При взгляде на Хвостовых со стороны могло показаться, что это образцово-показательная семья, которую можно смело ставить в пример другим. Ухоженная квартира, на стенах — грамоты за учебу и победы на олимпиадах. Из-за двери комнаты Димы доносится фортепианная пьеса — это Димочка, как ласково называла его мать, Людмила, занимается на пианино. Он прилежен, молчалив и не по-детски серьезен. Он — проект своей матери. Проект под названием "Идеальный сын".

Отец Дмитрия, Иван Хвостов, рано исчез из жизни семьи. И Людмила, раз и навсегда разочаровавшись в замужестве, не стала искать утешения в новых отношениях. Вся её нерастраченная любовь, смешанная с горечью и амбициями, трансформировалась в одну всепоглощающую цель: создать того мужчину, который, по её мнению, будет "эталоном для всех прочих".

Только вот на деле всё представлялось не так безоблачно. Да, Дмитрий был талантливым школьником с одними "пятёрками" в дневнике, но внутри — затравленный ребёнок, живущий под постоянным прессом материнской тирании.

Методы воспитания Людмилы были далеки от педагогических. Унизительные оскорбления за малейшую ошибку в нотах, крик за единственную четверку в четверти, оплеухи "для дисциплины" — всё это было будничной рутиной в семье Хвостовых.

—

Любой проступок, любое неподчинение, даже взгляд не в ту сторону, карались немедленно и жёстко. Людмила не просто наказывала своего сына за "ошибки" — она ломала Дмитрия, чтобы вылепить заново, по своему шаблону, — рассказывал позднее психиатр.

Дмитрию не оставалось ничего другого, кроме как свыкнуться с этой ролью. В школе он был прилежным учеником, в "музыкалке" — подающим надежды пианистом. Дома — послушной куклой, без права на собственное мнение, эмоцию или протест.

Он не смел перечить матери, не смел ей жаловаться. Его детство и юность проходили под одним незыблемым законом: мать всегда права. Неудивительно, что у Дмитрия не было друзей. Мир парня был ограничен стенами квартиры, а главным надзирателем был самый близкий человек.

Казалось, такая жизнь должна была сломать его или вызвать в нём желание взбунтоваться. Но Дмитрий не сломался и не взбунтовался. Он ушел в себя. Он научился идеально соответствовать ожиданиям Людмилы, предугадывать её желания и играть роль лучшего сына...

Кларнетист

Окончание школы для большинства выпускников — это момент выбора, возможность решить, кем он или она станут в будущем. Для Дмитрия Хвостова же ничего не изменилось. Решение о том, где будет учиться юноша, было озвучено Людмилой ещё за год до получения школьного аттестата: Магнитогорская государственная консерватория имени М. И. Глинки.

Но мало того, что женщина указала сыну место, где он будет получать высшее образование, она ещё и выбрала ему специализацию. По мнению Людмилы, фортепиано было слишком "попсовым" и банальным инструментом, то ли дело... кларнет — аристократичный, солирующий духовой инструмент, способный выделить её Димочку из толпы.

То, что к тому моменту Дмитрий испытывал к музыке тихую, выжженную ненависть, в расчёт не принималось. Его чувства были всего лишь фальшивой нотой, которую нужно заглушить виртуозным исполнением.

Консерватория стала для Дмитрия продолжением его золотой клетки, только теперь решётки были украшены вензелями из нотных знаков. Он исправно ходил на лекции, часами занимался в душных классах, оттачивая технику. Его игра была технически безупречной, но холодной и абсолютно безжизненной.

— Способный, но нет огня, нет вдохновения, — разводили руками педагоги.

Единственное, что могло бы стать отдушиной для Дмитрия, так это общение с однокурсниками. Но, увы, руки Людмилы дотянулись и до этого аспекта жизни сына. Она запрещала ему общаться со всеми, кроме педагогов. С этой целью "надзирательница" лично проверяла его телефон, читала все сообщения и звонила по несколько раз в день. Вечерние посиделки в общаге, спонтанные гулянки, студенческие походы в кино — всё это было не для него.

— Друзья тебя предадут, девушки отвлекут от цели. Твоё единственное предназначение — стать великим музыкантом, — твердила Людмила.

Однокурсники сначала пытались вытащить молчаливого и всегда спешащего домой парня из его скорлупы, но они каждый раз наталкивались на вежливые отказы и вскоре оставили эти попытки. Дмитрий Хвостов стал призраком в стенах консерватории — все его видели, но никто не был с ним толком знаком.

