В 27 от роду годов загремел я в армию. Офицером-"двухгодичником". Если кто не знает что такое "двухгодичник"-поясняю. Это человек, на несчастье которго в выпустившем его учебном заведении была военная кафедра. Все выпускники, по прохождению обязательных военных трехмесячных сборов получали звание лейтенанта запаса, и могли быть по велению случая призваны в СА офицером до 42-х летнего по моему возраста.

Вот мне и посчастливилось. Для меня призыв этот был как гром среди ясного неба, потому что я к тому моменту достаточно успешено делал карьеру, имел хорошую работу. И вот те бабушка и Юрьев день-на два года пожалуйте бриться. При всем при этом, к армии вообще и к офицерам в частности, отношение у меня было весьма скептическое, и от армейской жизни я был так же далек, как и от исследований культуры майя.


Ну, о том как протекала моя служба-рассказ совершенно отдельный. Надеюсь, что когда нибудь соберусь силами и изложу. А сейчас об одном так сказать эпизоде...


Попал я служить в стройбат. Батальон оказался "образцово-показательным", что для стройбатов было в диковинку. И поэтому высокое начальство с целью пускания пыли в глаза еще более высокому начальству, частенько возило к нам разнообразные "проверки" и "комиссии", которые начинались как правило с демонстрации личным составом строевой (!!!!Это в стройбате то) подготовки, осмотром расположения части с идеально выровненными при помощи табуреток подушками на койках, и заканчивались грандиознейшими попойками в "офицерской столовой" с последующим выносом упившихся до положения риз генералов и развозом их по гостиницам.


Ну, само собою, в образцово-показательной части внутри казармы был образцово-показательный сортир. В летнее время этим сортиром было категорически запрещено пользоваться, весь батальон ходил в огроменный деревянный сортир на задворках. Зимой же пользоваться внутренним сортиром разрешалось только перед отбоем и утром, на подьеме. В остальное же время-так же - на "задворки".


Территория батальона была поделена на зоны ответственности между ротами, и пресловутый "задворочный" сортир входил в зону ответственности роты, в которой я имел счастье служить в должности "заместителя командира роты по производству". Старшиной в роте был старший прапорщик Тупиков, человек удивительный и уникальный. При том, что он никогда ни одного солдата пальцем не тронул, и телосложения был более чем хлипкого-его до судорог боялись самые отпетые воины-дебоширы. Кстати, должен отметить, что многим методам руководства я научился именно от него. Но об этом в следующий раз.


Итак, вернемся к нашим баранам, вернее сказать к сортиру, будь он неладен. Служил я в стольном граде Тюмени, и, само-собою, зимой там было вовсе не жарко. Вследствие этого в этом самом сортире под "Очками", коих было штук может двенадцать, в результате посещений личным составом в количестве около 500 воинов, намерзали "сталактиты" сами знаете из чего.

"Глубина" сортира была метра четыре, и диаметр "сталактитов" у основания равнялся примерно полутора-двум метрам". Когда верхушки сталактитов опасно приближались к обрезу "Очек", мешая их дальнейшему использованию по назначению, Тупиков становился задумчив и молчалив, но двигательно активен-приходил ночью с проверками, неожиданно (предварительно сняв сапоги чтобы не топать) входил в ленкомнату, делал обход мест для курения в надежде на то, что кто-нибудь бросит бычок мимо урны.

Кривая количества "нарушений воинской дисциплины" (самоходов, пьянок, мордобоев, приводов в расположение части девиц по ночам, уклонений от зарядки и прочих проявлений солдатского быта) резко шла на убыль. Батальон замирал в ожидании неминуемой развязки.


Но так или иначе исход был предрешен-Тупиков рано или поздно находил три или четыре жертвы, и объявлял им "наряд вне очереди"


Этот самый "наряд" реализовывался следующим образом:-"жертвы" облачались в костюмы ОЗК (общевойсковой защитный костюм). Этот костюм представляет собою комбинезон из зеленой резины, такие же резиновые высокие сапоги, резиновые перчатки, и само-собою противогаз. Жертвы вооружались топорами, двуручными пилами "дружба" и прочим лесосечным инвентарем, и через "Очки" опускались вниз. Наряд считался отработанным после "вАлки" всех сталактитов...

Выглядело это примерно так-пару "лесорубов", кряхтя в запотевшем противогазе от натуги, упирались багром в сталлактит, а еще парочка двуручной пилою его пилила у основания, матерясь и помогаядруг другу высвобождать завязшую пилу топрами..

По окончании лесоповала "жертвы" были обязаны отмыть противогазы, ОЗК и инвентарь.
На следующий день уровень нарушений воинской дисциплины опять входил в проторенное годами русло, и Тупиков становился прежним бравым старшиной... месяца на два....