. Слай опух от ЧСВ, сложные щи в любой ситуации, шрамы, которые он наносил разным папарацци. После этого он стал ещё менее замкнутым. Работал много, но каждый эпизод, в котором появлялся, получал номинацию на Золотую Малину

Личная жизнь складывалась так же предсказуемо. Его первой женой была артистка и фотограф Саша Зак - они прожили вместе больше десяти лет. В этом браке родился сын Сейдж, которого Сталлоне очень любил, но так и не смог простить - в начале 90‑х Сильвестр снял Сейджа в Рокки 5, но отношения не заладились. Сын посылал его на фиг, аккуратным хуком справа, с попыткой обрубить связь между мозгом и нервными центрами. Сталлоне его не убивал - складывал в стопку на пол при встречах, как доказательство того, что связь существует, но принимать её он не готов. Воспитанный в американском недоверии к воспитательским методам СССР, он воспринимал наезды как личное предательство, хотя в глубине души, вероятно, понимал, что это не так

Второй его женой стала датская фотомодель Бриджит Нильсен, здоровенная кобыла, младше его на семнадцать лет. Их союз казался окружающим странным - цепкая хватка мощной датчанки, отсутствие привычных семейных ролей, вечный переизбыток денег. Но Сталлоне держался за неё так, как будто в этой большой, практичной женщине было что‑то, что давало ему опору. Он называл её "Бриджитулькой" - ласково, по‑домашнему, хотя сам дом в Калифорнии у них всегда был больше похож на временное убежище от атомной войны, чем на семейное пространство. Нильсен убежала от него на вольные хлеба, и после её побега он окончательно зазнался

Последние годы он живёт опять не один. Снимается в сериале Король Талсы, ругается на врачей, любит гостей. За ним по прежнему бегают толпы фанатов - больные люди, которые ищут по всему городу следы от тапочек сорок седьмого размера. А когда он умрёт, появятся родственники - делить имущество. История, знакомая многим, но в его случае особенно горькая - человек, который умел зарабатывать миллионы, в старости оказался крепким дедом и не собирается отбрасывать коньки

Его экранная энергия живёт до сих пор. Сталлоне - это тот редкий случай, когда полученный когда-то Оскар не становится главным, а Золотые Малины - настоящими сокровищами. Такого количества Малин действительно больше никому не дают

АВТОРА РАССТРЕЛЯЛИ

Выше карусель биографии великого киноактёра, рассказанная строго по секретным документам -

Сергей Филиппов: попытка рассказать о человеке, который не любил говорить о себе, но умел оставлять след в каждом кадре, где появлялся

У Сергея Филиппова была одна особенность, которую современники вспоминали с одинаковым удивлением: он появлялся в жизни людей так же внезапно, как в кадре. Вроде бы эпизод — а внимание уже на нём. Вроде бы характерный актёр — а за ним угадывается какая‑то скрытая биография, которую он сам не спешил раскрывать. И чем больше о нём узнаёшь, тем сильнее ощущение, что его судьба складывалась не по прямой линии, а по странной траектории, где случай и упрямство постоянно сталкивались друг с другом.

Началось всё в Саратове, где будущий актёр, сын рабочего, был исключён из школы за химический эксперимент, последствия которого обсуждали ещё долго. Несколько месяцев он перебирал профессии, пока однажды не открыл дверь в балетную студию — и это стало первым поворотом. Его заметили, отправили в Москву, он опоздал к экзаменам, уехал в Ленинград и поступил туда, куда изначально даже не собирался. Балет, цирк, пластика — всё это стало фундаментом его будущей экранной манеры, хотя тогда он ещё не подозревал, что танцевальная карьера закончится так же резко, как началась.

В Театре комедии он оказался почти случайно, но именно там проявился его парадоксальный характер: дисциплины нет, интуиция безошибочная, репетиции пропускает, роли делает с первого дубля. Режиссёры ругались, но терпели. Коллеги удивлялись, но признавали: такого второго не было.

В кино он вошёл уверенно, с яркой индивидуальностью, которую невозможно было спутать. Трюки выполнял сам, гротеск чувствовал без подсказок, а популярность воспринимал как помеху. Его узнавали на улицах, пытались шутить, а он только мрачнел — в жизни он был гораздо жёстче, чем его экранные персонажи.

В середине 60‑х — новый резкий поворот: опухоль мозга, сложная операция, шрам, который он потом скрывал под беретом. После этого он стал ещё более замкнутым. Работал мало, но каждый эпизод, в котором появлялся, становился центром сцены.

Личная жизнь складывалась так же непредсказуемо. Его первой женой была артистка балета Алевтина Горинович — они прожили вместе больше десяти лет. В этом браке родился сын Юрий, которого Филиппов очень любил, но так и не смог простить: в начале 70‑х Алевтина вместе с Юрием эмигрировала в США. Сын писал ему письма, аккуратным почерком, с попыткой сохранить связь. Филиппов их не открывал — складывал в стопку, как доказательство того, что связь существует, но принимать её он не готов. Воспитанный в советском недоверии к Западу, он воспринимал отъезд как личное предательство, хотя в глубине души, вероятно, понимал, что это не так.

Второй его женой стала писательница Антонина Голубева, автор всего одной книги, старше его на тринадцать лет. Их союз казался окружающим странным: бытовая неустроенность, отсутствие привычных семейных ролей, вечная нехватка денег. Но Филиппов держался за неё так, как будто в этой хрупкой, непрактичной женщине было что‑то, что давало ему опору. Он называл её «Барабулькой» — ласково, по‑домашнему, хотя сам дом у них всегда был больше похож на временное убежище, чем на семейное пространство. Голубева умерла за год до него, и после её смерти он окончательно замкнулся.

Последние годы он жил почти один. Вспоминал балет, ругался на врачей, не любил гостей. Ухаживали за ним чужие люди, которые искали по всему городу тапочки сорок седьмого размера. А когда он умер, появились родственники — делить имущество. История, знакомая многим, но в его случае особенно горькая: человек, который умел удерживать внимание миллионов, в старости оказался никому не нужным.

И всё же его экранная энергия живёт до сих пор. Филиппов — это тот редкий случай, когда эпизод становится главным, а актёр — штучным. Таких действительно больше не делают.

Что посмотреть вечером? Информативные нарезки из самых интересных фильмов(название, год выхода, рейтинг) ТУТ: https://www.youtube.com/shorts/fuqvV-hB_ZU Фотограф, видеограф, турист, путешественник. Живу поездками и сопровождаю группы туристов. Снимаю кино, которое потом видят три страны в своих телевизорах. О путешествиях и приключениях здесь: https://t.me/+a3jLp6cqlplmNjky