В 2012 году Дмитрий окончил консерваторию с отличием. К тому моменту 57-летняя Людмила уже вышла на пенсию и сменила квартиру, перебравшись в новостройку на улице Зелёный Лог. Её сын, конечно, тоже переехал в новую "двушку". Женщина даже мысли не допускала о том, что она будет жить вдали от ненаглядного сыночка.

Тем временем Дмитрий по настоянию матери прошел прослушивание и устроился штатным кларнетистом в Магнитогорское концертное объединение. У него появились стабильная зарплата, положение в обществе и какое-никакое признание — Людмила могла быть довольна. Её план сбывался.

Но именно в этот момент, в тишине их новой квартиры, Дмитрий впервые начал проявлять неповиновение. Впервые за два десятка лет он, получив формальную независимость, осмелился оспорить дирижёра своей жизни...

Война

Конфликт назревал исподволь, с мелочей. Дмитрий мог оставить на столе невымытую чашку, задержаться на пять минут после репетиции или отказаться обсуждать в сотый раз своё последнее выступление. Это приводило к незначительным пререканиям, в которых Людмила неизменно одерживала верх. Но за ними последовали более серьезные ссоры.

Например, в конце 2013 года Дмитрий отказался участвовать в фестивале, проходившем в Челябинске, который мать считала "отличным шансом засветиться". Между ними тогда случилась громкая перебранка, которую слышали даже соседи.

Несмотря на то что Людмила начала терять контроль, она продолжала действовать привычными методами — давлением, истериками и обвинениями в "чёрной неблагодарности".

Но впервые на её практике Дмитрий не спешил исправляться и просить прощения. Он, словно заложник, проживший годы в темнице, вдруг увидел луч света в конце тоннеля и начал медленно, испуганно тянуться к нему.

Его молчаливое сопротивление было для матери страшнее любого крика. Это был сбой в её идеально отлаженном механизме. И она чувствовала: если не вернуть контроль сейчас, её мир, выстроенный на тотальной власти над сыном, рухнет. А за ним рухнет и вся её жизнь.

Так что тихий бунт сына Людмила восприняла как объявление войны. Соответственно её ответ был мгновенным и беспощадным. Она начала "закручивать гайки" с невиданной доселе жестокостью.

Контроль над сыном стал тотальным: ежечасные звонки на работу, допросы с пристрастием по поводу любой задержки, унизительные проверки карманов и телефона. Она стремилась вернуть Дмитрия в прежние, четко очерченные границы, полагая, что только так можно спасти ребёнка от "дурного влияния" и его же собственной слабости.

Но чем сильнее было давление, тем отчаяннее становилось желание Дмитрия сделать хотя бы один глоток свободы. Пороховая бочка в их квартире была готова взорваться. Фитиль был подожжён вечером 12 февраля 2014 года...

День рождения

В тот день Дмитрий, как обычно, ушел на репетицию. Но вечером молодой кларнетист попросту не вернулся домой. На звонки он тоже не отвечал. Для Людмилы это был немыслимый, совершенно невозможный сценарий. В её голове тут же начали рисоваться картины одна страшнее другой. Авария? Нападение? Несчастный случай? Звонки женщины уже летели в больницы и морги, голос срывался на крик от нарастающей паники.

А в это время её 25-летний сын впервые в жизни сидел за праздничным столом в шумной компании коллег. У одного из музыкантов оркестра был день рождения. Дмитрия, всегда вежливо отказывавшегося от участия в подобных мероприятиях, в этот раз пригласили с особой настойчивостью. И он, к собственному удивлению, сказал "да".

Первая рюмка обожгла ему горло, вторая — развязала язык, третья — подарила незнакомое доселе чувство легкости и принадлежности к миру. Он был просто Димой. Не сыном деспотичной Людмилы, а коллегой, музыкантом... таким же, как все.

Дмитрий не стал задерживаться, вернувшись домой около 11 часов вечера. Когда он вошёл в прихожую, перед ним возникла фигура матери — бледная, с лихорадочно блестящими глазами. Но испуг и отчаяние в них мгновенно сменились ледяной яростью, когда она учуяла запах алкоголя. Шок из-за его исчезновения и внезапного появления мгновенно переродился в гнев. Её речь, как бич, хлестала его оскорблениями:

— Ах ты бездарь! Я живу ради тебя, а ты… ты гуляешь с какими-то неудачниками! У тебя нет ни амбиций, ни совести!

