Домой (живем в районе ветклиники на Белорусской), мы вернулись где-то в половине первого ночи. Грязные и уставшие как черти, но довольные, что потушили пожар и есть на свете хорошие люди, которым небезразлично, что происходит вокруг! В общем, вернулись с победой: 3:1 - три потушенных очага пожара и минус одна пара кроссовок. Reebok стоит поработать над новыми моделями для безопасного затаптывания очагов тления!

А если серьезно, то есть о чем задуматься соответствующим структурам:

- звоню в 112 с просьбой передать координаты очередного места возгорания, а мне отвечают, Щепка, это не наше. Вы попали в 112 Аксайского района, звоните 112 Ростова. Блин, говорю, а как я это сделаю? Я не могу научить телефон, по крайней мере быстро, выбирать вышки сотовой связи!? Тут район глухой, хорошо хоть есть связь с вышкой которая привязана к Аксайскому району! Ну ладно говорят, попробуем вас на 112 Ростова переключить .....

- у пожарных нет нормальных карт, что бы они могли оперативно подъехать к месту пожара если он не в городской черте!

- бойцы пожарного расчета тушат пожар из ранцев с 20 литрами воды, за которыми нужно бегать к машине, которая стоит за пол километра, так как не может подъехать по вышеуказанной причине! Блин, сейчас квадрики не такие дорогие, поставьте емкость литров хоть на 100-150 и примитивную помпу для забора из речки и подачи воды к месту очага!

- верните должность лесничего (если не ошибаюсь, ее упразднили) и/или дайте ему квадрик с огнетушителем или оборудуйте как написал выше и пусть у него будет связь с МЧС!!!

PS У вас чудесный собакен, если бы у него был огнетушитель, или маленькое ведрышко - он бы точно кинулся заливать огонь! А так, ему просто приходилось просто сидеть около велика и переживать за всех. Наверное он молился всем собачьим богам, что бы пожар закончился как можно скорее! Впрочем, пожар таки и закончился.

Приближаясь к выезду, я заметил зловещий столб дыма — чёрную змею, поднимавшуюся к небу. Подъехав ближе, увидел картину, которая заставила сердце сжаться: двое женщин и мужчина отчаянно пытались укротить языки пламени, жадно пожиравшие выброшенную кем-то мебель. Огонь плясал и хохотал, словно демон, вырвавшийся на свободу.

У велосипедистов не было средств для борьбы с этой стихией, и мы тут же ринулись на поиски орудий спасения. Я раздобыл на стройке старое ведро (простите, строители, за то, что вернул его в грязном виде), а Олег — именно так звали велосипедиста, который первым прибыл на место трагедии вместе с женой — сумел достать огнетушитель. Пальцы женщин лихорадочно набирали номера пожарной службы.

Битва с огнём оказалась не из лёгких. Пламя сопротивлялось, но мы не сдавались. Олег вернул огнетушитель местным жителям и раздобыл двадцатилитровую канистру. К счастью, водоём располагался неподалёку, и мы не позволяли костру разрастаться.

Когда я в очередной раз отправился за водой, мои глаза уловили ещё один дымный столб в 150-200 метрах. Олег с женой остались сражаться с тлеющими головешками, а я со Стивом помчался к новому очагу беды.

Здесь сухая трава превратилась в море огня, кора на деревьях начинала обугливаться и дымиться. Сумерки сгущались, превращая нашу миссию в ночной кошмар. Носить воду становилось всё труднее в темноте, когда я различил третий столб дыма, написал срочное сообщение в чат нашего садоводства. Отклик был мгновенным — многие жители поспешили на помощь. Здесь нам удалось справиться быстрее: вода была близко

К третьему очагу уже невозможно было приблизиться — он превратился в пылающую твердыню. В воздухе завыли сирены, обещая подмогу. Я устремился к четвёртому очагу, где пламя только начинало своё разрушительное шествие. Справлялся в одиночку, пока Олег с женой поспешили к пятому очагу у пруда, где их встретила настоящая огненная стена.

Около девяти вечера, после нескольких звонков из службы спасения, мой телефон сел, а Олег превратился в странную фигуру: в одной руке — канистра, в другой — телефон. Служба спасения несколько раз звонила, координируя движение пожарных машин. Все очаги располагались вдали от дорог, в недоступных для техники местах, и пожарным приходилось сражаться вручную, как нам.

У пруда бушевал самый свирепый огонь, окружённый множеством деревьев. Свет наших велосипедных фонарей был скорее маяком в ночи, чем реальным освещением. Но и здесь нам покорился основной враг — открытое пламя.

Пожарные прибыли на это место, когда мы уже заканчивали нашу битву.

Измученный, испачканный грязью и кровью, я наконец поехал домой. Местные жители ещё несколько часов продолжали поливать тлеющие островки травы и деревьев, словно садовники, ухаживающие за раненой землёй.

Постскриптум: Надеюсь, правоохранительные органы займутся этим делом и найдут виновников этого варварства. Тех, кто превратил волшебный уголок природы в арену страданий, кто обрёк на мучения беззащитных обитателей леса — всех этих птиц и зверьков, которые так редки в наших краях. Пусть справедливость найдёт их, как мы нашли каждый очаг пожара в ту страшную ночь.