Обычно Дмитрий молчал, снося любые слова матери. Но в тот вечер выпитое и проблеск другой жизни сломали, наконец, плотину терпения. Вся накопленная боль, унижение и злость вырвались наружу. Молодой человек, не помня себя, вбежал в кухню и схватил первый попавшийся под руку предмет — кухонный нож. А затем он совершил одно резкое, отчаянное движение...

Сразу же наступила оглушительная тишина. Шум ссоры сменился тихим, прерывистым хрипом. Дмитрий увидел широко открытые глаза матери, полные не боли, а безмерного удивления. Он отпустил рукоять ножа и в ужасе отпрянул назад.

Осознание содеянного накрыло его ледяной волной. Дмитрий был так ошарашен случившимся, что даже не подумал оказать матери помощь или позвонить в скорую. Он убежал в свою комнату и заперся.

Людмиле хватило сил лишь сделать несколько шагов. Она вышла из квартиры и осела у двери на холодный бетонный пол подъезда. Именно там её и обнаружила соседка, возвращавшаяся с работы поздно вечером. Женщина вызвала скорую помощь, но было уже поздно. Людмила скончалась от потери крови ещё до приезда медиков.

Призрак

Для следователей дело об убийстве Людмилы Хвостовой выглядело одним из самых простых. Подозреваемый не пытался скрывать улик. Напротив, когда оперативники вскрыли дверь его комнаты, они обнаружили его сидящим на кровати в оцепенении. На вопрос "Что произошло?" он тихо и чётко ответил: "Я лишил жизни свою мать".

Его официальное признание, сделанное на первом же допросе, было столь же безоговорочным и подробным. Он не оправдывался, не искал смягчающих обстоятельств, не просил адвоката. Дмитрий монотонно, словно зачитывая давно заученную партитуру, изложил всю свою жизнь: тиранию, давление, тот роковой вечер и вспышку гнева. Следователи, видавшие в своей работе всякое, были озадачены.

— Он не походил на убийцу. Это был абсолютно сломленный человек, которого довели до ручки, — поделился впечатлениями о Дмитрии следователь.

Раскрытое убийство — это хорошо. Но очень скоро радость следователей сменилась тревогой. Дело в том, что поведение Дмитрия в СИЗО стало вызывать опасения. Он почти перестал есть и отказывался от встреч с родственниками.

Сон Дмитрия был краток и прерывист, а если ему удавалось ненадолго забыться, камеру оглашали дикие, леденящие душу крики. На допросах он отвечал на вопросы односложно, а его взгляд был устремлен куда-то внутрь себя.

Он словно горел изнутри. Тюремные медики фиксировали стремительную потерю веса, апатию и признаки глубокой депрессии. Ему назначали терапию, но лекарства не помогали. Психиатры разводили руками: его мучила не болезнь, а совесть. Тюремные надзиратели, люди не сентиментальные, вполголоса говорили, что по ночам к нему является призрак его матери, и он "умирает от страха".

Пока тянулось следствие, состояние Дмитрия неуклонно ухудшалось. Он превращался в тень, медленно таявшую на глазах. Судебно-медицинский эксперт признал Дмитрия вменяемым, указав на "психофизическое истощение" и "невроз навязчивых состояний", но врачи уже не могли остановить этот процесс.

Похоже, Дмитрий сам вынес себе приговор и приступил к его исполнению. 19 апреля 2014 года, спустя 2 месяца после убийства, Дмитрий Хвостов не проснулся. Официальная причина смерти, указанная в свидетельстве — сердечная недостаточность. Но те, кто видел его в последние недели жизни, знали: его сердце остановилось не от болезни. Оно остановилось из-за многолетней материнской тирании, одной роковой вспышки злости и невыносимой вины, которая съела его заживо.

Уголовное дело, в котором Дмитрий Хвостов выступал в качестве обвиняемого, было прекращено в связи со смертью подозреваемого. В протоколе поставили точку. Но в истории Магнитогорска осталась незавершенная симфония жизни двух людей — матери, которая хотела создать идеального сына, и талантливого парня, который стал... убийцей.

Если вам нравятся тру-крайм истории, приглашаю вас на мой канал "Малдер расскажет" в Телеграм - t.me/malderstory. Там материалы выходят ежедневно.